Коукс и Бакстер - Дэниел Коул

— Итак, господа, план касательно господина Рэны у вас есть? — спросил Уокер.

Этот вопрос он адресовал Финли, вероятно, из вежливости, как старшему по возрасту, потому как хорошо знал, что отвечает за операцию Волк.

— Мы обратились в Службу защиты свидетелей, — ответил Финли, вытирая мокрым рукавом лицо, — они что-нибудь придумают и вступят в игру, когда смогут гарантировать его полную безопасность.

— Тогда я оставляю его в надежных руках, — прокомментировал его слова Уокер. — Прошу вас, располагайтесь, будьте как дома.

— Я хотел бы с ним поговорить, — сказал Волк, когда коллега направился к двери.

Тот ответил не сразу, по-видимому, подыскивая слова, которые бы не прозвучали оскорбительно.

— Детектив-сержант Коукс, вы у нас что-то вроде знаменитости, — начал он. Волк вопросительно посмотрел на коллегу, не понимая, к чему он клонит. — Никоим образом не желая выказать к вам неуважение, должен заметить, что к этой истории вы были причастны с самого начала, не так ли?

— Что вы имеете в виду?

— То, что господин Рэна, сегодня утром топчась у дежурного, пребывал в подавленном состоянии духа. Хотел, чтобы в это дело не впутывали его жену и детей, что, с учетом обстоятельств, вполне объяснимо. Затем и вовсе раскис и стал стенать по поводу покойного брата.

— Все ясно, — сказал Волк, до которого, наконец, дошло, почему Уокер ведет себя так сдержанно. Детектива это раздосадовало, хотя он и понимал, что старший инспектор лишь делает свою работу. — Раньше я не только никогда не встречался с Виджеем Рэной, но даже не слышал о нем. Моя единственная цель состоит в том, чтобы сохранить ему жизнь. На мой взгляд, если кто-то из нас двоих во время этого разговора и будет нуждаться в защите, то это, скорее, я.

— В таком случае вы не станете возражать, если я тоже поприсутствую на вашей встрече, — ответил на это Уокер.

— Так я буду чувствовать себя в полной безопасности, — беспечно бросил Волк.

Уокер проводил его в заднюю часть здания, где располагались камеры предварительного заключения. Там в напряженном ожидании томились еще трое полицейских, осведомленных о положении дел. Старший инспектор представил каждому из них Волка и Финли, после чего попросил офицера, стоявшего на часах у двери, ее отпереть.

— Мы посадили его в самую дальнюю камеру, подальше от других постояльцев, — сообщил им Уокер.

Дверь тяжело распахнулась, явив взорам замызганный туалет, голубой матрас и подушку, лежавшие на деревянных нарах и составлявшие собой все убранство узилища. Рэна сидел, обхватив руками голову, промокшую куртку с капюшоном он с себя так и не снял. Когда за ними громко щелкнул замок, Уокер медленно подошел к задержанному.

— Господин Рэна, эти двое полицейских позаботятся о…

Рэна поднял взгляд, его глаза остановились на Волке и тут же налились кровью. Он спрыгнул с нар и бросился вперед. В этот момент Уокер и Финли схватили его за руки и оттащили назад.

— Скотина! Скотина!

Двум опытным полицейским не составило труда утихомирить Рэну, человека невысокого и довольно тучного. На его багровом лице неровными ошметками торчала трехдневная щетина. Крик, казалось, лишил его сил, он упал на кровать и зарыдал. А когда немного успокоился, Уокер и Финли его отпустили. Напряжение постепенно спало.

— По поводу брата прими мои соболезнования, — ухмыльнулся Волк, и Рэна вновь устремил на него взгляд бешеных глаз. — Что ни говори, а он был натуральный кусок дерьма.

— Скотина! — опять закричал Рэна, а Уокер и Финли схватили его за запястья, не давая встать с нар.

— Билл, черт бы тебя побрал! — жалобно вскрикнул Финли, когда ему в пах врезалась острая коленка.

— Повторите что-либо подобное, Коукс, — зло бросил Уокер, — и я даже пальцем не пошевелю, чтобы его остановить.

Волк покаянно поднял руку, отошел на несколько шагов назад и прислонился к стене. Когда Рэна успокоился, ему обрисовали сложившуюся ситуацию: о том, что он сдался, знает лишь очень узкий круг лиц; в ближайшее время его передадут на попечение Службы защиты свидетелей; он правильно поступил, что сам пришел в полицию, и теперь будет в безопасности. Когда Виджей получил достаточно информации и проникся к полицейским некоторым доверием, Финли, как его когда-то учили, с ходу переключился на допрос — спросил, знает ли он кого-то еще из убийственного списка, велел назвать имена людей, которые могли бы желать ему зла, и поинтересовался, не было ли в последнее время подозрительных телефонных звонков или других инцидентов.

— Могу я задать вам несколько вопросов по поводу брата? — спросил Финли с такой обходительностью, которой Волк от него в жизни не слышал.

Он постепенно подводил Рэну к теме, которая, по их общему мнению, была для него больным местом.

Волк, чтобы ничем не провоцировать ситуацию, отвел глаза в сторону и, не отрываясь, смотрел на дверь.

— Зачем? — спросил Рэна.

— Затем, что между фигурантами списка и его жертвами должна быть какая-то связь, — мягко объяснил ему Финли.

Волк закатил глаза.

— Спрашивайте, — сказал Рэна.

— Когда вы в последний раз виделись с братом?

— Году в две тысячи четвертом… может, в две тысячи пятом… — неуверенно протянул Виджей.

— Значит, на суде вы не присутствовали?

— Нет, не присутствовал.

— Почему? — спросил Волк впервые за последние пять минут. Уокер подскочил к Рэне, чтобы удержать на месте, но тот даже не дернулся, хотя и на вопрос тоже не ответил. — Хочешь я скажу, почему ты ни разу не явился на процесс над собственным братом? — продолжал Волк, напрочь игнорируя сердитые взгляды Уокера и Финли. — Ты заранее знал, что он виновен!

Рэна промолчал.

— Ты давно знал, что он будет делать, поэтому заранее сменил имя, чтобы от него отгородиться!

— Я понятия не имел, что он задумал…

— Знал! — крикнул Волк. — И даже пальцем не пошевелил, чтобы его остановить. Сколько лет твоей дочурке?

— Коукс! — завопил Уокер.

— Сколько? — заорал в ответ детектив.

— Тринадцать, — пробормотал Рэна.

— Твой братец, не останови я его, мог бы сжечь заживо и твою дочь! Она его знала и, вероятно, доверяла. Как, по-твоему, смог бы он устоять перед такой легкой добычей?

— Прекратите! — закричал Виджей, будто ребенок, закрывая руками уши. — Прекратите, прошу вас!

— Ты, Виджей Халид, мой должник! — заорал Волк, брызгая слюной.

С этими словами он забарабанил в