Гонзу Читатель - Юлия Шутова

– Как тебя зовут?

– Руди.

– Хорошо. Тогда я Агнесс.

* * *

Вот так мы стали напарниками. Она была аферисткой экстра-класса, но в одиночку не за любое дело возьмешься. Она видела, как я шел за ней, поняла, кто я, поняла, что я один, и решила использовать меня. Пока я охотился за ее деньгами, она сама охотилась за мной, забросила крючок и вытащила меня, трепещущего, на бережок.

Я научился водить все виды транспорта, включая яхту, вертолет и легкомоторный самолет. Когда я спрашивал: «Зачем?» – она отвечала: «Может пригодиться». Когда спрашивал: «Чего ж “Сессна”, чего же не “Боинг” сразу?» – отвечала: «Не пригодится». Она заставила меня изучить пару-тройку единоборств: «Нужно уметь защищать себя и, главное, меня, Руди». А когда я заикнулся об оружии, сказала: «Сходи в тир, возьми десяток уроков и забудь об этом навсегда, у тебя не должно возникнуть соблазна пользоваться этими штуками». Я научился одеваться и сидеть за обеденным столом, как лорд, накрывать этот самый стол, как лакей высочайшего уровня, отличать треченто от кватроченто, рассуждать о японской поэзии Серебряного века и о способах убийства животных на африканских сафари.

И, главное, она научила меня брать информацию отовсюду – из сплетен и разговоров, из передач по телику, научных статей и газет. Собирать, анализировать и использовать в своих целях.

Чего не сделаешь со скуки

Мы подошли уже к моему дому, а живу я как раз над тем безымянным баром. Маленький двухэтажный домик, квартирка на втором этаже продавалась очень дешево, несколько лет никто не хотел ее покупать. Как можно жить, если под окном у тебя с восьми утра и до двух часов ночи горланят? Португальцы не умеют говорить тихо и в трезвом-то виде, а тут хорошо подвыпившие мужики. Но я сказал хозяйке, что туговат на ухо и прекрасно высыпаюсь, хоть из пушек пали, и быстренько выкупил хату. Одна комната, кухня, балкончик размером с пляжное полотенце и кладовка почти три квадрата. Она, кстати, и стала основным моим стимулом, там я устроил себе кабинет. Дикая мысль, что там можно не держать швабры, старые тряпки и сломанные табуретки, а заниматься совсем другими делами, никому не могла прийти в голову.

Взяв бутылку «Лафройга» у Луиша, хозяина бара, мы поднялись ко мне. Но сначала, конечно, пришлось представить Агнесс моим приятелям, дескать, заявилась ко мне тетушка из Англии по линии двоюродного деда, уехавшего в Южную Африку еще при Салазаре. Уже раздухарившиеся и от пива, и от футбола старики, улыбаясь белыми вставными зубами – хвала стоматологии по страховке, – радостно кинулись пожимать ей руки, прикладываться щеками – галантны они были, как гранды. Кто-то, кажется, таксист Педру – почти единственный из моих приятелей, кто еще продолжает работать, хотя ему уже почти семьдесят, – худой, верткий, слегца кривоногий, молниеносно угостил даму стаканчиком дешевого вина. Агнесс приняла его с достоинством Изабеллы Кастильской, получающей контрибуцию с побежденной Португалии.

Я предложил Агнесс единственное кресло, достаточно вместительное даже для ее необъятных телес, а сам устроился на полу, бросив себе под зад пару подушек. Прямо на пол поставил и стаканы, разлил скотч, вспомнил, что не худо бы чем-нибудь закусить это дело, и пошел в кухню делать тапасы. Поджаренный тост, сверху тунец в оливковом масле из консервной банки и маленький кусочек апельсина – мое собственное изобретение. Всегда любил свалить в кучу несочетаемые ингредиенты, иногда получается здорово.

Когда вернулся в комнату с тарелкой в руках, Агнесс уже обошла мое жилище по периметру, как кошка, и теперь стояла у окна со стаканом в руке, сквозь жалюзи глядя на толпящихся внизу голубей.

– Не скучно тебе в этой дыре?

– Нет, что ты. Здесь спокойно и предсказуемо, всегда знаешь, что тебя ждет через час, через день, через неделю. Что еще нужно, чтобы встретить старость?

* * *

Господи, ну конечно, мне было здесь скучно! Так скучно, что не хотелось вставать с кровати! Лежать, не шевелиться, покрыться паутиной и задохнуться в этом коконе, только бы не спускаться вниз, не видеть это жизнерадостное старичье, изо дня в день повторяющее друг другу одни и те же истории, сплетни, вычитанные в газетах и перевранные из-за частого повторения прошлогодние новости. Бывшие таксисты, бывшие рыбаки, бывшие строители, бывшие, бывшие – все у них в прошлом. Если бы скука не опутывала меня своими сетями, разве я стал бы делать такие глупости?

Я проторчал на этом острове уже полгода, врос в компанию, собирающуюся в баре на площади, меня уже прозвали Гонзу Читателем и даже приглашали играть в лото, когда в утреннем «Дневнике» мне попалась маленькая заметка про ограбление одного небедного дома в нашей округе. Хозяева уехали в отпуск на континент, вот уже должны были вернуться, и домработница, она же нянька, пришла делать уборку в доме. И обнаружила, что одно из окон, выходящих во двор, разбито, а из дома поперта вся техника: телики, колонки, ноуты, принтер, всякая кухонная фигня типа микроволновки, комбайна и миксера – в общем, все, включая детские электронные гаджеты. Больше всего нянька убивалась именно по поводу игрушек. Как же, вот приедут сейчас детишки домой, а тут и поиграть не с чем! Ни музыкального смартфончика, ни ходячего единорога, ни гироскутера, ни электросамоката! Все пропало, горе! И со скуки я решил поймать этого вора. Что там ловить, упражнение для начинающих. Пошел я в свою кладовку…

Тут надо сказать, почему именно три квадрата кладовки стали решающим фактором приобретения этой квартирешки. Говорил уже, что оборудовал там кабинет. Кабинет – мечта хакера: мощный сервер, пара мониторов, роутер, еще кое-какие прибамбасы – кто понимает, сам догадается, остальным ни к чему.

Запустил бота – пусть лопатит мне сайты бесплатных объявлений, ищет свежие объявы, кто выставил на продажу детские гаджеты. И, пожалте вам, через три дня после ограбления появляется свеженькое объявленьице, а в нем тот самый гироскутер плюс остальные игрушки. Ну, я позвонил, говорю, хочу единорога приобрести. Договорился, подъехал, куда паренек мне сказал, в Сантану, купил этого зверя голубой масти с розовым рогом и розовой же веревочкой-поводком. Классная вещь, водишь его на веревочке, а он головой крутит, звуки всякие единорожьи издает. Сам бы играл, да не за тем покупал. Дошел я до почты, там же в Сантане, отправил этого славного зверя посылкой в наше отделение полиции и записочку добавил, что человек, зарегистрированный на таком-то сайте бесплатных объявлений под таким-то ником, и есть вор, которого они ищут. И подпись: «Сестра Ирма». Это хохма португальская, «ирма» по-португальски – это и имя, и просто «сестра», получилось «Сестра Сестра», тавтология, прикол. Что мог, сделал, дальше сами.

А на следующий вечер зашли в бар Алипиу и Ана из полиции. Отделение как раз за ближайшим углом, так что после смены ребята часто к нам заходят пропустить по стаканчику. Ну и говорят: такое дело, завелся у нас доброхот, прислал анонимку, а в ней наводка на парня, который давеча дом один ограбил. Ну, они проверить-то обязаны. Проверили, а у того дома весь скарб ворованный да еще кое-чего, что по прошлым делам проходит. Во как! Разговоров потом неделю было. Эта «сестра Ирма» прямо как новый Робин Гуд засветилась, засияла на небосклоне звездой.

* * *

Агнесс отошла от окна, покружила по комнате, встала у двери в кладовку, ну то есть в мой кабинет. Провела рукой по ней.

– Ручки нет, а дверь заперта. Что там у тебя? Прячешь что-то?

Хорошо, что на острове не принято ходить друг к другу в гости, все общение внизу на площади, а то бы уже кто-нибудь задал бы мне этот вопрос. Но от своей старой напарницы я решил не скрываться. Смысл? Она прекрасно знает, кто я, да и встретились мы, пожалуй, в последний раз, много ли нам еще осталось? Я вытащил из кармана магнитную карту, приложил к гладкой дверной поверхности. Щелкнул замок, дверь приоткрылась.

– Входи.

Сервер чуть слышно гудел, на одном экране крутилась забавная фигурка Тукса, по другому бежал снизу вверх непрерывный