На кого бог пошлет - Марина Серова

— Я принес голову, — доложил Абзац, и его физиономия сияла как медный грош.

— Мы, Дато, ее принесли, — вставила Света и задрыгала ножкой от нетерпения.

Дато привстал:

— Нэ врешь, Абзац?

Лысина поляка покрылась испариной и, нервно потирая ладошки, он забормотал: «О Иезус Мария!»

— Обижаешь, Дато! Как есть — голова. Я нашел.

И Светка толкнула его в бок.

— Ну, давай же, что смотришь тэпэрь? — Дато от волнения изменил своей обычной невозмутимости. Куда-то подевалась и его вальяжность!

Абзац полез в сумку, извлек оттуда нечто в пакете и поставил на журнальный столик. Кшиштоф издал еле слышный стон и, не утерпев, сорвал пакет с головы…

Воцарилась гробовая тишина, и мне даже стало казаться, что бандиты могут услышать бешеный стук моего сердца. При ярком электрическом свете мой шедевр выглядел более чем странно, и Абзац, конечно, понял все в одну секунду. Он сделался белее мела и отступил назад. У Светы вытянулось лицо. Поляк по-бабьи охнул. Потом визгливо завопил:

— Это издевательство, я не допущу, чтобы всякая русская шваль вкручивала мне мозги!

Схватив мое произведение, поляк швырнул его в угол.

— Ты мне ответишь за это, Дато, пся крев! — орал он. — Я уничтожу все твои счета, уничтожу всех твоих людей в Европе и Америке, я не потерплю издевательств от твоих холуев!

Дато почернел лицом. В комнату вступили четверо бритоголовых ребятишек, двое приблизились к Дато — это была его охрана, а двое встали навытяжку возле вопившего и брызгавшего слюной поляка.

— Я покидаю твой дом, и запомни, Дато, — вот за это ты мне заплатишь! Вместо бесценной антикварной вещи ты мне подсунул крашеную башку бог знает кого! Ты хотел напарить меня! Тьфу на твой дом! — и Кшиштоф смачно плюнул на ковер.

Лицо грузина приобрело синеватый оттенок, и я стала опасаться, как бы старика не хватил инсульт.

— Ну, Кшиштоф, ты покойник, — выдавил он из глубины своей до крайности оскорбленной души.

— От покойника слышу! — прокричал поляк, трусливо покидая владения Дато в сопровождении своих соколиков.

— Я взорву всэ твои игорные дома, собака полская, твою семью на корню вырэжу! — ревел взбешенный Дато.

Я стала свидетелем исторической бандитской ссоры, которая наверняка положит начало многолетней распре — причем в международном масштабе.

Виновная парочка стояла ни жива ни мертва. И гнев взбешенного старого грузинского бандита пал на их несчастные головы.

— Что, кто пасмэл, сабаки! Что вы надэлали! Что принэслы?

— Эт-то все он, он, — Света охотно ткнула пальцем в Абзаца, который находился в полной прострации.

— Ну, Абзац, тэбэ конец! — в руках Дато возник маленький «браунинг». Его бойцы невозмутимо стояли по бокам. — Ты заслужил это, собака! Даю тебе три секунды на последнюю молитву!

Абзац словно окаменел. Известный киллер пассивно готовился принять смерть.

— Дато, Дато, — завопила Света. — Он хотел как лучше, он не думал! Дато, он старался! — Видимо, эта женщина уже привыкла жарить ему по утрам яичницу.

— Старался? Тэм лучше. Благими намерениями вымощена дорога в ад. Добро пожаловать в ад, Абзац!

Грянул выстрел, и Абзац осел на пол с дыркой во лбу. Света завизжала, а я чуть не обнаружила себя, дернувшись и громыхнув доской. Мое сердце выскакивало из груди. Пророческие слова Дато! Значение моего последнего гадания!

Абзацу пришел конец. Правосудие восторжествовало — есть на земле еще место истине и справедливости! Абзац отправился в уготованное ему жаркое пристанище. А что же будет с этой дамой, интересно?

— Поняла? — прорычал Дато. — Хочэшь так? Нэ хочэшь? Я забираю у тэбя «Опэль», дэнэг тоже нэ получишь. И вообще, я тэбя замуж выдам. За Арслана. Хочешь, Арслан?

Один из охраны выступил вперед — значит, это и есть Арслан. По его взгляду, брошенному на Свету, было ясно, что жениться на ней ему совсем не хочется, но против воли Дато он не попрет.

— Ну, Дато, ну за что такое наказание? — заныла новоявленная невеста. — Ну, с какой стати?!

— Замуж, замуж. Запрет тэбя Арслан в своем гарэме. Бэри ее, Арслан, «Опэль» теперь будет твой.

Тут Арслан просиял.

— А теперь пошла вон. Он за тобой приедет. Это твое наказание на всю жизнь, Свэта.

Судя по зверскому лицу Арслана, стать его женой вполне можно счесть за изуверское наказание.

— А ты ей дэнэг не давай и бэй ежедневно, вот мой наказ! — посоветовал жениху крестный папа. — Ну все, пошла отсюда, нэчего тут в слезах все топить!

— Дато, Дато, я все исправлю, я найду настоящую голову! — умоляла его невеста поневоле.

— Ты свою на плэчах придержи, — рявкнул Дато. — Мне тэперь эта голова ни к чему. Теперь война с этой польской собакой — и все из-за этой падали, — он пнул ногой лежавшего Абзаца. — Не сомневаюсь, его рук дело, он приволок эту дрянь.

— Дато, Дато, я знаю, кто убил врача! — выложила Света свой последний козырь, умоляя об избавлении ее от деспотии мужа Арслана.

— Ну скажи, послушаю. Хотя это тэбэ нэ поможет!

— Дато, я все сама узнала! — захлебываясь, затараторила Света. — Короче, у врача пропала одна статуэтка, и ее продавал перекупщик на проспекте. Я узнала кому — это сожитель бывшей жены врача Борис Стрельнов. Я все-все о нем узнала. Он ненавидел Целикова. И завидовал ему страшно. А когда узнал, что у него такая коллекция… Ну, я тут все просчитала, все сходится. Он скорей побежал по юристам и нотариусам — узнавать, кто что наследует. И решил все законно получить. Это он убил Целикова. Он бывший спецназовец. У него дома винтовка с прицелом. Я это все потом через своих ребят с проспекта узнала, что у него эта винтовка есть. Ну и дальше все вычислила! На следующий день после смерти Целикова он пошел подавать с ней заявление в загс и собирать документы на усыновление ее сына от Целикова. Он убрал и перекупщика. Дальше его цель — убрать новую жену врача и ее сына. Ведь тогда его усыновленный ребенок будет единственный наследник всего имущества врача, и коллекции в том числе! Он все рассчитал!

Больше всего мне хотелось в этот момент как следует хлопнуть себя по лбу. Надо же — эта Светка все вычислила. Меня обскакала. Как я сразу не пошла к этому Борису! Рукавицы за поясом не обнаружила!

— Однако, собака какая! — высказался Дато. — Но, Свэта, это меня больше нэ волнует. Тэпэрь война с Кшиштофом, и по вашей вине. Этот Борис, конэчно, сволочь, но он меня больше нэ волнует. И коллэкция мне эта нэ нужна. У меня хватает средств, и детям, и внукам моим хватит — для этой польской сабаки я тэпэрь пальцем нэ пошевелю. Пошла прочь. Твой чеченский муж тэбэ живо мозги вправит. У тебя есть плетка, Арслан?

Вид Арслана красноречиво говорил о том, что в его арсенале имеется не только плетка.