Знакомый незнакомец - Сью Краммонд

– Нет, спасибо. Здесь есть стиральная машина, а ходить в магазин я могу и сам. Но я воспользуюсь вашим предложением, если вдруг нападет лень, А вы сами как поступаете? – неожиданно спросил он.

– Обычно я готовлю себе сама, – машинально ответила Ребекка. – За редкими исключениями.

В прошлом она иногда готовила для Гая, который отказывался демонстрировать свои выдающиеся таланты на ее скромной кухне. Но теперь с этим покончено.

Ребекка уже собиралась уходить, но, вспомнив о просьбе шефа проявлять предупредительность к новому гостю, равнодушно-вежливо спросила:

– Вы работаете над новым романом?

– Нет, – ответил Джеффри, – над сборником документальных очерков, посвященных нескольким судебным процессам. По профессии я адвокат. – Его глаза вновь насмешливо сузились, и он добавил:

– Но мне кажется, адвокаты у вас не в чести. Возможно, вы даже согласны с мнением Шекспира о них.

Несколько секунд Ребекка размышляла, потом в памяти ее всплыла цитата.

– «Сперва же перебьем всех адвокатов»? – Да уж, подумала она, по крайней мере, некоторых из них. – Я помню эту фразу еще со школы, но забыла, из какой она пьесы.

– «Генрих VI», второе действие, – сказал он так быстро, что Ребекка невольно улыбнулась.

– Наверняка вы совсем недавно это уточнили, – сказала она.

– Нет, но я рад, что встретил равного себе эрудита, – с преувеличенной вежливостью произнес Джеффри.

Ребекка закрыла блокнот и убрала его в сумку.

– Хорошо. Мне нужно идти. Если вам еще что-то понадобится, позвоните.

– Спасибо. Должно быть, я отнимаю у вас время. Мне неожиданно пришлось вернуться из-за границы, а здесь оказалось негде жить. Артур был так любезен, что предложил пожить у него, пока я не найду что-то подходящее для себя.

Ребекка удивилась: писателю негде жить? Какой-то разлад в личной жизни, возможно, развод? Впрочем, с его-то привлекательной наружностью, богатством и успешной писательско-адвокатской карьерой он недолго останется в одиночестве.

Уже стоя в холле, Ребекка протянула ему свою визитку.

– Можете звонить мне домой или на работу, А сейчас предоставляю вам возможность заняться вашей книгой. Спокойной ночи, мистер Каннингем.

– Я провожу вас.

Ребекка удивленно вскинула брови.

– В этом нет никакой необходимости.

– Сейчас уже темно, – сказал Джеффри. – К тому же вы потратили на меня время, так что я просто обязан отвести вас домой.

Проклиная его за ненужную любезность, Ребекка с нетерпением ждала, пока он наденет плащ и закроет дверь. Идя впереди Джеффри, она освещала дорогу фонариком, жалея, что на ногах у нее туфли на каблуках, а не кроссовки, в которых можно было бы пройти по траве и срезать путь к дому. Она физически ощущала молчание, повисшее между ней и Джеффри, как грозовое облако.

К тому моменту, когда они почти добрались до ее дома, оно так сильно давило на уши, что Ребекка не выдержала и почти побежала, вынудив Джеффри ускорить шаг. Но, не дойдя нескольких ярдов до двери, она вдруг остановилась как вкопанная.

На пороге стоял мужчина, который пытался замотать носовым платком окровавленную руку.

– Гай! – в ужасе воскликнула Ребекка. – Что ты здесь делаешь?

– Как видишь, поранился, – процедил тот сквозь зубы. – Какого черта ты сменила замки?

– В моем доме я делаю что хочу. И если я сменила замки, это не дает тебе права разбивать окно у меня в гостиной! – в бешенстве ответила Ребекка. – Убирайся вон! И не смей больше здесь появляться!

– Ты… – Гай с трудом сдержал ругательство, которое уже было у него на языке, и, задохнувшись от ярости, шагнул к Ребекке.

– Думаю, вам лучше уйти, – спокойно произнес Джеффри.

– Это еще кто? – взревел Гай.

– Я адвокат мисс Хьюстон, – ответил Джеффри. – А вам, мистер…

– Фостер, – подсказала Ребекка.

– Вам, мистер Фостер, придется дать объяснения по поводу незаконного проникновения в чужой дом. – Джеффри обратился к Ребекке:

– Мисс Хьюстон, вызовите полицию.

Ребекке понадобилось время, чтобы убедить его отказаться от этого намерения. Затем они втроем вошли в дом, и Ребекка провела Гая в кухню, чтобы обработать рану. Она промыла ее антисептиком и перевязала. Джеффри стоял на пороге кухни, наблюдая за ними. Все это время ни один из них не произнес ни слова, хотя Гай, судя по всему, не считал разговор законченным.

– Хорошо, – резко сказал он, когда повязка была готова, и в упор посмотрел на Джеффри. – А теперь уходите. Мне нужно поговорить с Ребеккой наедине.

Джеффри с невозмутимостью выдержал его взгляд и произнес:

– Не думаю, что моя клиентка разделяет ваше мнение.

– Ты можешь сказать мне то, что хотел, в присутствии мистера Каннингема, – сказала Ребекка, обращаясь к Гаю.

Его глаза сверкнули.

– Но это личный разговор!

– Мистер Каннингем, я полагаю, не будет возражать, – холодно ответила Ребекка.

– Но я буду! Черт, это просто смешно!..

– Не так смешно, как тебе кажется, – заметила Ребекка тем же тоном. – Я не собираюсь больше встречаться с тобой наедине, Гай. Никогда. Поэтому скажи, что болел, и уезжай.

Он в ярости уставился на нее.

– Ты действительно хочешь, чтобы я поехал обратно в темноте и с пораненной рукой?

– Ты можешь снять номер в отеле. В любом случае, здесь ты не останешься.

Лицо Гая исказилось от гнева.

– Ты говоришь серьезно?

– Абсолютно серьезно.

– Надеюсь, вам все понятно? – вмешался Джеффри. – Впрочем, мисс Хьюстон, – продолжил он, обращаясь к Ребекке, – я могу добиться официального запрета для мистера Фостера появляться в вашем доме.

Ребекка подумала, что это предложение не лишено смысла, но все же сказала:

– Не нужно. По крайней мере, не сейчас.

– Послушай, – спросил Гай с неподдельным изумлением, – какая муха тебя укусила? Ты же знаешь, что я всегда о тебе заботился.

– О, ради Бога, прекратим этот разговор! – воскликнула Ребекка, начиная выходить из себя. – К тому же у тебя довольно странный способ демонстрировать заботу обо мне!

Гай протянул к ней руку едва ли не умоляющим жестом.

– Вчера я немного погорячился и готов это признать. Больше такого не повторится.

– Это уж точно, – кивнула Ребекка. – Никогда не повторится.

– Правильно ли я понял, что мистер Фостер угрожал вам физической расправой, когда вы не уступили его требованиям? – спросил Джеффри, полностью освоившийся с принятыми на себя обязанностями ее адвоката.