Золотой момидзи - Евгений Митов

— Здесь опубликовано сообщение Иокогамского валютного банка о предоставлении кредита Омскому правительству адмирала Колчака на закупку вооружения. Сообщение достаточно краткое.

Командующий встал из-за стола, вновь подошёл к открытому окну:

— Насколько я знаю, кредит будет предоставлен под залог русского золота. Сумма залога значительна — порядка 50 миллионов иен. Это сообщение для нас важное. Особенно с учётом нестабильного положения армии Колчака. Прошу доложить, какая информация о перспективах развития ситуации в Омске поступала по нашей линии, а также в Министерство иностранных дел.

Танака прикрыл окно и вернулся к столу. За долгие годы штабной работы железным правилом стало начинать службу с изучения донесений разведки.

Полковник извлёк из папки бумаги и приступил к докладу:

— К сожалению, прочитать утренние газеты мне ещё не удалось. Из штаба генерал-лейтенанта Оои телеграмм по данному вопросу, в том числе прогнозного характера, в течение прошедшей недели не поступало. От полковника Идзомэ имеется два сообщения со ссылкой на осведомлённые источники в штабе командующего Приамурским военным округом генерал-лейтенанта Розанова. Оба сообщения касаются проблемы обеспечения безопасности движения железнодорожных составов по Транссибирской магистрали. Проблема обострилась в связи с участившимися случаями нападения партизанских отрядов и неспособностью русских контролировать ситуацию на железной дороге.

Из Омска, — продолжал начальник отдела, — от нашего дипломатического агента в начале апреля поступила телеграмма с изложением его видения ситуации во Временном правительстве. Однако в этом сообщении подробного анализа перспектив ситуации нет. Даётся список нового состава кабинета министров. Другой информации на обозначенную вами тему у нас не имеется. Перечисленные телеграммы я захватил с собой, — закончил доклад полковник Осима.

— Маловато, — генерал бегло просмотрел переданные ему шифровки.

Как старший штабной начальник, Танака хорошо осознавал, что подчинённые подразделения нацелены на поиск ценной информации, которую в условиях России традиционно добыть непросто. Но командиру любого уровня не менее важно правильно понять и интерпретировать поступившие сведения. Для верного прогноза нужны не отрывочные данные, а хотя бы их значительный массив. Лишь в этом случае есть шанс с меньшей вероятностью ошибок выстроить перспективу, тем самым упредить противную сторону и контролировать ход предстоящих событий.

— Необходимо срочно запросить Оои и Идзомэ относительно развёрнутых оценок развития обстановки в ближайшие три-четыре месяца. В запросе укажите, что этот анализ нужен в привязке к срокам исполнения кредитного соглашения Иокогамским валютным банком. Думаю, полковник Идзомэ, как первоклассный специалист по русским делам, ухватит суть проблемы.

Одновременно напомните им обоим, что штаб заинтересован в получении не малозначимых, а важных, упреждающих сведений. С учётом динамично развивающейся в Сибири обстановки… Пусть не ограничиваются отслеживанием ситуации только на железной дороге, — с некоторым раздражением в голосе закончил свою мысль генерал.

Чтобы скрыть настроение и успокоить эмоции, Танака взял лежавший на столе веер, раскрыл его и в задумчивости стал рассматривать рисунок.

На зелёном поле веера была изображена гора Фудзияма в лучах восходящего солнца. Летящие японские журавли, с широкими белыми крыльями и чёрным оперением у головы, яркими светлыми пятнами украшали традиционный для вееров рисунок.

Закрыв веер и вернув его на прежнее место, генерал уже спокойным тоном продолжил:

— Свяжитесь также с Министерством финансов и уточните характер кредитного соглашения. В частности, меня интересует график наших встречных поставок вооружения Колчаку. Будут ли они носить разовый характер, или же имеются планы по поэтапному выполнению обязательств.

И ещё, — генерал поднялся из-за стола, вынул платок и протёр им свою бритую голову. — Подумайте, какие у нас есть возможности по более глубокому и всестороннему освещению ситуации в штабе генерала Розанова. У меня такое ощущение, что наличие надёжных источников информации в окружении командующего Приамурским округом может стать в ближайшее время ключевым пунктом всей разведывательной работы вашего отдела…

Последние слова Танаки полковник выслушивал уже стоя, в почтении склонив голову. Однако генерал пока не отпускал начальника Второго отдела, а покинуть кабинет без разрешения руководства Осима позволить себе не мог.

Генерал, обойдя свой письменный стол, вплотную подошёл к Осиме. Высокий и сутулый, он, в сравнении с полковником, выглядел мощно, уверенно. По привычке широко расставив ноги и закурив европейскую папироску, Танака произнёс:

— Осима-сан! Разве могли мы предполагать, что тысячелетняя Русская империя столь быстро начнёт разваливаться? Когда до Корейской войны я был на стажировке в Петрограде, Россия представлялась могучей и стабильной. Даже после Русско-японской войны и поражения армии Куропаткина это ощущение меня не покинуло.

Командующий продолжил свою мысль:

— Герой той победоносной войны, бывший военный агент в Петрограде, а ныне генерал армии Мотодзиро Акаси, рассказывал мне, что он, понимая шаткость царской власти, пытался с помощью наших денег и агентуры усилить революционные настроения в Русской империи. По его словам, ему многое удалось сделать на этом поприще. Это оказало заметное влияние на внутриполитическую обстановку в России и, в итоге, привело к волнениям в Петрограде.

Однако тогда мне казалось, что генерал Акаси несколько преувеличивает роль агентурной разведки. Революционная ситуация была порождена объективными причинами. Но сейчас я поменял свою точку зрения. Без наших негласных усилий расшатать тыл противника было бы сложно.

В этом плане, господин полковник, исходя из намерений империи закрепиться в Приморье на длительный период, работе вашего отдела необходимо придать больший масштаб и политическую направленность.

Учтите, что всё в мире быстротечно и изменчиво. Так же, как «лепестки сакуры отцветают всего за три дня», — закончил Танака свои размышления словами известной японской поговорки. — Можете идти. О результатах выполнения полученных указаний доложите мне лично…

Когда за полковником закрылась дверь, генерал обильно смочил носовой платок водой из графина и положил его себе на бритую голову. Прохлада увлажнённого платка постепенно начала снимать головную боль.

«Нынешняя токийская весна обещает быть жаркой и душной», — подумал генерал.

Он вновь вспомнил своё четырёхлетнее пребывание в Петрограде с 31-го по 35-й год эпохи Мэйдзи (1898–1902 гг.), прохладный, мягкий климат русской Северной столицы… Тогда молодой майор Генерального штаба Гиити Танака был командирован в Россию от Второго, разведывательного, отдела Генштаба императорской армии.

Эта командировка пришлась на период, когда японская армия усиленно готовилась к ожидаемой схватке с Россией за передел зон влияния на Дальнем Востоке и, в частности, за возможность контролировать Корейский полуостров. Генштабу в срочном порядке потребовалось изучить боевые возможности русской армии, стратегию и тактику ведения ею военных действий, опыт применения крупных кавалерийских и артиллерийских частей.