Танго Мотылька - Марина Серова

До Самары я добралась всего за шесть часов. Еще час я искала дом по данному Кирей адресу.

Хорошо еще, что у меня хватило ума перекусить по дороге, было бы неудобно вести беседу под аккомпанемент урчащего желудка.

Как водится, у подъезда дома я обнаружила нескольких мило беседующих о политике старушек. Вдаваться в суть их беседы я не стала, просто вежливо поздоровалась и прошла к подъезду. Каждый в нашей стране знает, что многоквартирный дом начинается со старушек, сидящих у подъезда. Мне они всегда напоминали иллюстрацию к песне:

Что мне снег, что мне зной,

что мне дождик проливной,

когда мои друзья со мной!!!

Поэтому я никогда не удивляюсь при виде них и всегда обращаюсь к ним за помощью. Потому что никто не превзойдет в информированности агентство «ОГГ» – одна гражданка говорила.

Кода на двери не было, что значительно облегчило мне жизнь. Я быстро поднялась по лестнице на второй этаж и позвонила в старенькую, но ухоженную деревянную дверь. На первый звонок никто не ответил. На второй тоже, как, впрочем, и на третий.

В принципе, если у Кускарева есть родственники, их вполне может и не быть дома.

Я спустилась вниз, намереваясь посидеть часок в машине, а потом снова попытать счастья. Он был пенсионером, его жена, если она есть, скорее всего, тоже, так что она вполне может оказаться одной из тех старушек, что я видела у подъезда.

– Что, дома нет?

Я удивленно повернулась на голос.

– Ты к кому, дочка, приехала-то? – одна из пенсионерок, с которыми я здоровалась при входе, стояла на крыльце перед подъездом и смотрела на меня с живым участием.

– К Кускареву, – ответила я, приглядываясь к бабушке.

– Так его давно уж нет. Месяц назад уехал куда-то и не вернулся.

– Как жаль, мне очень нужно было его повидать. Заеду в следующий раз.

– Из родственников, что ль? Не повидаешь теперь, я ж говорю – не вернулся, из милиции приходили недавно, умер он, – вздохнула бабушка, глядя на меня.

– Как это? – удивилась я. – Что ж мне теперь делать?

– А что?

– Да вот, подруга просила проведать его. Ее отец с ним вроде как дружил. Я тут по делам, вот решила просьбу ее выполнить. А родственников у него не осталось? Она-то гостинцев ему передала. Что ж я их обратно повезу, что ли?

– Не знаю, дочка, про родственников. Не ходил к нему никто, кроме друзей-то евошних.

– А может, друзья знают что-нибудь? Не знаете, как друзей его найти?

– Да не помню я, – махнула рукой она, – помню, что фамилии похожие, тоже Куско-какой-то… и другой друг тоже…

– Ой, спасибо, бабушка, что помогли, – улыбнулась я.

– Да чем же помогла-то? – охнула старушка. – Вот если б я тебе квартиру показала, где друг живет… А отец-то подружкин, может, знает друзей-то?

– Может, и знает, она ему сюрприз хотела сделать, мол, привет от дяди Паши на день рожденья…

– Плохой сюрприз будет, – вздохнула бабушка.

– Плохой, – согласилась я. – Ну, что ж, пойду я, бабуль, спасибо еще раз…

Улыбнувшись на прощанье, я пошагала к машине.

Вот ведь незадача, родственников у Кускарева нет. В принципе, это объясняет то, что первого числа он не сидел за праздничным столом. Не с кем было. Но вот что он делал так далеко от дома, пусть и пустого?

Ясно одно, нужно искать друзей.

Я глянула на часы, почти четыре. Через полчаса будет ночь на улице. Ехать в Тарасов в таких условиях мне мало улыбалось. Тем более что я еще ничего не узнала. Нет, теперь по плану у меня поиск друзей погибшего и, естественно, их опрос. Поэтому, пораскинув мозгами, я решила переночевать в местной гостинице. Подходящая нашлась тут же, стоило окинуть взглядом все видимые вывески. По крайней мере, невезение не коснулось всех аспектов моей жизни. Вот сейчас доберусь до кровати и пораскину мозгами. По дороге к выбранному на сегодня приюту я завернула в бистро и набрала себе салатиков на ужин, да плюшек всяких, так, на всякий случай, скрасить вечер. Из напитков я предпочла томатный сок. Больше меня там ничего не соблазнило.

Быстро уладив формальности, я отправилась в свой номер.

Комната оказалась ничего, небольшая, но неожиданно уютная. Сняв куртку, я прошла внутрь. Осмотревшись, выложила свой ужин на столик, стоявший у окна. Бросила сумку в кресло, сама плюхнулась в другое.