Тонкий лед - Пейдж Шелтон

– Как там ветер? – поприветствовал нас Фрэнсис. Клетчатый флаг он засунул в задний карман джинсов.

– Вполне нормально, – ответил Хэнк.

Даже если бы я сейчас захотела вмешаться в их разговор с моими менее позитивными комментариями, я бы не смогла этого сделать. Мой взгляд упал на куртку Фрэнсиса, и я лишилась дара речи. Горло сжал спазм, не давая вдохнуть. Куртка была короткая, шерстяная, с узором в красно-черную клетку, наверняка популярная в здешних местах модель. Я уже видела ее на Фрэнсисе, когда он смотрел на нас с башни, но не придала значения. Теперь же мое сознание – или что-то еще – уловило связь: мой похититель, Леви Брукс, тоже был одет в похожую куртку. Внезапно я вновь ощутила прикосновение ее грубой ткани, когда Брукс схватил меня за шею. До этого я даже не помнила, что он держал меня именно так. Но теперь ясно ощутила его кисловатый запах, забивающий нос и горло, резкую гнилую вонь его фургона. Я внутренне встряхнулась и прочистила горло. Воспоминания потихоньку возвращались, но сейчас для них не время и не место. Нельзя было терять контроль над собой.

– Так вы близнецы? – спросила я, как только удалось сфокусировать взгляд и стряхнуть странное оцепенение. Обоим мужчинам было примерно под семьдесят, у них были одинаково непослушные седые волосы и дружелюбные карие глаза, но у одного пробор был слева, а у другого – справа. Плюс у Фрэнсиса было больше зубов, чем у брата.

– Да, мэм, я Фрэнсис Харвингтон. – Он протянул мне руку, вопросительно нахмурив брови. В глазах читалось любопытство.

Я забрала у Хэнка пишущую машинку и, уперев футляр в бедро, ответила на рукопожатие:

– Бет Риверс. Рада познакомиться. – Пальцы у меня были ледяные, но я надеялась, что Фрэнсис спишет это на погоду. Понять, дрожали ли они, я так и не смогла.

– Я тоже. – Фрэнк не отпускал мою руку. – С вами все в порядке?

– Да просто еще не пришла в себя после перелета, – ответила я с натянутой улыбкой.

Он выпустил мою ладонь, и они с Хэнком обменялись быстрыми взглядами. Затем снова повернулся ко мне.

– Ну что ж, добро пожаловать в Бенедикт. Мы нашли человека, который отвезет вас в город, но он еще не приехал. Не хотите зайти внутрь? Выпьете чашечку кофе, обсохнете немного.

Он кивнул в сторону небольшого здания по другую сторону от башни. Оно напомнило мне железный сарай, какие ставят на заднем дворе, только гораздо больше размером. Других самолетов вокруг не было.

– С удовольствием, спасибо, – ответила я.

И вдруг осознала: я на месте. Несмотря на отчаяние и страх, которые отправили меня в путь и сопровождали всю дорогу, я смогла. Я добралась до Аляски несмотря на все сложности. Наконец-то я была в безопасности – или, по крайней мере, нашла временное убежище. Облегчение, которое навалилось на меня, было внезапным, и глаза наполнились слезами. Я поморгала и шмыгнула носом, стараясь не встречаться взглядом со своими спутниками и пытаясь привести эмоции в порядок. Как хорошо, что идет дождь.

Я знала, что мне еле-еле удается держать себя в руках, но уж лучше так, чем совсем расклеиться. Нужно делать шаг за шагом. Сначала один, потом второй. Я смогу.

– Давайте я возьму. – Фрэнсис забрал у меня машинку и повернулся к «аэропорту». Он попытался было забрать и рюкзак, но я закинула его на плечо, стараясь не встречаться с ним взглядом. Вместо этого я смотрела на лес, густой и темный. Интересно, как Глэдис пробирается через такие заросли?

Хэнк и Фрэнсис снова коротко переглянулись, а затем Хэнк извинился, сказав, что ему нужно проверить самолет. Я пошла за Фрэнсисом, на ходу смахивая слезы. По дороге я старалась осмотреться, но увидела только взлетно-посадочную полосу, аэропорт и лес. Других пассажиров тоже не было, никто не спешил на борт и не спускался с трапа, да и самолетов кроме нашего не было видно. Холодная дождливая погода совершенно не напоминала ни один знакомый мне июнь, однако внутри здания оказалось тепло.

Аэропорт был простеньким: справа стойка проверки багажа, слева обеденная зона, где сидело, уткнувшись в ноутбуки, несколько человек. Фрэнсис, должно быть, заметил мой интерес.

– Хороший Интернет есть только здесь и в библиотеке, а в полдень у них перерыв на час. Все приходят сюда, а потом, когда библиотека снова открывается, убегают обратно. А еще здесь вкусные бейгл-сэндвичи. И дешевые.

Я кивнула. Всего два места с нормальным Интернетом? Бенедикт с каждой секундой набирал очки.

Фрэнсис провел нас мимо багажной стойки в направлении какого-то офиса и, кажется, камеры хранения багажа. Там также стояла огромных размеров морозильная камера. Я никогда прежде не видела ничего подобного.

То ли Фрэнсис снова заметил мое любопытство, то ли просто часто выступал в роли гида.

– Это для рыбы, – объяснил он. – Сюда много рыболовов приезжает. Они обрабатывают ее на нашем заводе – ну, замораживают, филе делают, – а мы храним, пока они из города не уедут.

Я снова кивнула и прошла за ним в офис. Жестом он пригласил меня присесть, а сам устроил машинку на краю опрятного стола. Труба пузатой печи в углу уходила вверх сквозь потолок. Вдоль одной из стен стояли книжные шкафы, забитые какими-то официального вида тетрадями. Наверное, для записей о полетах или аэропорте. Фрэнсис протянул мне полотенце.

– Доннер, ваш водитель, должен скоро приехать.

– А кто это организовал? – спросила я, вытирая лицо и руки. Я успела только позвонить в отель и забронировать номер, да купить билеты на самолет. – Служба отеля?

Фрэнсис пожал плечами:

– Деталей, боюсь, не знаю. – Он коротко мне улыбнулся, присел на корточки и, открыв дверцу печки, помешал горящие щепки внутри. – Да и не мое это дело.

– Ладно, спасибо. – Я не совсем поняла, что он имел в виду. Фрэнсис закрыл дверцу, встал, вытер руки о джинсы и потянулся за кофейником.

– Больше багажа нет?

– Нет, это все, – ответила я.

Он выжидающе посмотрел на меня, но больше я ничего не сказала. В рюкзаке у меня были необходимые для работы вещи, кое-какие туалетные принадлежности, пара футболок и пять смен нижнего белья. Все это я купила