Ямы - Луис Сашар

Должно быть, Стэнли не сумел скрыть своего удивления, и мистер Сэр объяснил, что на работу выходят пораньше, чтобы не пришлось копать в самую жару.

— Нянчиться с тобой никто не будет, — прибавил он. — Чем медленнее копаешь, тем дольше торчишь на солнцепеке. Если выкопаешь что-нибудь интересное, доложишь мне или другому воспитателю. Закончил работу — остальное время твое.

Стэнли кивнул в знак того, что понял.

— Тут тебе не пансион для благородных девиц, — повторил мистер Сэр.

Он проверил рюкзак Стэнли, но не нашел ничего не дозволенного. Затем мистер Сэр вывел Стэнли из дома на палящую жару.

— Посмотри внимательно вокруг, — сказал мистер Сэр. — Что ты видишь?

Стэнли уставился в пустынную даль. Воздух казался густым от жары и пыли.

— Да вроде ничего особенного не видно, — сказал Стэнли и поспешно прибавил: — Мистер Сэр.

Мистер Сэр засмеялся.

— Сторожевые вышки видишь?

— Нет.

— А может, ограду из колючей проволоки под током?

— Нет, мистер Сэр.

— Ограды-то вообще нет, так?

— Так, мистер Сэр.

— Хочешь сбежать? — спросил мистер Сэр.

Стэнли неуверенно смотрел на него, не понимая, к чему тот клонит.

— Если хочется сбежать, давай, беги. Я тебя не держу.

Стэнли не мог понять, какую игру затеял с ним мистер Сэр.

— Вижу, ты смотришь на мой револьвер. Не боись. Я не буду стрелять. — Он похлопал по кобуре. — Это для желтых пятнистых ящериц. На тебя я не стал бы тратить пулю.

— Я не сбегу, — сказал Стэнли.

— Вот и умница, — сказал мистер Сэр. — Отсюда еще никто не убегал. И ограда не нужна. Знаешь почему? Потому что вокруг на сотню километров нет воды. Хочешь удрать? Через три дня пойдешь на корм сарычам.

Показались несколько мальчишек с лопатами, одетых в оранжевое; они брели к палаткам.

— Хочешь пить? — спросил мистер Сэр.

— Да, мистер Сэр, — обрадовался Стэнли.

— Ну, привыкай. В ближайшие полтора года тебе все время будет хотеться пить.

5

В лагере было шесть больших серых палаток, на каждой стояла черная литера: „А“, „Б“, „В“, „Г“, „Д“ и „Е“. Первые пять палаток занимали мальчики. Воспитатели спали в палатке „Е“.

Стэнли записали в палатку „Д“. Воспитателем там был мистер Дымшанский.

— Моя фамилия легко запоминается, — сказал мистер Дымшанский, встретив Стэнли возле палатки. — Три простых слова: дым. шанс, кий.

Мистер Сэр вернулся к себе в контору.

Мистер Дымшанский был помоложе мистера Сэра и не такой страшный с виду. Волосы у него были так коротко острижены, что голова казалась лысой, зато лицо покрывала густая курчавая черная борода. Нос у него обгорел на солнце.

— Вообще-то мистер Сэр не злой, — сказал мистер Дымшанский. — Просто он в плохом настроении с тех пор. как бросил курить. Вот кого тебе нужно опасаться, так это начальника лагеря. У нас в „Зеленом озере“, в сущности, только одно правило: не раздражай начальника лагеря.

Стэнли кивнул, как будто все понял.

— Я хочу, Стэнли, чтобы ты знал: я отношусь к тебе с уважением, — сказал мистер Дымшанский. — Я понимаю, ты успел наделать в жизни серьезных ошибок. Иначе не попал бы сюда. Но ошибки бывают у всех. Может, ты и сделал что-то плохое, но это еще не значит, что ты сам плохой.

Стэнли кивнул. Нет смысла объяснять воспитателю, что он ни в чем не виноват. Наверное, все так говорят. Не нужно, чтобы мистер Дым-шанс-кий решил, будто он запирается.

— Я хочу помочь тебе изменить свою жизнь, — сказал воспитатель. — Но и ты должен мне помочь. Могу я на тебя рассчитывать?

— Да, сэр, — сказал Стэнли.

Мистер Дымшанский сказал:

— Хорошо, — и похлопал Стэнли по спине.

Мимо шли двое мальчишек с лопатами.

Мистер Дымшанский окликнул их:

— Греннет! Алан! Подойдете, поздоровайтесь со Стэнли. Он у нас новенький.

Мальчики устало посмотрели на Стэнли.

С них градом лил пот, лица были такие грязные, что Стэнли не сразу разобрал, что один из мальчиков белый, а другой — черный.

— А как же Тошниловка? — спросил чернокожий мальчишка.

— Льюис все еще в больнице, — ответил мистер Дымшанский. — Он не вернется.

Воспитатель велел, чтобы мальчики пожали руку Стэнли и назвали свои имена, „как джентльмены“.

— Привет, — буркнул белый мальчишка.

— Это Алан, — сказал мистер Дымшанский.

— Я не Алан, — сказал мальчишка. — Меня зовут Кальмар. А он — Рентген.

— Приветик, — сказал Рентген, улыбнулся и потряс руку Стэнли.

Он был в очках, но таких грязных, что Стэнли удивился — неужели он еще что-то через них видит?

Мистер Дымшанский распорядился, чтобы Алан сходил в комнату отдыха и привел остальных мальчиков познакомиться со Стэнли. Потом он повел Стэнли в палатку.

Внутри было семь коек, стоявших на расстоянии в полметра одна от другой.

— Которая была койка Льюиса? — спросил мистер Дымшанский.

— Тошниловка спал вот тут. — Рентген пнул ногой одну из коек.

— Отлично, Стэнли, это будет твое место, — сказал мистер Дымшанский.

Стэнли посмотрел на койку и кивнул. Его не особенно радовала перспектива спать в койке человека, которого называли Тошниловкой.

В углу палатки стояли семь ящиков, поставленных один на другой, так что получилось некое подобие двух шкафчиков. Ящики были повернуты открытой стороной вперед. Стэнли положил рюкзак, запасной комплект одежды и полотенце в ящик, принадлежавший раньше Тошниловке, в самом низу „шкафчика“ из трех ящиков.

Вернулся Кальмар и с ним еще четыре мальчика. Троих мистер Дымшанский назвал: Хозе, Теодор и Рикки. Сами они называли себя Магнит, Подмышка и Зигзаг.

— Здесь у всех есть прозвища, — объяснил мистер Дымшанский. — Но я предпочитаю называть их по именам, которые дали им родители, — ведь так их будут» называть, когда они выйдут из лагеря и станут полезными членами общества.

— Это не просто прозвище, — сказал Рентген мистеру Дымшанскому и постучал по оправе очков. — Я вижу вас насквозь, Мамочка. У вас такое большое, просто здоровущее сердце.

У последнего мальчика то ли не было настоящего имени, то ли не было прозвища. И мистер Дымшанский, и Рентген называли его Зеро — ноль.

— Знаешь, почему его зовут Зеро? — спросил мистер Дымшанский. — Потому что у него в голове пусто — полный ноль. — Воспитатель улыбнулся и потрепал Зеро по плечу.