Одна минута славы - Анна Михалева

— Мы познакомились случайно, — вяло процедил Ивар Скрипка. — Я завалился в бар, хотел, как всегда, потусоваться, дернуть чего-нибудь, словом оттянуться…

«Боже ты мой!» — вяло подумала Алена, изо всех сил изображая милую заинтересованность на лице. Рука, держащая диктофон, совсем затекла, а положить его на стол невозможно — Ивар говорит тихо, музыка гремит вовсю, значит, запишется не голос, а фон. Однако собственная рука сейчас ее занимала меньше всего, в голове уже крутились фразы, которые заменят нелепое бормотание всеобщего эстрадного любимца, придав ему некую интеллектуальность, что в принципе преступно, потому что народ никогда не узнает, кому на самом деле поклоняется. Историю его судьбоносной встречи с известным продюсером Тихоном Буряном она знала назубок и задала ему вопрос, не имеющий к этой встрече никакого отношения. Но Ивар любил рассказывать именно этот эпизод своей жизни, может быть, потому, что о других рассказать был просто не в состоянии — слов не находилось, и Алена с тоской поняла, что придется выслушать байку до конца.

Из всех более-менее известных поп-кумиров нашей эстрады Ивар Скрипка был самым тупым и косноязычным, впрочем, и сладкоголосым назвать его трудно — голос у него как таковой, похоже, отсутствовал — скрип один с придыханием. Но то ли это самое придыхание, то ли физиономия, живо напоминавшая о существовании на другом конце света красивого парня Леонардо Ди Каприо, — но что-то вынесло его на эстрадный Парнас, прочно поселив в сердцах миллионов одержимых почитательниц.

Теперь эта странная фигура была нарасхват среди журналистов. Об Иваре не писал только ленивый. Алена с радостью бы причислила себя к последним, если бы не главный редактор, который поручил ей это интервью, и если бы не спонсорское вложение (проще говоря, легальная взятка журналу), которую уже перечислил на счет издательства продюсер певца. С начальством не спорят, против денег не попрешь, поэтому она теперь вынуждена сидеть в прокуренной гримерке Театра Советской Армии, держа в онемевшей руке диктофон, слушать невыносимый бубнеж Скрипки и тихо злиться. А что ей еще остается делать?!

Ивар Скрипка, тщательно скрывающий от поклонников свое настоящее имя — Вася Огурцов, закурил следующую сигарету, третью за последние двадцать минут. Алена подумала, что его голосовые связки скоро перестанут издавать доводящий девушек до экстаза скрип и сгодятся разве что на слабое шипение. Но это в принципе не главное.

— А потом я наблевал прямо у него в машине, — сентиментально закончил Ивар.

«Когда я спел, — перефразировала она с обезьяньего на человеческий язык интервью, — он хлопнул меня по плечу и сказал: «Годится». И прослезился», — почему-то добавила она.

— Так вы действительно учились в музыкальном училище по классу баяна? — повторила она изначальный вопрос.

Ивар изобразил на лице такое недоумение, будто бы вообще не знал, что такое баян, как выглядит и для чего предназначен. Потом усмехнулся. Это у него очень хорошо получалось — доля цинизма, доля романтичности — вместе очень мило.

— Я на актерский поступал, во ВГИК. Но там одних педиков принимают, а я не педик.

— А девушка у вас есть? — быстро сориентировалась она, понимая, что нить разговора собеседник уловить не в состоянии.

— Шутишь, подруга! — Ивар затушил сигарету и тут же закурил новую. — Да как ягод на виноградной лозе.

— А одна, постоянная?

— Ну ты даешь! Я ж работаю. Я пою. Я Ивар Скрипка, помнишь!

«А девушки у Ивара пока нет, так что, поклонницы, не отчаивайтесь! У вас есть надежда!» — закончила в уме Алена. Сенсации не получилось. Вот если бы он раскололся и признался в какой-нибудь большой любви…

— Ведь вас с кем только не связывали… — уже без всякой надежды начала она.

— Да я всех их имел! — отмахнулся Ивар, то ли имея в виду тех известных дам, с кем его действительно «связывали» в прессе, то ли саму прессу.

Алена кивнула и снова улыбнулась, мысленно себя приободрив: «У меня очень интересная работа! Чертовски интересная и нужная людям! И вообще, редко кому так везет, как мне!» Тут ее непроизвольно перекосило.

— Ивар, через пять минут работаем! — крикнули в полуоткрытую дверь. — Оторви свою задницу и вали на сцену!

Ивар послушно встал и неожиданно положил ей руку на плечо:

— А ты так просто спрашивала или нет?

— Что так просто? — не поняла Алена.

Его пальцы впились в ее кофту, и он снова усмехнулся:

— Про девушку?

Другой рукой он провел по ее шее, от подбородка до ключицы. В целом получились недвусмысленные объятия. Алена не смогла сдержаться, ее передернуло. На нее не действовали чары поп-кумира. Может быть, потому, что внешность Леонардо Ди Каприо ей в принципе не нравилась — слишком слащавая.

— Ты меня дождись! — К великому ее облегчению, он убрал свои «звездные персты» и направился к выходу. — Завалим куда-нибудь. Можно и прямо ко мне.

От столь откровенного предложения ее опять передернуло. Он понял это по-своему.

— Не переживай, я скоро. Кури пока! — великодушно заключил он, нисколько не сомневаясь, что она его дождется.

«Сама что-нибудь придумаю! — оправдала себя Алена, опрометью вылетая из гримерки. — Все равно лучше получится!»