Сыщик Галилей - Кэйго Хигасино

Кусанаги посетил тринадцатую лабораторию физического отделения физико-технического факультета университета Тэйто через три дня после этого странного происшествия.

Он и сам когда-то учился в этом университете, но на социологическом факультете. Поэтому за время учебы ни разу не ступал на территорию физико-технического. И удивительно было входить сюда через десять лет после того, как навсегда, казалось бы, распрощался с этими стенами.

Физическое отделение располагалось в четырехэтажном здании серого цвета. От одного взгляда на него Кусанаги заробел. «Это оттого, что у меня врожденная глухота ко всем этим „естественным“ наукам», — подумал он.

Нужная ему комната располагалась на третьем этаже. На двери висел список преподавателей и студентов. С краю крепились магнитные плашки, отмечающие имена тех, кто в данный момент работал в лаборатории. Судя по всему, все студенты разошлись по лекциям. Он нашел имя «Югава», возле него была отметка — присутствует. Кусанаги, взглянув на часы, убедился, что условленные два часа уже наступили, и только после этого постучал в дверь.

— Войдите.

Он открыл дверь, но, заглянув внутрь, несколько опешил.

В комнате стояла кромешная тьма. На улице было еще светло, следовательно, окна были плотно зашторены, точно их не было вовсе.

— Здесь Югава? — спросил Кусанаги, и в ту же минуту возле него послышалось тихое гудение. Звук показался знакомым.

Ах, ну да, сообразил он, это звук работающей электропечи, и в тот же момент прямо перед глазами вспыхнул огонек. Присмотревшись, он увидел стоящую на столе небольшую электропечь, внутри которой горела лампочка. Но лампочка не обычная — внутри нее дрожало пламя.

Но вот огонек стал постепенно тускнеть и вскоре потух. И тотчас, словно дожидаясь этого момента, раздвинулись шторы.

— Больше света! — раздался голос. — Фанфары в честь детектива Кусанаги, дни и ночи охраняющего покой и безопасность граждан!

Возле окна, придерживая штору, стоял мужчина в белом халате. Высокий, с бледным лицом интеллектуала, в очках с черной оправой, он практически не изменился со студенческих лет. Даже прическа с нависающей над бровями челкой осталась прежней.

Кусанаги, вздохнув, кисло улыбнулся:

— Хотел меня напугать? В твоем возрасте пора бы уже прекратить эти детские шалости!

— Жаль, я не ждал такой реакции. Хотел всего лишь наглядно продемонстрировать свою готовность помочь тебе…

Югава, до конца раздвинув шторы, направился к Кусанаги, на ходу засучивая рукава халата. Протянул руку.

— Ну, как жизнь?

Промычав что-то неопределенное, Кусанаги ответил на рукопожатие. Хоть Югава и выглядел субтильным, он был в свое время асом в секции бадминтона. Кусанаги не раз случалось играть с ним на тренировках, и каждый раз это было жесточайшее сражение. И сейчас крепкое рукопожатие Югавы напомнило ему о тех временах.

— Когда ж это было?… — спросил Кусанаги, отпуская руку. Он имел в виду их последнюю встречу.

— Три года назад, десятого октября, — сказал Югава. Без малейших колебаний.

— Неужели?

— Мы виделись на свадьбе Кавамоты. После этого не встречались. В тот день все были в черных фраках, и только ты один в сером костюме.

— Точно. — Кусанаги кивнул, припоминая. Все было именно так. «Значит, и память у Югавы крепка, как прежде», — подумал он.

— Как в университете? — спросил Кусанаги, рассматривая приятеля. — Ты теперь доцент, небось работы невпроворот?

— Привык. Даже то, что год от года уровень студентов падает, уже не удивляет, — ответил Югава без тени улыбки. Очевидно, он и не думал шутить.

— Какой ты строгий!

— Скорее уж, — сказал Югава, — у тебя работы невпроворот. Особенно в последние дни.

— Что ты имеешь в виду?

— Я ведь догадываюсь о цели твоего визита, поэтому и соорудил эту штуку. — Югава махнул рукой в сторону электропечи.