Жизнь замечательных детей - Люся Лютикова

Нужный мне дом по улице Сталеваров обнаружился совсем рядомс МКАД. Это была самая обычная панельная девятиэтажка, и никаких офисных зданийв ней не наблюдалось. У меня мелькнуло подозрение, что офис № 1 – это,должно быть, квартира на первом этаже первого подъезда. Так оно и оказалось. Нажелезной двери, обитой дерматином, был приклеен скотчем листок бумаги. Фирма«Радость жизни»– гласила надпись, отпечатанная на принтере. Я нажала назвонок, и он отозвался лошадиным ржанием.

Дверь открыл мужчина средних лет. Выглядел он по-домашнему:в джинсах, мятой водолазке и тапочках на босу ногу.

– Здесь «Радость жизни»? – засомневалась я.

– Да-да, здесь, проходите! – радушно ответилмужчина, пошире распахивая дверь. – Ведь это вы звонили сорок минут назад?Полная девушка и к тому же неудачница. Редкое везение!

Я одарила мужчину убийственным взглядом, и он тут жепоправился:

– Ну, для меня везение, разумеется.

Я вошла внутрь и огляделась. Квартиру попытались переделатьпод офис, причем совсем недавно: в воздухе еще витал слабый запах краски.Попытка не удалась, следы прежней жизни проглядывали повсюду. Чего стоили хотябы антресоли, которые делали узкий коридор просто микроскопическим.

– Прошу сюда.

Мужчина прошел в единственную комнату, и я двинулась вследза ним.

Обстановка сводилась к минимуму. У окна стоял большойписьменный стол, на нем – компьютер и принтер, на окне примостился факсовыйаппарат. Рабочую атмосферу портили диван в углу, наспех прикрытый зеленымпледом, и платяной шкаф рядом с ним.

Все это было более чем странно. Фирмы, где дурят простаков,выглядят совсем по-другому. Где говорливые менеджеры в строгих офисныхкостюмах? Где толпы сограждан, страждущих приобщиться к Великой Халяве?Наверное, этот аферист только начинает свое черное дело и еще не успел какследует развернуться, сделала я вывод.

– Меня зовут Алексей, я директор фирмы, – сказалмужчина.

– Людмила, – представилась я.

– Могу поспорить, что все зовут вас Люсей, –улыбнулся директор.

Мне ничего не оставалось, как признать его правоту.

Алексей предложил мне стул, а сам уселся в рабочее кресло.

– Я поражаюсь вашей смелости, Люся, – проговорилон с самым доброжелательным выражением на лице.

– Простите?

– Вы знаете, редко кто может так открыто сказать: да, янеудачник. Обычно люди миндальничают, жалеют себя, цепляются за любой мелкийповод, лишь бы придать смысл собственному существованию. А вы вот так смело иоткрыто заявляете. Я вами просто горжусь!

Я не знала, как реагировать на эти слова. Вроде бы мнетолько что отвесили комплимент, но польщенной я себя не чувствовала.

– И насчет полноты тоже, – продолжал мужчина темже задушевным голосом.

Я напряглась:

– Что – «насчет полноты»?

– Это ведь больная тема для женщин. Все просто с умапосходили, каждая считает себя толстой до безобразия. А предложи какой-нибудьтакой дамочке выйти и публично признаться: да, мол, грешна, люблю покушать наночь, поэтому и лишние килограммы, – ни за что не согласится. А уж темболее зарабатывать на полноте деньги. Такое по плечу единицам!

У меня мелькнула догадка:

– Так вы «Гербалайф» распространяете, что ли?

Алексей напустил на себя вид оскорбленной невинности:

– Вы за кого меня принимаете? Да у меня солидная фирма!Я возвращаю людям праздник жизни! Вот читайте! – И он протянул мне розовуюрекламную листовку.

Я пробежала глазами текст: «У вас не складывается личнаяжизнь? Отношения в семье дали трещину? Проблемы на работе? Вам кажется, что выпотеряли в жизни что-то главное? Есть деньги, но нет счастья? Не отчаивайтесь!Фирма „Радость жизни“ уже спешит вам на помощь! Индивидуальный подход, гибкиецены, гарантированный результат».

– Ничего не понимаю! – Я отложила листок. – Вчем конкретно заключается помощь фирмы? И что буду делать лично я, еслипоступлю к вам на службу?

Директор провел пятерней по своим растрепанным волосам.

– Видите ли, в чем дело… – начал он. – Каждыйчеловек хочет быть счастливым. Причем постоянно. Но это невозможно поопределению. Ведь что такое счастье?

Я решила, что вопрос риторический, однако паузазатягивалась. Неужели Алексей ждет от меня ответа? В течение тысячелетийфилософы бились над этим вопросом, и никому не удалось даже приблизиться кистине.

Мужчина продолжал выжидательно смотреть на меня. Я вздохнулаи робко сказала:

– Ну, счастье – это когда утром хочется идти на работу,а вечером – домой.

– В общем, правильно, – похвалил Алексей. –Вот только даже самая хорошая работа и самый роскошный дом со временемперестают радовать. Вы заметили, что чем больше людям платят, тем хуже ониработают? – Я неопределенно кивнула. – А самая красивая и веселаядевушка уже через пять лет женитьбы сидит у мужчины в печенках. Евроремонт,который ты отгрохал за бешеные деньги, спустя месяц воспринимается как нечтосамо собой разумеющееся. Из жизни уходит ощущение праздника. Но тут появляемсямы…