Длинные тени - Дэвид Балдаччи

– Закатываете вечеринку? – полюбопытствовал он, идя следом за ней в дом.

– Ага, – она лукаво глянула, – вечеринку на одного, если только вы не заинтересуетесь.

– Увы, при исполнении. И потом, боюсь, это не сочетается с яичницей, которую я ел на завтрак.

Поставив пакеты на кухонный стол, Декер огляделся. Темная, не слишком чистая, устаревшая мебель и такая же унылая атмосфера.

Оглянувшись, он обнаружил, что Клайн наблюдает за ним.

– А чего ж вы ждали? – произнесла она. – Я же говорила, что адвокат у моего бывшего был лучше. Я получила дом, а он – бабло. Теперь колесит по миру, закатывая гулянки, пока я едва наскребаю на плату школьникам, чтобы газон покосили…

– Как-то несправедливо.

– Дура я была. Продолжала ему верить после того, как он мне изменил, и не раз. Сама виновата.

– По-моему, виноват он.

Отвернув колпачок бутылки с водкой, Дорис налила в стакан, плеснула туда тоника и размешала пальцем.

– Вы мне сразу понравились… Узнали, кто убил Джулию?

– Работаем над этим. Вы когда-нибудь видели Камминс и Дреймонта вместе?

– Дреймонт – это покойник?

– Да.

– Само собой. В смысле, он время от времени бывал тут ночами последние несколько недель.

– Бывал ночами? Значит, не каждую ночь.

– Ну, его машины не было там по ночам, вот я и думала, что и его нет.

Сев за стол, Декер посмотрел на нее.

– Я знаю, что она была вашей подругой, но мне надо спросить вас кое о чем.

Сев напротив, она отхлебнула из своего стакана, устремив на него понимающий взгляд.

– Вы хотите знать, занимались ли они сексом?

– Да. Но почему вы так решили?

– Он был молод и хорош собой, а она была еще молода, очаровательна, не замужем и одинока. Я бы запрыгнула к этому парню в койку, даже глазом не моргнув. Большинство здешних мужиков лысые и жирные. И, кроме игры в гольф, ничего не хотят. Так и всякую веру в американских мужчин растеряешь.

– А поконкретнее?

– Только вещи, которые может подметить лишь женщина, а мужчинам и невдомек. – Она жеманно глянула на него.

Декер выпрямился.

– Позвольте сообщить, что я подметил. Он был без галстука. Очевидно, все остальные в агентстве защиты «Гамма», носящие костюмы, носят и галстуки. В этот час он был в доме, а не снаружи. В посудомойке стояли два винных бокала, а в мусорном ведре лежала пустая бутылка от мерло. Когда судью убили, на ней была косметика, помада и духи. Я думаю, что она вообще не спала. Ногти на ногах и на руках были покрыты лаком того же цвета, что и в пузырьке на столике в ванной. В тот вечер она накрасила губы, чего не делают, если не ждут кого-то в гости. Помада вишнево-красная, исключительно яркого оттенка. Она же обнаружена на одном из бокалов.

– Валяйте дальше, агент Декер, – улыбнулась Клайн. – Вижу, вы набираете обороты.

– На полу ее гардероба валялись вещи, сплошь предметы белья, как будто она раздумывала, что надеть в этот вечер. В мусорной корзине валялись салфетки со следами помады того же цвета, что на губах судьи; вероятно, она то ли стирала излишек, то ли Дреймонт устранял следы поцелуев на лице. Простыни совсем сбились, а матрас сдвинулся с пружинного блока. Мы думали, это следы борьбы с убийцей. Но теперь я думаю, что это следы бурной близости двух человек.

– Ну, она хотя бы повеселилась, прежде чем покинуть этот мир, – с дрожащими губами задумчиво проронила Клайн. Затем вернула себе самообладание с помощью длинного глотка из стакана. – Должна сказать, вы очень наблюдательны. Со своей стороны я просто пару раз видела, как они переглядывались. А когда спросила о нем Джулию, она из кожи вон лезла, объясняя, насколько это все сугубо профессионально. Так что я подумала: «Уж больно активно протестует».

– Этого вы нам вчера не сказали.

– Вы не спрашивали.

– Мы задавали довольно общие вопросы.

Клайн взялась за стакан.

– Ну, теперь знаете.

– В журнале посещений на воротах отмечено, что в тот вечер Дреймонт прибыл около восьми. Это его обычное время?

– Около того. Вообще-то я не думаю, что он вообще бывал тут на прошлой неделе. Он был у нее в доме за два дня до убийства. Во всяком случае, я видела его машину.

– Вам известно, когда ваши другие соседи, Перлманы, возвращаются сегодня?

– Их рейс прибывает около одиннадцати. Вероятно, будут здесь в районе двенадцати тридцати.

– Вы сказали им о судье Камминс?

Клайн покачала головой.

– Я… мне не хватило духу. Майя и Джулия были очень близки. Такие вещи по телефону не сообщают. – Она допила свой коктейль. – Итак, что вы сделаете с этой информацией?

– Буду копать дальше, как всегда. Правда этого заслуживает.

Уходя, Декер подумал, что сказать это было очень даже приятно.

Глава 28

– Вы были правы, агент Декер, – заявила Хелен Джейкобс.

Они оба склонились над телом Джулии Камминс в морге. Цунами цвета электрик накатило на Декера и схлынуло, оставив его побледневшим и потрясенным. Эту реакцию он ненавидел чуть ли не больше всего на свете. Она заставляла его почувствовать себя слабаком, которому задача не по плечу. И он знал, что остальные, видя это, могут подумать то же самое.

«В жопу синестезию».

– У нее был секс перед смертью? – спросил он.

– Да. Я проверяла это, как уже сказала, когда мы виделись на месте преступления. Но на самом деле я искала следы насилия, раз она была убита. Прошлась по всему ее телу. Проверила, нет ли обычных синяков от подушечек пальцев на руках, ногах и шее, засосов, особенно на грудях, петехий в глазах и на нёбе, кровоподтеков на внутренней стороне губ и за ушами – все места, обычно страдающие при сексуальном насилии. Проверила ее вагину с помощью тампонов и катетер-баллона Фолея. Физическая структура этой части анатомии осложняет обнаружение нападения, так что я также воспользовалась для осмотра кольпоскопом и ультрафиолетом. Все результаты в отношении сексуального насилия практически отрицательные.

– А раз вы не нашли убедительных доказательств сексуального насилия, дальше в этом направлении не пошли?

– Совершенно верно. Раз не было насилия, не было и секса – во всяком случае, в моем сознании. – Вид у Джейкобс был смущенный. – Мне не следовало опираться на такое предположение. Наверное, я пребывала под влиянием ее насильственной смерти. Просто не бывает, чтобы секс по обоюдному согласию закончился подобным образом. Во всяком случае, в