Ничто не вечно - Сидни Шелдон

– Никогда?

– Никогда.

– А не заводил ли Джон разговоры о том, что намерен вычеркнуть из завещания вас и ваших братьев?

– Никаких разговоров. Он был самым щедрым человеком в мире. Он всегда говорил мне, что я могу иметь все, что захочу, а когда он умрет… – голос вдовы дрогнул, -., когда он умрет, я буду богатой женщиной, и… – Она не смогла закончить фразу.

– Перерыв на пятнадцать минут, – объявила судья Янг.

* * *

Джейсон Куртис сидел в заднем ряду зала заседаний. Его буквально распирало от гнева. Он не мог поверить в то, что свидетели говорили о Пейдж. «Ведь это же женщина, которую я люблю, – подумал он. – Женщина, на которой я собираюсь жениться».

Сразу после ареста Пейдж Джейсон Куртис навестил ее в тюрьме.

– Мы будем бороться, – заверил он. – Я найму для тебя лучшего в стране адвоката по уголовным делам. – В памяти у него моментально всплыло имя. Алан Пени. Джейсон отправился к нему.

– Я слежу за этим делом по газетам, – сказал Пенн. – Пресса уже постаралась и вынесла ей приговор за убийство Джона Кронина ради миллиона долларов. Более того, она сама признает, что убила его.

– Я знаю ее, – возразил Джейсон Куртис, – и поверьте мне, Пейдж ни за что не сделала бы этого ради денег.

– Поскольку она признает, что убила его, – продолжил Пенн, – мы имеем здесь дело с эйтаназией. Умерщвление по гуманным соображениям запрещено в Калифорнии и в большинстве штатов, но отношение к этому противоречивое. Можно, конечно, вспомнить о Флоренс Найтингейл, о том, как она слышала голос Всевышнего, и прочую чепуху, но вся проблема заключается в том, что ваша любимая убила пациента, который оставил ей в соответствии со своим завещанием миллион долларов. Что же первично, курица или яйцо? Она узнала об этом миллионе до того, как убила его, или после?

– Пейдж понятия не имела об этих деньгах, – решительно заявил Джейсон.

– Правильно. Это было просто счастливое совпадение, – уклончиво проговорил адвокат. – Но окружной прокурор настаивает на убийстве первой степени и требует смертного приговора.

– Вы возьметесь за это дело?

Пенн замялся. Вполне понятно, что Джейсон Кур-тис поверил доктору Тэйлор. Как Самсон поверил Далиле. Адвокат взглянул на Джейсона и подумал: «Возможно, этому бедолаге навешали лапши на уши, а он и не подозревает об этом».

Джейсон ждал его ответа.

– Я возьмусь за это дело, но, как вы сами понимаете, оно очень сложное. И выиграть его будет трудно.

Заявление Алана Пенна оказалось чересчур оптимистичным.

* * *

Когда на следующее утро судебное заседание возобновилось, Гас Венабл вызвал целую вереницу свидетелей.

Первой показания давала медсестра.

– Я слышала, как Джон Кронин говорил: «Я знаю, что умру на операционном столе. Ты хочешь убить меня. Но я надеюсь, что тебя посадят за убийство».

Медсестру сменил адвокат Кронина Родерик Пелам. Гас спросил его:

– Когда вы сообщили доктору Тэйлор об оставленном ей Джоном Кронином миллионе долларов, что она сказала?

– Что-то вроде: «Это неэтично. Он ведь был моим пациентом».

– Она признала, что это неэтично?

– Да.

– Но согласилась принять деньги?

– О да, разумеется.

* * *

Алан Пенн устроил адвокату перекрестный допрос.

– Мистер Пелам, доктор Тэйлор ожидала вашего визита?

– Почему, нет, я…

– Вы не позвонили ей предварительно и не сказали: «Джон Кронин оставил вам миллион долларов»?

– Нет, я…

– Значит, вы сообщили ей это лично?

– Да.

– И вы могли видеть ее реакцию на эту новость?

– Да.

– А как она среагировала, услышав о деньгах?

– Ну…, она…, она выглядела удивленной, но…

– Благодарю вас, мистер Пелам. У меня все.

Слушание дела длилось уже четвертую неделю. Зеваки и репортеры с удовольствием наблюдали за представителями обвинения и защиты. Гас Венабл был одет в белое. Алан Пенн – в черное, оба они двигались по залу, как игроки в смертельной игре «живые шахматы» с Пейдж Тэйлор в роли жертвенной пешки.

Гас Венабл все туже затягивал узел.

– Если суд не возражает, я хотел бы пригласить в качестве свидетеля Альму Роджерс.

Когда свидетельница заняла свое место и приняла присягу, Венабл приступил к допросу.

– Миссис Роджерс, где вы работаете?

– Мисс Роджерс.

– О, прошу прощения.

– Я работаю в туристическом агентстве «Корнит».

– Ваше агентство продает туры в различные страны, заказывает гостиницы и оказывает другие услуги клиентам?

– Да, сэр.

– Я хочу, чтобы вы посмотрели на обвиняемую. Вы ее раньше видели?

– О, да. Она заходила в наше агентство два или три года назад.

– И что она хотела?

– Она сказала, что ее интересует поездка в Лондон, Париж и, по-моему, в Венецию.

– Ее интересовали шоп-туры?

– О нет. Она сказала, что хочет все по первому классу – самолет, гостиницу. И еще она интересовалась чартерной яхтой.

По залу пробежал шум. Гас Венабл подошел, к своему столу и взял с него какие-то папки.

– Вот эти проспекты полиция обнаружила в квартире доктора Тэйлор. Это реклама туристических поездок в Лондон, Париж и Венецию, здесь указаны дорогие отели, авиарейсы, а также имеется стоимость проката чартерных яхт.

По залу снова пробежал шум. Обвинитель раскрыл один из проспектов.

– Вот список некоторых чартерных яхт. – Он громко прочитал:

– «Кристина О» – двадцать шесть тысяч долларов в неделю плюс расходы по обслуживанию яхты… «Резолют Тайм» – двадцать четыре тысячи пятьсот долларов в неделю… «Лаки Дрим» – двадцать семь тысяч триста долларов в неделю. – Гас поднял голову от проспекта. – Возле «Лаки Дрим» стоит галочка. Пейдж Тэйлор уже выбрала яхту стоимостью двадцать семь тысяч триста долларов в неделю. Но еще не подобрала жертву. Эти проспекты мы пометим как «вещественное доказательство А». – Венабл повернулся к Алану Пенну и улыбнулся. Алан Пенн посмотрел на Пейдж. Она опустила голову и уставилась на стол, лицо ее было бледным. – У меня все, свидетель ваш.

Пенн встал и напрягся, стараясь думать быстрее.

– Как сейчас идут дела в туристическом бизнесе, мисс Роджерс?

– Простите?

– Я спросил, как идут дела. «Корниш» – крупное туристическое агентство?