Казино «Рояль» - Ян Ланкастер Флеминг

По дороге случилось любопытное происшествие.

Такси ехало вдоль берега моря по направлению к «Полуночникам». Бонд рассказывал о погоне на «бентли», показывал вираж, после которого произошла авария, и место, где были поставлены шипы. Он попросил притормозить, чтобы Веспер увидела глубокие борозды, оставленные в асфальте обедами машины, масляное пятно там, где она перевернулась.

Веспер отвечала рассеянно и односложно. Бонд заметил, что она несколько раз бросила взгляд в зеркало заднего вида. Оглянувшись после очередного поворота, ничего подозрительного он не заметил.

Он взял ее за руку.

— Вас что-то тревожит, Веспер? — спросил он. Она улыбнулась в ответ, но несколько натянуто.

— Нет, нет, ничего. Вообразила, что за нами кто-то следит... Это нервы... Какая-то зловещая дорога. — И засмеявшись, она вновь посмотрела в зеркало.

— Вот он, смотрите... — В голосе ее был страх.

Бонд послушно оглянулся. Сомнений не было: метрах в четырехстах — пятистах сзади на хорошей скорости их догонял черный фургон. Бонд рассмеялся.

— Было бы странно, если б мы одни ехали по этой дороге, — сказал он. — И потом, кому нужно за нами следить? Ничего плохого мы не сделали. — Он похлопал ее по руке. — Уверяю вас, это возвращается в Гавр какой-нибудь коммивояжер, запродавший партию шампуня для мытья автомобилей. Сейчас он думает об обеде и о любовнице, которая осталась в Париже. Право, Веспер, не подозревайте беднягу в коварных замыслах.

— Будем надеяться, что вы правы, — сказала она недоверчиво. — Как бы там ни было, мы почти приехали.

Она замолчала и отвернулась к окну. Слова Бонда ее явно не успокоили. Внутренне Бонд посмеялся над тем, что счел последствием их недавнего приключения. Однако решил уступить капризу и, когда они съехали с шоссе на проселочную дорогу, велел водителю остановиться. Они стали ждать фургон.

Когда к спокойным звукам летней природы примешался нарастающий гул мотора, Веспер сдавила руку Бонда. Фургон пронесся мимо, не сбавляя скорость, за стеклом мелькнул профиль водителя.

Бонду, правда, показалось, что водитель фургона все-таки бросил взгляд в их сторону, но у дороги стояло рекламное панно с броской надписью: «Гостиница и ресторан „Запретный плод“ — омары, рыба во фритюре!» У него не вызывало сомнений, что внимание водителя привлекло именно оно.

Веспер сидела, съежившись, в углу. Она была бледна.

— Он посмотрел на нас, — сказала она, — уверяю вас. Я чувствовала, что за нами следят. Теперь им известно, где мы. Бонд не смог скрыть раздражения.

— Что за ерунда! Он смотрел вот сюда! — он показал на панно.

— Вы правда так думаете?.. — Веспер как будто немного приободрилась. — Да, вижу... Конечно, вы правы. Все как-то глупо получилось.... Давайте поедем.

Она наклонилась вперед и попросила водителя ехать дальше. Машина тронулась, и Веспер, откинувшись на сиденье, с улыбкой посмотрела на Бонда. От ее бледности почти не осталось следа.

— Мне очень стыдно. Все из-за того, что... что я никак не поверю, что нам уже нечего и некого опасаться. — Она сжала ему руку. — Наверное, я кажусь вам очень глупой.

— Отнюдь нет Но мы действительно уже никого не интересуем. Забудьте обо всем. Работа закончена. Мы на отдыхе, и небо синее. Ведь так? — настойчиво спросил он.

— Да, конечно. — Она легонько тряхнула головой. — Я просто не в себе. Но теперь мы уже вот-вот приедем. Надеюсь, вам здесь понравится.

Они стали вглядываться в дорогу. Их лица вновь повеселели, и о происшествии было окончательно забыто, когда за дюнами показалось море и маленькая аккуратная гостиница среди сосен.

— Тут не очень роскошно, — сказала Веспер. — Но чисто и прекрасно готовят. — Она смотрела на Бонда, опасаясь, что он не одобрит ее выбор.

Перед домом их встретили хозяин и его жена.

Месье Версуа был преклонных лет, без руки, он потерял ее, сражаясь в Свободных французских силах на Мадагаскаре. Он был другом комиссара полиции, который подсказал Веспер эту гостиницу и даже сам позвонил хозяину.

Мадам Версуа оторвалась от приготовления ужина и стояла в переднике с деревянной ложкой в руке. Она была моложе мужа, недурна собой и приветлива. Бонд без труда догадался, что у них нет детей и все свои нерастраченные душевные силы они отдают друзьям, немногочисленным завсегдатаям и, вероятно, животным. Впрочем, жизнь у них, скорее всего, была не из легких; зимой гостиница пустовала, начинались высокие приливы и сильные ветры.

Хозяин проводил гостей наверх. Веспер был отведен номер с большой кроватью, Бонду — соседний, угловой, с двумя окнами. Одно окно выходило на море, другое — на дальний край бухты. Между номерами была ванная комната. Все было аккуратно, удобно и просто.

Хозяин был рад, что комнаты гостям понравились Он сказал, что ужин будет подан в семь. Хозяйка приготовит им омаров на гриле в топленом масле. Он посетовал, что будет мало гостей — вторник, а люди приезжают на выходные. В этом году сезон неудачный. Раньше здесь было много пансионеров-англичан, но теперь времена за Ла-Маншем настали тяжелые, и англичане приезжают в Руаяль на воскресенье, все проигрывают и сразу уезжают.

— Раньше было не так, — закончил он, смиренно вздохнув, — но дни меняются, и мы меняемся...

— Истинная правда, — согласился Бонд.