Кузен Марк - Элизабет Эштон

Всадница изумленно глядела на нее с высоты своего положения, в то время, как Дамарис, держа под мышкой вырывающегося щенка, протянула руку и погладила лоснящуюся на солнце шелковистую шею.

— Кто это, Розита? — спросил мужской голос, говоривший с легким иностранным акцентом.

— Господи, да откуда я знаю? — нетерпеливо ответила девушка? Но, может быть, она сможет подсказать нам дорогу.

Дамарис подняла глаза, переводя взгляд с безупречных брюк для верховой езды и традиционного желтого пуловера на миловидное, но сердитое личико; темно-карие глаза, черные, как смоль волосы под фетровой шляпой, полные, алые губки.

— Она узнала твою лошадь, а Шиба узнала ее, — сказал другой голос. Кстати, а это, случайно, не Боскасл?

— Он самый, — ответила Дамарис.

Вторая женщина легко соскользнула с седла на землю и, передав поводья мужчине, подошла к ней.

— А вы, случайно, не Дамарис Триэрн?

— Да, меня так зовут. Но откуда вы знаете мое имя?

Эта женщина была такой же темноволосой, как и девушка на Шибе, но она была гораздо старше. Костюм для верховой езды подчеркивал некоторые недостатки ее полноватой фигуры, однако это ее совсем не портило, и все указывало на то, что в более женственном наряде она еще вполне может производить впечатление. Она протянула ей обе руки.

— Я твоя кузина Элена, сестра Марка. Очень рада с тобой познакомиться. Надо сказать, что на этот раз мы заблудились очень удачно.

— Извините, — пробормотала Дамарис и поспешно сунула щенка во двор, запирая калитку, а затем обернулась, чтобы пожать все еще протянутые к ней руки. Элена привлекла ее к себе и расцеловала в обе щеки.

— Мы остановились в Рейвенскрэге, — объяснила она, в то время, как Дамарис все еще никак не могла прийти в себя от столь неожиданной встречи. Элена обернулась к смуглому мужчине, с виду иностранцу, который также спешился и стоял в сторонке, держа под узцы двух лошадей и оценивающе разглядывая Дамарис: — Это мой муж, Педро де Коста, а это его сестра, Розита де Коста. Наши имения в Аргентине граничат с угодьями семейства Триэрн.

Педро учтиво поклонился, но Розита демонстративно проигнорировала ее, в то время, как Дамарис пыталась лихорадочно вспомнить хоть что-нибудь из рассказов о родне. Она припоминала, что однажды дед как будто обмолвился о том, что у кузена Марка была еще замужняя сестра, но так как та жила в Южной Америке, то она никогда не вспоминала о ее существовании. И еще для нее стала неприятным сюрпризом новость о том, что Марк поселил в ее доме свою родню, в то время как она сама вынуждена жить по чужим углам, и позволил Розите кататься на ее лошади. Ей пришлось сделать над собой некоторое усилие, стараясь скрыть охватившее ее раздражение и должным образом ответить на восторженное приветствие Элены.

— Я даже не знала, что вы в Англии, — сказала она, размышляя о том, что ее в очередной раз выставили дурой. — Кузен Марк мог бы сообщить мне об этом.

Элена рассмеялась. У нее был такой задорный, заразительный смех, что несмотря на обиду, Дамарис почувствовала расположение к ней.

— Боюсь, мы испортили ему всю затею. Мне ужасно хотелось познакомиться с тобой, но Марк твердил, что мы все должны ждать до приема, который он устраивает в честь твоего дня рождения. А не то мы уже давно приехали бы тебя проведать. Наверное, он готовит какую-то грандиозную церемонию, на которую все должны явиться в самых лучших вечерних нарядах, а теперь, выходит, мы все испортили, и никакого сюрприза не получится.

— Просто детский лепет какой-то, — натянуто заметила Дамарис.

— Так ведь мужчины и есть взрослые дети, — примирительно заметила Элена, бросая любящий взгляд на мужа, который ответил ей широкой белозубой улыбкой.

Розита нетерпеливо заерзала в седле, и гнедая под ней загарцевала. Девушка надменно разглядывала Дамарис, и та вдруг застеснялась своей простенькой юбки и скромной блузки, которые она надела специально для того, чтобы помочь Мэри разобрать очередную партию товара, и своих растрепавшейся прически, что, должно быть, очень контрастировало с безукоризненным нарядом и макияжем мисс де Косты. Розита осадила лошадь, а затем проговорила грудным, чуть хрипловатым голосом с иностранной интонацией:

— Значит, вы и есть невеста Марко?

— Вы испанка? — с сомнением спросила Дамарис.

Розита высокомерно улыбнулась, обнажая белые, острые зубы.

— Нет, я из Аргентины, где все знают и умеют обращаться с лошадьми, хотя вы, похоже, в этом сомневаетесь.

— Извините. Но когда я увидела вас на Шибе… эээ… я была удивлена.

— Марко сказал, что она застоялась, — объяснила Розита, — а так как вас самой дома не оказалось… — Она выразительно передернула плечиками.

— Ясно, — сказала Дамарис, снова начиная злиться. Ведь не по своей же вине, в самом деле, она оказалась лишена возможности заниматься с Шибой, и ответственность за ее отсутствие в поместье несет опять же так до сих пор и не удостоивший ее своим вниманием кузен Марк. И если принимать во внимание тот факт, что он поселил в доме целую ораву своих родственников, а значит, она тоже могла бы жить там безо всякого ущерба для своей или его репутации, тем более, что у нее больше прав находиться там, чем у всего семейства де Коста.

Дэвид перегнулся через калитку и потянул ее за рукав.

— Рис, — прошептал он, — а можно я поглажу эту лошадку?

— Если мисс де Коста не возражает, — подчеркнуто вежливо сказала Дамарис.

— Не обращайте на меня внимания, — со скучающим видом заметила леди.

Дамарис подняла малыша, и тот осторожно погладил мягкий, словно бархатный нос лошади. Элена снисходительно улыбнулась.

— Ты любишь детей?

— Да, — просто ответила Дамарис, в то время, как Розита пробормотала вполголоса: — Надоедливые выродки. — Дамарис опустила ребенка обратно на землю. — Это сын моей подруги.

Взгляд Розиты упал на вывеску магазина Мэри и товары, расставленные в витрине.

— Ваша подруга держит магазин? — презрительно поинтересовалась она. Довольно странно.

— Ну, в Англии многое изменилось за последнее время, — быстро вставила Элена. — В наше время даже знатные семьи занимаются бизнесом.

Тут подал голос ее муж:

— Послушайте, мы заехали далеко от дома, и нам пора отправляться в обратный путь. — Он учтиво поклонился Дамарис: — Было очень приятно с вами познакомиться, сеньорита. — Это был благообразный, можно даже сказать, красивый мужчина, который внимательно приглядывался к ней на протяжении всего разговора. Он помог Элене снова сесть на лошадь, после чего тоже взлетел в седло с легкостью опытного наездника и приветственно взмахнул плеткой.

— Счастливо оставаться, — нараспев сказала Элена. — До встречи с Рейвенскрэге.

Розита не проронила ни слова. Маленькая кавалькада повернула назад, направляясь в ту сторону, откуда приехала, но ветер все же донес до слуха Дамарис оброненную Розитой фразу.