Дело о бледном вампире - Наталия Кузнецова

Подбежав к матери, Ромка дернул ее за рукав.

— Ты курицу пожарить не забыла?

Свои вещи он уложил давным-давно и теперь слонялся по квартире и мешал Лешке и Валерии Михайловне собираться в дорогу. В его сумку кроме неизменно философии вошли еще несколько книг, тетрадка с ручкой, диктофон, бинокль, лупа и прочие столь же необходимые предметы. Он потряс своей поклажей и прокомментировал: «Все свое ношу с собой». Так говорил один из семи великих мудрецов, а звали его, к вашему сведению, Биант из Приены.

Лешка аккуратно сложила в сумку только что приобретенный красивый светло-серый свитер и подняла голову.

— Рома, зачем тебе курица?

Ромка вытаращил глаза.

— А как же без нее? Каждый пассажир берет с собой жареную курицу и, как только поезд трогается, начинает ее есть.

— Ну, ты даешь! Так делают люди невоспитанные и некультурные. Лично я никакую курицу есть в поезде не собираюсь.

На это брат только плечами пожал.

— Ну и не ешь, если не хочешь, мне больше достанется. Когда я был маленький, мы с бабушкой всегда в дорогу курицу брали. Иначе не поеду, — объявил он матери.

— Пожарю, только отстань, — отмахнулась Валерия Михайловна.

— Только это будет твоя персональная еда, — сказала Лешка, снова склоняясь над сумкой. — А я буду делать вид, что тебя не знаю.

— Делай что хочешь, — удовлетворенно ответил Ромка и снова задергал мать. — А эта Катька, к какой мы едем, — она какая? Хуже Лешки или лучше? У нее хоть компьютер есть?

Валерия Михайловна наморщила лоб.

— Конечно, есть. Саша, ее мама, мне как-то жаловалась, что она от него не отходит, уроки совсем забросила. Но это в прошлом году было, а теперь Катюша исправилась, взялась за ум.

— Жаль. Ну ладно, поглядим, что там за Катька такая.

— Она вас в театр сводит.

— В театр? Мало нам в Москве театров… А хотя… — Ромка внезапно вспомнил девушку с вокзала. — Ладно, пуская ведет.

Каково же было Ромкино изумление, когда в своем купе он увидел ту самую девушку, — она оказалась их попутчицей. Девушка сидела, положив ногу на ногу, немного наклонив голову набок, и во всем ее облике чувствовалась какая-то трогательная беззащитность. Так и хотелось сделать ей что-нибудь хорошее. Когда она с ними поздоровалась, Ромка отметил длинные пушистые ресницы, которые придавали ее взгляду особую мягкость.

Перед тем как спрятать сумку под сиденье, Валерия Михайловна стала выгружать из нее вещи и продукты, которые могли понадобиться им в дороге. Когда настала очередь курицы, Ромка схватил ее руку.

— Я есть не хочу, — торопливо проговорил он. — Ты, это, ничего не доставай.

— Как хочешь.

Мама оставила курицу в покое, а Ромка положил на стол свою толстую книгу и с умным видом принялся за чтение. А спустя короткое время обратился к сестре:

— Эй, а ты знаешь, как на самом деле звали древнегреческого философа Платона?

Лешка пожала плечами.

— Понятия не имею.

— Его настоящее имя было Аристокл, — объявил Ромка и покосился на девушку. Она в ответ улыбнулась и стала еще красивее.

Смутившись, Ромка снова уткнулся в книгу, но читать в вагоне было нелегко, так как свет в купе еще не включили, и пока его освещали лишь перронные фонари.

— Поезд тронется, тогда и светло станет, — заметив устремленный на потолок Ромкин взгляд, объяснила Валерия Михайловна.

Открылась дверь, и к ним заглянула светловолосая девушка.

— Мариночка, вот ты где! Одна совсем. Как же так вышло? Не волнуйся, сейчас мы что-нибудь предпримем.

«Значит, ее зовут Марина», — отметил про себя Ромка, исподволь разглядывая соседку и судорожно думая, с чего б начать разговор.

Но когда поезд тронулся, в купе вошел пожилой дядька с толстым портфелем. Через его плечо выглядывала та самая светленькая девушка.

— Этот человек согласился с тобой поменяться, — радостно сообщила она подруге. — Идем в наше купе.

Марина попросила Ромку приподнять нижнюю полку, достала из-под нее свою сумку, поблагодарила и его, и мужчину, сказала своим несостоявшимся попутчикам «до свидания» и ушла вслед за светловолосой девушкой.

— Мне какая разница, где спать. — Пожав плечами, дядька сунул свой портфель на место Марининой сумки, опустил полку и, шумно дыша, уселся.

Проводив Марину огорченным взглядом, Ромка отодвинул от себя умную книгу и дернул маму за руку.

— Доставай курицу!

Лешке есть не хотелось. Она тоже немного расстроилась из-за того, что вместо красивой девушки к ним подселили толстого дядьку. Вообще-то одну ночь все равно с кем ехать, но с актрисой было бы куда интереснее.

Поезд ускорил ход, за темным окном замелькали встречные огни. Лешка слышала, что в дороге человек первую половину времени думает о прошлом, а вторую — о будущем. И так как дорога только началась, она стала вспоминать лето, проведенное у Артема на даче. Артем — Ромкин одноклассник и их с Ромкой общий, самый лучший друг, и не только друг, а самый лучший человек на свете, теперь жил и учился в Англии, а она ждала его возвращения, а пока переписывалась с ним по Интернету. И сейчас поезд напомнил ей электричку, на которой они без конца мотались в Москву. Вернуть бы то необыкновенное лето!

От дорогих летних воспоминаний Лешку отвлек брат. Он о прошлом не помышлял, а с наслаждением ел курицу, запивал ее горячим чаем с лимоном и был вполне доволен жизнью.

— Лешк, пойди выброси.

Ромка отодвинул от себя остатки курицы и вновь уткнулся в свою черную книгу.

Она взмахнула рукой.

— Потом. А если мешает — выбрасывай сам.

А дверь их снова распахнулась, и на пороге купе появился высокий светловолосый молодой человек. Он внимательно всех оглядел, задержал взгляд на Лешке и сверкнул белозубой улыбкой.

— Здесь девушка должна была ехать. Такая… — Молодой человек сделал плавный жест. — Красивая. В блестящей куртке.

— Она поменялась. Перешла в другое купе.

— В пятое, — уточнил мужчина, занявший место актрисы.

Молодой человек благодарно ему кивнул и аккуратно прикрыл за собой дверь.