Исполнитель опасных желаний - Марина Серова

Ближе к вечеру я уже была дома и готовила свой нехитрый перекус, а именно: варила пельмени и нарезала овощной салат со свежей зеленью. Также недалеко от дома я приобрела целый лоток ароматной клубники. Как-никак, а на дворе лето, пора кушать витамины.

Звонок от Володи Кирьянова был неожиданным.

– Фух, Татьян, мой сумасшедший рабочий день наконец закончился. И я успел нарыть то, что ты просила. В общем, так… Судя по всему, человек, который ездит на машине Фирсова, это Пётр Викулов. Это один из его охранников и водитель по совместительству. Этот Викулов проходил по одному делу… В общем, не буду вдаваться в подробности, но на него было заявление от домработницы, которая обвиняла этого Викулова в попытке изнасилования, а также указывала на его грубое и неадекватное поведение. Не знаю, как там было на самом деле, но делу не дали ход, состава преступления как такового не обнаружено. Викулова несколько раз вызывали для дачи показаний, ограничились предупреждением и отправили на все четыре стороны. А с этой домработницей, я полагаю, договорились и затем уволили.

– Есть адрес этого Викулова?

– Конкретно его адрес нигде не указан. Проживает в основном в особняке своего босса. Так полагаю, у него там есть специальное помещение для охраны и прислуги.

– Володя, а данные этой якобы пострадавшей домработницы имеются?

– Конечно! – выкрикнул Киря, видимо, довольный своей предусмотрительностью. – Ирина Владимировна Лычкина. Записывай адрес…

Ну что ж, теперь я знаю, чем заняться дальше. Время еще не позднее, большинство граждан в этот час уже возвращаются домой со своих работ. Поэтому я решила навестить некую Ирину Лычкину, работавшую домработницей у господина Фирсова, надеясь, что застану ее в это время дома.

– Неужели этот придурок еще что-то натворил?! Я не удивлена!

Ирина Лычкина сидела передо мной в кресле и явно ликовала. Это была молодая особа примерно моего возраста с темно-рыжими волосами и ярким вызывающим татуажем, подчеркивающим глаза и линию губ.

– К сожалению, это тайна следствия, ну, вы меня понимаете, – важно ответила я. – Но гражданин Викулов оказался подозреваемым в одном щекотливом деле… Вот я и пытаюсь составить психологический портрет этого человека. И собираю о нем информацию.

– Поняла. Ну, спрашивайте, что знаю, то расскажу, – ответила Лычкина и затянулась электронной сигаретой.

– Какая должность у этого Викулова? Кем он приходится господину Фирсову?

– Да обычная шавка! Вредная, гадкая, кусачая и озабоченная шавка! Все готов сделать, что хозяин попросит. А мнения о себе такого!.. Типа он самый крутой и неотразимый. А так он охранником служит у нашего Фирсова. Тот машину ему свою доверяет. Пока шеф занят делами, тот в это время на этой тачке разъезжает по городу, красуется. Павлин!

– Он живет в особняке у Фирсова?

– В основном да. Есть у него вроде своя хата, но он там редко появляется. В основном охрана Фирсова обитает в отдельном строении на территории его дома. Также там может заночевать любой из обслуги. Повар и садовник часто оставались… Вот.

– Петр Викулов действительно вас домогался?

Моя собеседница хмыкнула, сделала очередную затяжку из своей электронки, выпустила дым с клубничным ароматом и ответила:

– Не просто домогался! Он хотел меня изнасиловать. Прямо в одной из комнат особняка, где я убиралась. Извращенец вонючий!

– То есть он вас вообще не привлекал как мужчина? Может, вы давали ему, извините, повод? – спросила я с легкой усмешкой.

– Ха!.. Какой повод? Я, конечно, не ханжа и не против завести интрижку с интересным мужчиной. Но только не с Петькой! Нет, он не урод, вполне нормальный внешне молодой мужик, но… Его поведение, манера общаться, его навязчивость, какая-то показушная озабоченность… Все это отталкивает. Понимаете?

– Понимаю, – кивнула я. – Ирина, а что вы можете сказать мне про самого Федора Михайловича?

Честно говоря, я не совсем отчетливо представляла себе, что вообще собираюсь узнать у Лычкиной. Я шла вслепую, в надежде на то, что в нашем разговоре совершенно случайно возникнет какая-нибудь существенная деталь.

Ирина некоторое время подумала и ответила на мой вопрос:

– Знаете, он вполне обычный человек. Нормальный такой деловой мужик. Такой, как сотни других. Это он на людях показывает себя таким высокомерным и крутым… Еще я бы назвала Федора Михайловича очень целеустремленным человеком. Если он решил чего-нибудь добиться – обязательно добьется.

– Любыми путями?

Ирина задумалась.

– Смотря что вы понимаете под этим выражением. Я могу сказать, что он готов не спать ночами, работать сутки напролет, для того чтобы чего-то достигнуть. Но… вы знаете, после того как он связался с политикой… Тоже мне, депутат! Политика ведь калечит людей, я сколько раз об этом слышала…

– Понятно. Скажите, Ирина, когда вы покинули дом Фирсова?

– Ну… где-то около месяца назад.

– А сколько на территории дома обычно охранников?

– Да обычно по двое. Еще там у них старший есть. Тоже весь такой важный, здоровый такой. Вообще у Фирсова какая-то странная охрана. Ну, в том смысле, что как уголовники какие-то. Но, как я поняла, он специально у себя держит таких ребят.

К этому моменту я поняла, что больше ничего интересного от Ирины Лычкиной не узнаю.

Я поблагодарила ее за уделенное мне время и покинула ее скромную квартиру.

Нужный мне особняк находился неподалеку от Волги, среди таких же трех– и двухэтажных, шикарных и не очень, домов.

Как я и ожидала, дом был обнесен внушительной оградой. Колючей проволоки, правда, не было, однако, даже учитывая ее отсутствие, попасть внутрь было делом непростым. Ну а кто сказал, что я буду перелезать через эту ограду, чтобы попасть внутрь? Мы попадем туда обычным стандартным путем – через дверь.

Я даже не придумала ничего вразумительного, чтобы как-то объяснить свой визит. Но в таких ситуациях я обычно полагаюсь на экспромт.

Я нажала на кнопку звонка, и вскоре массивная железная дверь открылась. Первое лицо, которое я увидела по ту сторону ограды, было достаточно симпатичным. Парень лет двадцати семи смотрел на меня широко открытыми серыми глазами вполне дружелюбно и одновременно вопросительно.

– А вы к кому? – спросил он.