Чудище в шляпке - Дарья Калинина

– А нет?

– Нет, конечно!

И Роксана замолчала. Она была крайне обижена на то, что эти люди ей не верят. Но в то же время понимала, что в их глазах ее «забывчивость» не может вызывать ничего, кроме досады и желания докопаться до правды. Они не отступят и придумают способ, как забраться к ней в мозги, чтобы получить доступ к ее прошлому, которое их так сильно интересует.

Так оно и оказалось.

– Если тебе нечего скрывать, значит, ты не будешь возражать против встречи с гипнотизером.

– С кем?

– Завтра он проведет с тобой сеанс гипноза, во время которого попытается выяснить, кого же ты видела в момент убийства Клима. Ты не против?

А разве у меня есть выбор? Роксана сидела одна-одинешенька в комнате, полной взрослых энергичных мужчин, которые хотели, чтобы она сделала для них то-то и то-то. Они были все люди, облеченные властью. Неужели она осмелилась бы им возражать? Ведь если она откажется, то они, чего доброго, решат, будто бы ей есть что скрывать. И сделают из этого соответствующие выводы. Чего доброго, еще в камеру ее посадят, для ее собственной, разумеется, пользы. Этого Роксане совсем не хотелось.

Да и вообще скрывать ей нечего. Клима она не убивала. Это и ребята косвенно подтверждают, говоря, что в квартире был посторонний. И вообще, даже если предположить, что каким-то образом в тот вечер Клим ее до того дико выбесил, что ей захотелось его прикончить, то откуда у нее взялось оружие?

Оружие в своих руках Роксана если и держала, то исключительно в тире, да еще макет автомата Калашникова на уроках ОБЖ, которые у них в школе вел отставной подполковник – муж их директрисы. Этим и объяснялся, мягко говоря, несколько военизированный уклон их занятий по обеспечению безопасной жизнедеятельности. И в противогазах по улицам до ближайшего убежища они у бравого отставного подполковника маршировали, и условия ядерного взрыва, его последствия и возможные методы защиты обсуждали, и как вести себя во время авиационного налета говорили. Родители ничего странного в этих занятиях не видели, их самих учили тем же вещам, так что постепенно и Роксане эти уроки перестали казаться чем-то лишним.

Да и подполковник, который сначала раздражал, затем стал чем-то привлекать ее к себе. Да и не ее одну. Многие затаенно вздыхали, видя его. Подполковник всегда был собран, подтянут, и его безупречная выправка выгодно отличалась от выправки их чертежника и физкультурника, который хоть и был спортивным парнем, но в его движениях чувствовалась некоторая разболтанность, которую он сам предпочитал называть свободой. А про чертежника и говорить нечего – он был согнутый в дугу интеллектуал, которого все в школе дразнили «Вопросом». Подполковника же все уважали, и не одно девичье сердце замирало, когда в коридоре появлялась его хоть и огрузневшая со временем, но все еще статная фигура с широким разворотом плеч.

К чему Роксане вспомнился полковник? Да к тому, что в людях, собравшихся вместе с ней в этой комнате, было что-то от их преподавателя ОБЖ, что заставило Роксану довериться им.

– Хорошо, – кивнула Роксана. – Мне нечего скрывать, я согласна на гипнотизера. Это и в моих собственных интересах, может быть, хоть что-нибудь вспомню.

– Обязательно вспомнишь, – заверил ее Максим. – У него все вспоминают.

И хотя последнее заверение прозвучало слегка угрожающе, но Роксана все равно почувствовала прилив бодрости и уверенности в собственных силах. Ей пришло в голову, что для нее же самой будет выгодно вспомнить часы ее жизни, воспоминание о которых до сих пор были ей недоступны. Так что сопротивляться полученному предложению просто глупо.

В этот момент дверь комнаты отворилась, и в нее вошла невысокая кругленькая блондиночка, которая была в таком трогательном халатике, что сразу становилось очевидным: она тут у себя дома. Она оглядела мужскую компанию, а потом взглянула на Лисицу.

– Ну? – произнесла она вопросительно. – И долго вы еще собираетесь мучить эту бедную девочку? Вы хоть знаете, какой сейчас час? Вы что, не видите, она же с ног валится от усталости? Сколько на нее всего навалилось, а еще и вы…

– А что мы-то?

– Набросились на бедняжку, вот что! А чего там, давай уж до кучи и мы тоже добьем ее.

– Никакая она не бедняжка. Нормальная ситуация в жизни девчонки, штатная. Должна была понимать, что Клим ее далеко не ангел.

Роксана с недоумением взглянула на Лисицу.

– Почему не ангел?

– Потому что ангелам деньги не нужны. А Климу твоему они были очень нужны. Постоянно и много. И запросы у него были отнюдь не ангельские. Тратил он куда больше, чем зарабатывал. И долги у него, девочка, накопились поистине огромные, да еще и у очень уж серьезных людей взятые. Так что надо было тебе понимать, что рано или поздно что-то подобное с Климом случится.

– Правда, убийства мы все же не ожидали, – добавил Максим после короткой паузы.

Какие долги? Роксана ни о чем таком не слышала.

Но женщина, которая явилась в комнату, в этот момент строптиво топнула ногой, обутой в кокетливую бархатную туфельку.

– Хватит разговоров! Я ее забираю!

Роксана невольно отметила, что и халатик у этой женщины был в меру кокетливым, в меру уютным. А туфельки хоть и являлись всего лишь домашней обувью, но тоже никак не напоминали обычные разношенные шлепанцы. Нет, гардероб был тщательно продуман, чтобы казаться в нем по-домашнему привлекательной для своего любимого мужчины.

– Пойдем, девочка, – произнесла незнакомка, ласково обнимая Роксану. – Тебе надо умыться, отдохнуть. Да и поесть бы не мешало, да?

Роксана и впрямь была голодна. Теперь она это почувствовала. На банкете было много разных вкусных вещей, но у нее от волнения в рот особо ничего не лезло. Теперь ее пошатывало от голода, и слова незнакомой женщины пришлись как нельзя кстати. Роксана радостно кивнула и сказала:

– Я очень буду вам благодарна.

Но когда они повернулись, чтобы уходить, Лисица произнес вслед:

– Иди, иди, но только учти: дом охраняется. И из этого поселка никому незаметно тоже не выбраться.

Роксана вспомнила меры предосторожности, которые были предприняты в отношении их с Максом на въезде, и молча согласилась с его словами.

А женщина уже увлекала ее за собой.

– Ты их не бойся, – вполголоса произнесла она. – Они все отличные ребята. И если за тобой вины нет, то они тебе обязательно помогут.

– Но я ничего не помню. А вдруг и впрямь это я стреляла в Клима?

– Клим – это твой мужчина?

– Да.

– А что? Были предпосылки, чтобы его пристрелить? Он тебя бил?

– Нет.

– А что тогда? Изменял?

– Изменял, да. Нет, не изменял.

– Так изменял или нет? – удивилась женщина.