Проклятия по контракту - Александр Каневский

— Значит, стрелявшие знали, что голову не пробьют, а врежут по черепу, как двумя дубинами?

— Если они пользовались таким ружьём и такими пыжами, конечно, знали.

— Ясно. — Борис вынул из ящика стола список на нескольких страницах. — Это из «Общества охотников». Обладатели ружей в радиусе сорока километров. Для первого захода. Потом расширим круг поисков. — Стал просматривать страницы и откладывать их в сторону.

— Нарезные ружья… винчестеры… трёхствольные… Вот! «Гладкоствольные, калибр тридцать два»… Таких сорок восемь… А вот «шомпольные», всего четыре штуки. Это облегчает задачу. — Повернулся к Тине. — Старший лейтенант Валежко! Тина вскочила со стула.

— Слушаю, товарищ майор!

Он протянул ей страницу с четырьмя фамилиями.

— Этих охотников просветить, как на рентгене: кто есть кто, где служит, на ком женат, чем занимается в свободное время… И, пожалуйста, побыстрей — нам ещё предстоит много следственных экспериментов.

Вам понятно?

— Конечно, товарищ майор!

Она быстро развернулась, чтобы Лапшин не увидел появившуюся на её лице улыбку. Выйдя из кабинета, согнала со своего лица весёлую предательницу и решительно направилась выполнять задание.

А счастливая улыбка, слетевшая с её губ, ещё долго порхало яркой бабочкой по угрюмому коридору Управления.

Пока Тина «просвечивала» четверых охотников, Пахомов решил познакомиться с сотрудниками Бурляева. Его фирма называлась «Здоровье» и размещалась в Кузьминках, в трёхкомнатной квартире Бурляева, которую он переоборудовал и передал под контору. Фирма не имела ни своей строительной техники, ни рабочих — всех нанимала, поэтому штат был очень немногочисленным: кроме главы фирмы — экспедитор, бухгалтер и секретарша.

После того, как Борис предъявил удостоверение, ему предоставили кабинет Бурляева, и он по очереди приглашал туда сотрудников.

Первой вошла бухгалтер.

— Полина Фёдоровна, — представилась она и заплакала.

— Что с вами? — испуганно спросил Борис.

— Виталия Сергеевича жалко.

— Пожалуйста, успокойтесь! Мне надо задать вам всего несколько вопросов.

— Простите, я сейчас… — Она достала платочек и промокнула им глаза. — Я готова.

Она была ещё совсем не старая, но рыхлая, отёкшая, с обвислыми щеками. Глядя на неё, Борис вспомнил шутку: «Мне в моей жене нравятся три вещи. — Какие? — Её подбородок». Подавив улыбку, спросил:

— Давно работаете с Бурляевым?

— Со дня основания фирмы.

— Ну, и что вы можете сказать о своём шефе?

Она встрепенулась.

— Замечательный человек!.. Таких, как он, поискать надо!.. И добрый, и умница!.. Позавчера докладываю: «Пескобетон, сухая смесь, за каждые пятьдесят кг сто пятнадцать рублей просят. Нам, по проекту, тридцать три тонны триста килограмм требуется. Будем брать?.. — Конечно, отвечает. Семьдесят шесть тысяч пятьсот рублей — нормальная цена!» Это он сразу в уме посчитал, представляете? Такая светлая голова, как арифмометр… — Она опять заплакала. — Так его жалко, так жалко… — Тем же платочком стала утирать слёзы.

Борис налил стакан минеральной воды из бутылки, стоящей на столе, пододвинул его к ней и спросил:

— Как вы думаете, почему в него стреляли?.. Нарушил какие-нибудь условия? Кого-то обманул, не вернул, недодал?..

— Да что вы! — она замахала руками. — Он всем всегда наперёд платил. Даже если у нас на счету ещё не было поступлений — из своих выплачивал. Я говорю: «Подождите, пусть сперва работу сделают». А он в ответ: «Чтобы хорошо сделали, надо людей стимулировать. Не только деньгами, но и доверием»… Верил он людям, верил, а они в него за это… — В глазах у неё опять заблестели слезинки.

«Не женщина, а пипетка» — подумал Борис. А вслух спросил:

— А вас, сотрудников, он не обижал?

— Никогда. Очень уважительно себя вёл. Не кричал, не оскорблял… Золотой человек… Золотой… Если кому отлучиться надо было, даже на весь день — всегда отпуска-а-ал… — Слезинки стали набухать. Она уже чуть завывала, как это делают плакальщицы над покойником. — Каждому сотруднику по три процента акций подари-и-ил… Представляете?.. Это помимо зарплаты-ы-ы…

Два ручейка слёз покатились по её щекам, платочек уже можно было отжимать.

«Нет, она не пипетка, она родник, — подумал Борис, — надо прекращать допрос, а то будет наводнение».

Он проводил её в соседнюю комнату до её рабочего места. За столом напротив сидела секретарша Алина. Перед ней лежала раздетая кукла Барби. Алина надевала на неё кружевные трусики, рубашечку… Увидев Бориса, спрятала куклу в стол, пояснила:

— Это для дочки, ей завтра три годика.

Она встала, потянулась, слега качнувшись на своих высоких каблуках. «Зачем к таким длинным ногам ещё и такие каблуки?.. — подумал Борис. — Она и так состоит их одних ног, и довольно красивых!»

Он пригласил её в кабинет Бурляева. Усадил в кресло. Она откинулась на спинку, забросила ногу на ногу и с усмешкой сообщила:

— Я готова к даче показаний.

«Эти ноги делались по спецзаказу!» — ещё раз отметил Борис. Женские ноги всегда были для него отвлекающими деталями. Он заставил себя отвести от них взгляд и спросил: — Хотите сигарету?

— Пока нет.

— Тогда первый вопрос: почему она всё время плачет? — Он кивнул в сторону двери, за которой осталась трёхподбородочная бухгалтерша.

— Потому что одинокая: у неё никого нет, кроме мужа.

— А у вас?

— У меня много мужей… Правда, чужих.

— А от кого у вас девочка? — вырвалось у него.

Она спокойно ответила:

— От мальчика.

Борис немного смешался.

— Простите… Это бестактный вопрос.

— Ничего, вы же по долгу службы… А вот теперь угостите сигаретой. — Он протянул ей пачку, поднёс зажигалку. Она затянулась. — Был один, звали Шурик. Я его даже любила. Думали пожениться, но он пил, дрался, кому-то печень отбил, его посадили. Через год вернулся — на меня уже не смотрел, его женщины перестали интересовать… Почти как у Окуджавы. — Пропела. — «А Шурик вернулся, а он голубой»… — Выпустила несколько колечек дыма. — Жизнь заставила поумнеть: я теперь только с джипастыми имею дело.

— Простите, не понял? С кем вы сказали?

— С джипастыми. Которые на джипах… Чего вы на меня так смотрите?… «Жизнь надо прожить так, чтобы было стыдно рассказать, но приятно вспомнить» — в интернете прочла… Всё равно скоро конец Света, надо успеть насладиться жизнью!.. Вы верите в конец Света?