Курс выживания - Оксана Обухова

– Какое направление? – опешила я и сдунула со щеки налипшую прядь волос.

– Как какое? – подняла брови девушка. – Разве я вам не сказала? Для вас в регистратуре лежат талон и направление…

– Нет, вы мне ничего не говорили.

– Ой, простите. Вам надо сначала взять…

– О-о-ох, – простонала я и, перехватив Тимофея поперек туловища, собралась рысить обратно вниз.

– Подождите, – остановила меня сестричка. – Давайте мне Тимошу, я пока его к процедурную отнесу, там как раз «окно», а вы быстренько к регистратуре. Там без очереди. Спросите направление для Тимофея Туполева, и вам сразу его выдадут вместе с талоном.

От усилий, июльской жары и нервотрепки руки мои так вспотели, что ребенок из них буквально выскользнул. Выскользнул и доверчиво и весело перебрался на рукав белого халата.

Наш Тима вообще ребенок очень общительный. Он растет в доме, где его балуют пятеро взрослых, и потому относится к миру с полным доверием. Его не обижают, не наказывают, и каждого нового человека он заранее считает своим другом.

– Получите талон, – щебетала тем временем сестричка, – потом сюда и сразу направо…

– Я быстро, – пообещала я и резвым сайгаком, через две ступеньки понеслась вниз к регистратуре.

Там, пихаясь и извиняясь, растолкала очередь из мамаш и подростков, получила от них пару нелицеприятных отзывов о своих манерах и умственных способностях, но желаемого достигла – засунула нос в плексигласовую дырку:

– Направление. На анализ крови. Для Тимофея Туполева. Пожалуйста.

Усиление на фамилию «Туполев» не произвело, что удивительно, никакого действия. Юная красотка в белой курточке сурово сдвинула брови, порылась в ящике, заполненном тонкими бумажками, и выдала:

– Ничего нет.

– Девушка! Посмотрите еще!

– Ничего нет, – с нажимом повторила регистраторша.

– Должно быть! Посмотрите еще!

Девица лениво поковырялась в бумажках и отчеканила:

– Направление у вашего лечащего врача. Следующий!

Я чертыхнулась, вылезла из окошка и, костеря всю медицину на свете, помчалась на второй этаж. Две сумки болтались на моих плечах, как нищенские торбы, я мчалась вперед и чувствовала, что буквально закипаю от злости. «Курица безмозглая! Отправила куда-то! Делать мне больше нечего, как только пинки в очередях получать!»

Возле физиокабинета на белой крашеной двери висела табличка «Процедурная». Я, без всякого сомнения, распахнула дверь и почти сразу наткнулась на двух недовольных женщин – медсестру со шприцем наготове и мамашу, пытавшуюся пристроить двухлетнего отпрыска на своем колене голой попкой вверх. Отпрыск визжал и извивался, потная и жалобно-разозленная мамаша ловила разлетающиеся ноги и руки.

– Простите, – пробормотала я. – А где Тимофей?

– Выйдите вон! – рявкнула медсестра. – Дожидайтесь очереди!

Я послушно вылетела из небольшого кабинета, так как Тимофея там явно не было. Закусив губу и озираясь, начала исследовать таблички на дверях, не предполагая еще ничего ужасного. «Куда эта курица унесла Тимку?! – думала ошарашенно. – В туалет попку мыть… Отошла куда-то…»

В дамской сумке завозился, забренчал сотовый телефон, я выловила его в мешанине из брелков, косметики и носовых платков и, не глядя на определитель номера, прорычала:

– Да, слушаю! – сама крутила головой и пыталась вычислить возможное направление исчезновения медсестры с Тимкой на руках.

– Софья Николаевна, – вкрадчиво прошелестел по телефонной мембране незнакомый мужской баритон, – не надо больше бегать по больнице и поднимать шум. Не надо кричать и звать на помощь. Тимофей у нас.

И в тот же момент в нашем городе случилось первое за тысячи лет серьезное землетрясение. Пол завибрировал под моими ногами, пошел ходуном, стены поликлиники качнулись и едва не сошлись над моей головой. Мир терял прочность. Терял шум и краски. Дурнота швырнула меня плечом на косяк двери в физиокабинет, и, найдя в нем опору, я прошептала хрипло:

– Кто вы?

– Не важно, – усмехнулся голос. – Успокойтесь и слушайте внимательно. Если вы в точности выполните наши указания, с Тимофеем не произойдет ничего плохого…

– Кто вы?!?!

– Слушайте. Сосредоточьтесь и слушайте. У вас мало времени. Вы готовы?

Сухой язык оцарапал небо и прошуршал:

– Да. Сколько вы хотите?

– Нас не интересуют деньги. Нам нужна услуга.

– От моего мужа? – Удивительно, совершенно удивительно и внезапно я обрела спокойствие. Фиктивное землетрясение закончилось разом, стены перестали раскачиваться, а пол убегать из-под ног, зрение обрело четкость, а слух достоверность. Мысли уподобились лезвиям, готовым порезать на составные части любого врага. Я превратилась в стенобитное орудие. Так как недаром славилась подобной особенностью – приходить в расстройство и панику из-за мелочей и стремительно собираться в кулак в момент реальной опасности.

– Нет, – шептал противный голос. – Услуга нам нужна от вас. Причем в самое короткое время.

– Хорошо. Говорите, что я должна делать?

– В течение получаса вы, Софья Николаевна, должны принести по определенному адресу мобильный телефон вашего мужа.

– Телефон? – удивленно уточнила я.

– Да. Не пытайтесь нас обмануть, – предупредили меня и назвали номер его сотового.

– Повторите, пожалуйста, еще раз номер телефона, – не веря собственным ушам, боясь ошибиться, попросила я.

Мне повторили.

– Я согласна. Куда я должна принести телефон?

– На улицу Красина в дом номер восемь. Это напротив фонтана, представляете?

– Да. Дальше.

– Войдете в средний подъезд. Опустите телефон в почтовый ящик под номером двадцать пять и сразу уходите.

– Когда вернут ребенка? – жестко проговорила я.

– Как только вы выполните все в точности. И еще. Я надеюсь, говорить о том, что будет, если вы привлечете для решения проблемы милицию или службу безопасности вашего мужа, не стоит. Ваш муж, Софья Николаевна, ничего не должен знать. У вас есть полчаса. Время пошло.

В трубке раздались гудки отбоя, я посмотрела на дисплей, убедилась, что номер не определился, и со злой усмешкой сжала мобильник в кулаке.

Похититель сильно просчитался. У моего мужа два сотовых телефона. Один для общедоступных, малозначительных звонков, другой — особый, защищенный и выполненный по спецзаказу.

Похититель потребовал принести обычный телефон. Тот, по которому Туполев никогда не ведет серьезных переговоров и где не держит никакой важной информации и контактов.

Этот телефон я вообще могла им подарить без вреда для бизнеса и здоровья.