Глаза убийцы - Джон Сэндфорд

Лукас остановился на красный свет, поставив одну ногу на сцепление, другую — на педаль газа, готовый сорваться с места. Первое убийство выглядело так, будто жертва случайно натолкнулась на своего убийцу. Наркоман забирается в дом в богатом районе в поисках чего-то, что он мог бы превратить в крэк. Неожиданно он видит женщину, убивает ее в порыве бешенства и убегает. Если бы не репутация Беккера среди его родственников, если бы Свонсон не связался с его бывшим армейским командиром, то убийство наверняка посчитали бы делом рук какого-то наркомана.

Но второе убийство выглядело спланированным, о чем свидетельствовал молоток-гвоздодер, недавно купленный в магазине и брошенный рядом с жертвой. В квартире все на своих местах — на наркомана не похоже. Наркоман обязательно забрал бы что-нибудь. Кстати, из дома Беккера тоже ничего не пропало.

Лукас потряс головой, сообразив, что красный свет переключился на зеленый, а потом опять на желтый. Он уже собрался выжать сцепление, чтобы проехать на желтый, когда черный «ниссан максима», подскочивший сзади, обогнал его и встал перед ним. Лукас мгновенно нажал на тормоз, машина дернулась и остановилась.

— Вот урод, — выругался он и потянулся к ручке двери.

Но другой водитель оказался быстрее. Когда Дэвенпорт распахнул дверцу, из «ниссана» выпорхнула высокая блондинка и с натянутой улыбкой прошла в луче света фар его «порше». «ТВ-3». Она проработала на телевидении пару лет, и Лукас видел ее, когда они освещали дело Воронов.

— Проклятье, Карли…

— Помолчи, Лукас, — перебила его она. — Я знаю, как ты работал с Дженнифер и парой других репортеров, и хочу попасть в твой список. Что там случилось?

— Эй…

— Слушай, мой чертов контракт заканчивается через два месяца, мы ведем переговоры, я и канал, — сказала она. — Я прошу шестьдесят, а они отвечают: «Может, да, а может, и нет. Что ты для нас сделала в последнее время?» Мне нужна хорошая история, а ты и есть такая история.

Она стояла в воинственной позе, положив одну руку на бедро.

— И что мне за это будет?

— Тебе нужен свой человек на третьем канале? Ты его получишь.

Дэвенпорт пару мгновений смотрел на нее, а затем кивнул.

— Я доверюсь тебе всего один раз, — сказал он и поднял указательный палец. — Если ты меня обманешь, нашему договору конец.

— Отлично. У меня точно такое же условие. Если ты меня обманешь или хотя бы попытаешься, я буду все отрицать. Можешь в этом не сомневаться, — сказала блондинка.

Они оба стояли на улице, лицом к лицу. Черный фургон «транс-ам» объехал их, и пассажирское окно открылось. Из него высунулся паренек со старательно уложенными над плоским лбом волосами и спросил:

— Что происходит?

— Полиция, — ответил Лукас. — Проезжайте.

— Круто, — обрадовался водитель, и фургон умчался.

— Итак, что случилось? — спросила Карли, провожая фургон взглядом, а затем повернулась к Дэвенпорту.

— Знаешь про убийство Беккер?

— Конечно.

— Это точно такое же. Женщина по имени Элизабет Армистед, актриса из театра «Лост ривер».

— Вот черт, я ее знаю. Точнее, видела. Сомнений в том, что убийца тот же, нет?

Журналистка засунула длинный красный ноготь в рот и принялась грызть.

— Почти нет.

— Как ее убили?

— Молотком-гвоздодером. Убийца ударил ее по затылку, затем вырвал глаза, как у Стефани Беккер.

Светофор снова прошел все стадии, и волосы Карли засияли зеленым оттенком, потом золотым, когда включился желтый.

— Боже праведный! Другие каналы смогут узнать об этом до утра?

— Я сказал ребятам, которые там работают, чтобы они помалкивали до того, как шеф сделает официальное заявление. У вас будет эксклюзивная информация, если только какой-нибудь патрульный не проболтался.

— Там все как воды в рот набрали, — сказала Карли. — Хорошо, Лукас, я тебе благодарна. Если тебе что-нибудь понадобится от нашего канала, дай мне знать. Моя задница в твоих руках.

— Мне это нравится, — ухмыльнулся Лукас.

Блондинка улыбнулась в ответ. Зажегся запрещающий сигнал, и Лукас добавил:

— Больше я ничего не могу тебе сказать.

— А мне больше и не нужно, — ответила Карли и поспешила к своей машине. — Зачем портить хорошую историю лишними подробностями?

Она сделала запрещенный разворот и промчалась на красный. Лукас рассмеялся и сел в свой «порше». Впервые за несколько месяцев в его жизни что-то начало происходить. Он опять был в деле.

Он подумал: подражатель? Но эта идея показалась ему несерьезной. Почерк убийцы в деле Армистед слишком точно повторял то, что произошло со Стефани Беккер. В прессе было недостаточно информации, чтобы подражатель мог узнать, как действовать. Убийца наверняка один и тот же. А комбинезон он надел специально, чтобы попасть в дом?

Напрашивался вывод, что они вновь столкнулись с маньяком. Но если он ненормальный, почему в дом Армистед он принес оружие, а к Беккер — нет? Он убил Стефани бутылкой, которую нашел на кухне. Сцена преступления выглядела так, будто к ней забрался наркоман, расправился с ней, испугался и убежал. С Армистед все обстояло по-другому. И тем не менее в обоих случаях действовал один и тот же человек.

Кроме того, обе женщины не были жертвами сексуального насилия. В серийных убийствах секс, как правило, играет существенную роль.

Если Беккер нанял кого-то для совершения первого убийства, возможно ли, что он привел в действие маньяка?

Нет. Так не бывает.

Лукас уже работал по двум серийным убийцам. В обоих случаях средства массовой информации рассуждали о влиянии гласности на сознание преступника: порождают ли разговоры об убийцах новых убийц? Можно ли утверждать, что фильмы о насилии или порнография растормаживают людей и делают их способными совершать преступления? Лукас так не думал. Серийный убийца — это человек, находящийся в страшном напряжении, причиной которого является насилие, человек со своей собственной историей, с особым состоянием мозга. Такие второстепенные вещи, как телевидение, в данных ситуациях никакого влияния не имеют. Маньяк не шутиха, и ее не может поджечь кто-то другой.

Как все запутано. И интересно. Не отдавая себе отчета, Лукас начал насвистывать, очень тихо, почти неслышно.