Под прикрытием - Крис Райан

Полицейские молча встали и вышли из комнаты. Коул снова сел. Его кровь кипела от гнева. Гнева на этих идиотов-полицейских и на его глупую дочь. Знала ли она, какие проблемы причиняла ему ее глупость? Сейчас он не нуждался во внимании народа. Из-за Рождества ему удалось скрыть исчезновение Иззи от газет, но надолго ли?

Он достал ключ из кармана пиджака и открыл им правый верхний ящик стола. В нем была папка. Коул не вытащил ее. Он даже не прикоснулся к ней. Он просто хотел убедиться, что она все еще там. Он снова закрыл ящик и надежно запер его.

Он уставился на мобильный телефон на столе, ожидая, что тот зазвонит. Чем раньше он заключит сделку с русскими, тем лучше. Имея информацию, они могли делать с ней все, что хотели. Коул получит деньги, и это все, что имело значение.

В дверях появилась его жена. Он заметил, что она снова плакала. Под глазами были темные полосы. Она посмотрела на него с отвращением, но ничего не сказала, прежде чем снова исчезнуть.

Глупая женщина, подумал он. Возможно, когда сделка будет заключена, он оставит ее, заявив, что стресс из-за того, что их дочь сбежала, заставил их расстаться. Тогда он сможет свободно пользоваться своими деньгами.

* * *

Через пять минут после выхода из кафе Рикки снова оказался у входа в Дом хранителя. Снег уже не падал, и его следы были единственными свежими следами на улице. Его дыхание вылетало паром на холоде, но он чувствовал, как сильно гудит его кровь. Возвращение в Дом хранителя было рискованным. Выброшенные могли быть нестабильными. Более того, Хантер не полностью доверял ему. Он не хотел бы давать ему доступ к Иззи.

Но Рикки должен был попытаться.

Он развернул газету и положил ее на снег. Он осторожно сложил ее пополам несколько раз, как учил Феликс, пока не получил крепкую дубинку. Он пару раз ударил по раскрытой ладони. Хорошая и плотная. Несомненно, у Хантера и его Выброшенных в подвале было более опасное оружие, чем это, но Рикки чувствовал себя немного лучше, когда ему было чем защищаться.

Главная дверь в Дом хранителя была не заперта. Она заскрипела, когда он медленно открыл ее. Он бесшумно спустился по лестнице в подвал. Дойдя до двери в главную комнату, он остановился и прислушался.

Тишина.

— Все спят? Может, ты смог бы разбудить Иззи, чтобы другие не узнали…?

Очень медленно он толкнул дверь кончиком своей газетной дубинки.

В подвале было совершенно темно, и Рикки не слышал ничего, кроме легкого прерывистого тяжелого дыхания. С минуту он оставался совершенно неподвижным, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Постепенно он разглядел темные очертания, разбросанные по комнате: мебель и спящие тела.

Он обнаружил, что автоматически делил темную комнату на кубы. Он внимательно осмотрел каждую, выискивая движение.

Движений не было.

— Это не значит, что они все спят. Будь очень осторожен. Если Хантер найдет тебя здесь, он может вспылить…

Он прокрался внутрь, его собственное неглубокое дыхание заглушало тяжелое дыхание других в его ушах. Он двигался очень медленно, чтобы звук его шагов был сведен к минимуму.

Три метра.

Пять метров.

Кто-то зашевелился в дальнем левом углу комнаты. Рикки замер.

Снова тишина.

Он не сводил глаз с темных очертаний двери в дальнем конце комнаты. Она была, подумал он, слегка приоткрыта. Он снова пошел. Крался, молча, туда.

— Нет!

Сзади чья-то рука зажала ему рот. Рикки хотелось инстинктивно закричать, но ему удалось промолчать, хотя его мышцы напряглись — они как будто знали, что могут понадобиться в бою. Он поднял дубинку, готовый ударить, если придется…

Рука пропала. По-кошачьи, с все еще поднятой дубинкой, Рикки обернулся и увидел еще одно лицо в сантиметрах от своего.

Томми.

Лицо Томми было суровым и полным подозрений. Но он не поднял тревогу, и Рикки воспринял это как хорошую новость. Очень медленно он опустил дубинку и поднес палец к губам.

Очень-очень тихо Томми прошептал:

— Не буди Хантера! — затем он удалился в темноту. Рикки глубоко вдохнул, чтобы успокоить нервы, и продолжил идти к дальней двери. Он бесшумно проскользнул в соседнюю комнату, затем остановился на миг спиной к двери. Запомнив планировку, даже не думая об этом, он знал из своего предыдущего визита, что пол был завален матрацами. Его зоркие глаза уловили их в темноте, и он начал пробираться между них.

На полпути он снова остановился. Что-то подсказывало ему, что за ним следят. Он поднял взгляд и увидел фигуру, стоящую спиной к стене. Как будто Иззи знала, что он придет за ней. А может, она просто не могла уснуть, и он потревожил ее, когда вошел в комнату? В любом случае, она не подняла тревогу, поэтому Рикки продолжал идти к ней.

— Нам нужно поговорить, — прошептал он, оказавшись всего в паре метров от того места, где она стояла.

— Я не вернусь домой, — выдохнула она.

— Я знаю. Не волнуйся, я тебя не прошу. Но мы можем просто поговорить? Снаружи, подальше отсюда?

Пауза.

Иззи медленно подняла правую руку, и Рикки сжал ее ладонь. Ее рука была ледяной и дрожала.

— Нам нужно вести себя тихо. Нельзя будить Хантера, — пробормотал он.

Он осторожно отвел ее обратно в главную комнату, где попытался разглядеть в темноте Томми, но не смог. Все еще держа Иззи за руку, он направился к двери.

Но он был на полпути, когда комната внезапно наполнилась светом.

Ослепленный, Рикки прикрыл глаза правой рукой, в которой все еще держал газетную дубинку. Он открыл их на долю секунды позже, потому что услышал крик Иззи.

Хантер был там, в пяти метрах от них, надвигаясь, как сумасшедший. Его глаза были дикими и злыми, лицо искривилось в злобной ухмылке. В правой руке он держал зловещий нож. Мысли Рикки вернулись к тому, когда в последний раз кто-то обнажил при нем нож: женщина, похожая на ведьму, на Блумсбери-сквер. Тогда его спас Феликс. Но теперь он был сам по себе.

— Беги! — рявкнул он Иззи. Она шагнула, шатаясь, к двери. Рикки знал, что другие Выброшенные просыпались. Он должен был разобраться с Хантером, прежде чем кто-либо из них решил прийти на помощь этому