Мост Дьявола - Лорет Энн Уайт

— Рэйчел! — кричу я, перекрывая собачий лай. — Рэйчел Уолкзек! Пожалуйста, мы можем поговорить с вами?

На какой-то момент Рэйчел медлит в дверях амбара, но потом входит внутрь и посвистывает. Бордер-колли одаряет нас прощальным гавканьем и бежит в амбар вслед за бывшим детективом.

Я пользуюсь возможностью и быстро вхожу следом, утирая с лица капли дождя.

— Рэйчел Уолкзек, я Тринити Скотт, сопродюсер подкаста о настоящих уголовных делах «Это преступление», а это мой помощник Джио Росси…

— Я знаю, кто вы такая, — низкий, хрипловатый, властный голос. Она садится на перевернутую корзину лицом к нам. Льдисто-серые глаза, длинные и темные ресницы. Скобки морщин вокруг сильного широкого рта. Серебристые пряди в густой влажной косе, переброшенной через плечо. Она высокая. Выглядит сильной и гибкой, хотя, формально говоря, ей достаточно лет, чтобы годиться мне в матери. Рядом с ней я выгляжу малышкой, хотя на самом деле это не так. Рэйчел полностью оправдывает мои ожидания.

— Я не намерена разговаривать с вами, — говорит Рэйчел. — И я хочу, чтобы вы покинули мою собственность.

Меня пронзает вспышка неуверенности. Я быстро смотрю на Джио, и его темные глаза встречаются с моими. Выражение его взгляда отражает мои мысли: «Это наш последний заход. Другого окна возможности уже не будет».

— Прошло почти четверть века, — спокойно говорю я с сильно бьющимся сердцем. Я думаю о Грэйнджере с заряженным обрезом и о том, что мы вторглись на чужую землю. — Как раз в это время года ваша водолазная группа нашла тело Лиины в солоноватой протоке. Холод, туман, снег с дождем. Ветер, дующий с моря…

Я делаю паузу. Рэйчел прищуривается, пронзительно глядя на меня, и едва заметно меняет позу.

— Те же самые запахи в воздухе, — продолжаю я. — Запахи костра, прелых листьев и мертвой рыбы. Преддверие зимы.

Рэйчел не отрывает взгляд от меня. Я осторожно делаю шаг вперед. Глубокие морщинки, которые лучами расходятся от уголков ее глаз, оставлены не смехом, а годами тяжелого труда. Внезапно меня охватывает глубокое сочувствие, граничащее с сопереживанием. Эта женщина-полицейский многое повидала, многое сделала в своей жизни. Теперь она хочет, чтобы ее оставили в покое.

Пес тихо рычит. Джио остается стоять позади.

— Ваш муж…

— Я не замужем.

— Ваш партнер Грэйнджер сказал нам, когда мы приехали сюда на прошлой неделе, что вы не захотите говорить с вами и я могу понять ваше нежелание.

— В самом деле? — она не скрывает язвительности.

— Я провела собственное расследование. Я знаю, как в прессе началась кампания травли против вас и как вам пришлось уйти со службы. Но я хочу лишь обсудить с вами основные элементы расследования дела Лиины Раи. Вашу стратегию. Как вы привлекли к следствию детектива Люка О’Лири. Как заставили убийцу Лиины признаться в содеянном, что привело его за решетку. В этих пределах.

Рэйчел открывает рот, но я поднимаю руку, останавливая ее:

— Только основы расследования, мисс Уолкзек. Воздействие этой чудовищной истории на маленькую городскую общину — на ее учителей, друзей, одноклассников…

— Я Рэйчел Харт. Больше не Уолкзек, — она наклоняется за корзиной. — И мой ответ: нет. Сожалею, но нет. И вам известно, что я была не единственным следователем по этому делу. Обратитесь к Люку О’Лири или к Берту Такеру.

— Берт Такер направил меня к сотруднику по связям с общественностью в полицейском департаменте. Детектив О’Лири сейчас находится в хосписе и редко приходит в сознание.

Рэйчел замирает на месте и заметно бледнеет.

— Я… я не знала, — тихо говорит она. — Где… в каком хосписе?

— На северном побережье, рядом с клиникой Лайонс-Гейт.

Она смотрит в пространство. Время как будто растягивается в стороны. Где-то в амбаре капает вода. Потом она приходит в себя, и ее лицо снова становится жестким.

— Я хочу, чтобы вы уехали с моей фермы. Сейчас же.

Джио направляется к выходу из амбара. Но я не сдаю позиции, хотя сердце дает сбой, когда я чувствую, что все может быть впустую.

— Пожалуйста, мисс Харт. Я могу справиться без вашей помощи и сделаю это. Но с вашим участием история будет гораздо более полноценной. Я делаю этот подкаст не ради сенсации, а ради понимания, почему это произошло. Почему вроде бы нормальный человек внезапно переходит черту и совершает жестокое преступление? Какие серые области существуют в промежутке? Мог ли кто-то видеть признаки грядущего события? Каким образом обычная школьница из обычного рабочего городка на тихоокеанском Северо-Западе могла стать жертвой такого жуткого преступления, — я достаю из кармана визитную карточку и протягиваю ее бывшей следовательнице. — Пожалуйста, возьмите это. Рассмотрите возможность связаться со мной. Мы с Джио будем курсировать между Твин-Фоллс и окрестностями Ванкувера и разговаривать с людьми, имевшими отношение к делу.

Рэйчел поджимает губы. Прежде чем она успевает отвернуться, я продолжаю своим «лучшим тоном», мягко и вкрадчиво:

— Когда Клэйтон Джей Пелли был признан виновным, он все отрицал. Он отказался объяснить вам, почему это сделал.

Дождь начинает громко стучать по жестяной крыше амбара. Я чувствую острый запах земли и сырой соломы.

— Клэйтон Пелли ограбил родителей Лиины. Он не только отнял жизнь дочери Джасвиндера и Пратимы Раи, но и лишил их объяснений своего поступка. Да, он рассказал вам, как это сделал, но, согласно стенографическим записям, он так и не объяснил, почему он выбрал Лиину. Он не раскрыл причину насилия. Мисс Харт, разве вас не интересует, почему Клэйтон Джей Пелли — благовоспитанный учитель, муж, отец, школьный консультант по профориентации и баскетбольный тренер — вдруг совершил такое жуткое преступление?

— Некоторые люди рождаются психически больными. И теперь, после стольких лет, вы тем более не добьетесь от него ответа…

— Он разговаривал со мной.

Рэйчел замирает. Наступает томительная пауза.

— Он… что?

— Пелли. Он разговаривал со мной в тюрьме. Он согласился дать несколько интервью, под запись, — я выжидаю несколько секунд для пущего эффекта. — Он обещал рассказать нам, почему это сделал.

Лицо пожилой следовательницы становится пепельно-серым.

— Клэй заговорил?

— Да.

— Двадцать четыре года он не говорил ни слова. Никому. Почему сейчас, после стольких лет? — она смотрит на нас. — Потому что ему наконец обещали досрочное освобождение, да?

Я храню молчание. Добыча взяла наживку, и теперь я вываживаю ее.

— Это так, да? — Рэйчел повышает голос, ее глаза сверкают. — Он заискивает перед вами, перед заседанием совета по условно-досрочному освобождению. Он собирается разыграть вас, использовать в своих целях. И вы повелись на это. И теперь вы собираетесь снова провести семью Лиины через весь этот ад.