Волна открытий - Алена Салбер

Налив коньяку, он подошел к рабочему столу и уселся в кресло.

– Видите ли, меня сегодня почти невозможно было застать: вся вторая половина дня расписана. Это счастье, что я задержался. Не знаю, что стал бы делать наш гений, если б не застал меня в офисе и не спустил пары. Наверное, в космос улетел бы от возмущения. И таких дров мог наломать, что я бы в век не разобрался.

– Да что случилось-то? – Дина чувствовала в возбужденной манере всегда сдержанного шефа следы недавней истерики. Кажется, он только сейчас начал отходить от тяжелого разговора с Непомнящим, и накопившиеся эмоции искали выход.

– Вот. – Антон Александрович положил перед Диной тот самый листок бумаги, которым прежде размахивал Илья.

Письмо было адресовано Остафьеву и отправлено по факсу. Кто-то перепутал номера телефонов и вместо приемной директора отослал документ Непомнящему. Руководитель лаборатории получил его, прочитал, пришел в ярость и со скоростью сверхзвукового самолета прилетел в офис на разборки. Текст письма был следующим:

Уважаемый господин Остафьев!

Я подтверждаю свою заинтересованность в приобретении технологии производства «Силитина», нового вещества, полученного в лаборатории «Бионик Фуд», о котором Вы рассказали мне во время нашей последней телефонной беседы.

Кроме того, я обдумал Ваше предложение о покупке контракта руководителя лаборатории г-на Непомнящего с Вашей компанией и готов заключить эту сделку. Также я хотел бы приобрести права на все запатентованные изобретения лаборатории, сделанные до настоящего времени.

Прошу Вас связаться со мной в ближайшее время для обсуждения условий.

С наилучшими пожеланиями,

Карл Фишер

Дочитав письмо, Дина подняла голову, убрала за ухо упавшую на лицо прядь волос и поинтересовалась:

– И что, Илья не хочет переходить на работу к этому Карлу Фишеру?

– Да не собираюсь я никому ничего продавать! – воскликнул Остафьев, вскочив с места. – Я знаю этого Фишера, я веду с ним переговоры о строительстве завода в Германии, но мы с ним даже словом не обмолвились о продаже технологий, а тем более их автора. И Илюха, и все его гениальные идеи нужны мне самому! А если бы у меня и имелись такие планы, я не стал бы решать этот вопрос втайне от него. Как вы себе представляете продажу Непомнящего этому немцу? Одеваю ему мешок на голову и вывожу в багажнике автомобиля из страны? Нет, ну чушь же! Чушь от начала и до конца! – горячился директор, вышагивая по кабинету от стола до бара и обратно.

Дина откинулась на спинку кресла и с интересом посмотрела на шефа:

– Еще раз: этот факс был адресован вам, но его якобы случайно отправили Непомнящему? А смысл?

– Поссорить нас! Его уже пытались увести из компании. И эти люди торопятся, чтобы новое вещество, над которым работает сейчас Илья, оказалось разработано не в нашей фирме, а в той, новой. Тогда все права на окончательную формулу будут принадлежать им, и мы ничего с этим не сделаем даже с помощью люксембургских материалов. Получить документацию с теоретическими выкладками они уже не могут, все бумаги в банковском сейфе, поэтому автор изобретения – их единственная возможность завладеть технологией.

– Все равно глупо. Вы же старые друзья, это всем известно. Можно было предположить, что он не поверит. А если и поверит, то не станет молчать, а тут же приедет к вам и все выяснит. Очевидно, что вы поговорите, разберетесь и все встанет на свои места. Как, собственно, и произошло.

– Во-первых, еще ничего не встало на места. Илья до конца не уверен во мне и допускает, что я мог это сделать. Конечно, за такие мысли стоило бы двинуть ему по морде. Ну да ладно, ему прощается, творческие люди все мнительные. Да и с нервами у него сейчас того… Он работает почти круглые сутки. Во-вторых, он застал меня случайно! Я же говорю, я опаздывал на встречу. Лиля переносила ее уже два раза, прежде чем мы закончили с Ириной Владиленовной. Если бы Илюха приехал в офис немного позже, потом могло произойти все, что угодно. В порыве эмоций он мог согласиться на самое нелепое предложение, о котором жалел бы всю оставшуюся жизнь.

– Если он еще колеблется, вам нужно срочно убедить его в ваших честных намерениях.

– Нужно! Только как? Я, конечно, могу поместить объявление в газете: «Илюха, я тебя не продавал!» – но что толку?

– Да, убедительней всего было бы предъявить ему человека, который это сделал.

– Человек все тот же. Тот, что все последние месяцы протягивал свои потные ручонки к нашему добру. Теперь мы знаем его имя – Роман.

– Это понятно. А кто в компании помог ему провернуть эту аферу? Вы говорите, что время было подобрано очень точно. Кто знал ваше личное расписание на сегодня? Возможно, этот случай – наш шанс найти предателя?

– Не знаю, кто это сделал. О том, что во второй половине дня у меня запланировано несколько встреч, знали многие: водители, секретарь, охрана, – да мало ли кому я или Лиля могли об этом сказать. Ирина Владиленовна вот тоже знала.

– То есть тайной это не было, – констатировала Дина. Она на минуту задумалась, а потом воскликнула: – Но в письме содержатся детали, которые, наверное, мало кто знал. Имя партнера и название препарата я, к примеру, раньше не слышала.

– Бойко завтра займется, об этом действительно знали немногие. Но, боюсь, мы упремся в ту же проблему. Мы получим список доверенных людей, которые строили со мной эту компанию. Само по себе знание ничего не доказывает.

– Если так, то найти негодяя снова не удастся. Может, вам лучше побыть сейчас с Ильей, раз он у вас такой впечатлительный? Мало ли, что ему еще пришлют и какая мысль придет ему в голову.

– Я предлагал. Он сказал, что будет работать и что помощники ему не нужны. В общем, послал.

Остафьев откинулся на спинку кресла и уставился в окно, где парил на ветру легкий снежок, люди спешили к метро, гремели трамваи. Вид у него был отрешенный, и казалось, что вместе с эмоциями его покинули силы.

Дина тем временем снова внимательно осмотрела листок бумаги, надеясь узнать что-нибудь еще. Обычно при пересылке факса устройство добавляет вверху и внизу страницы данные об отправителе: название организации, номер телефона, другую служебную информацию. Здесь она не нашла ничего, кроме даты и времени получения письма факсимильным аппаратом в офисе Непомнящего. Никаких зацепок, которые помогли бы определить, откуда пришел факс. Во всем остальном – это было обычное деловое письмо, какие во множестве отправляют друг другу бизнесмены всего мира.

Впрочем, в этом документе Дине мерещилось что-то еще. Что-то неуловимо знакомое.

– Можно я сделаю с него копию? – попросила она Остафьева. – Крутится какая-то мысль, но ухватить не могу. Может, потом пойму.

– Делайте, – буркнул шеф, не отрываясь от окна.