Спелое яблоко раздора - Марина Серова

— Это так, — согласилась я. — Полагаете, он решил ее таким образом освободить?

— Может быть, — вздохнув, промолвила Людмила. — Я бы не удивилась, если бы все именно так и обстояло. — А помолчав, даже оживилась: — Кстати, Татьяна, это ведь может быть и так… Потому что Алекс в тот вечер и поднялся к себе раньше, потому что Лада должна была ему звонить.

— Хорошо, я проверю, — только и сказала я. — У меня тогда к вам, наверное, последний вопрос. Я понимаю, он, может, и глупый, но только ответьте мне.

— Хорошо.

— Люда, скажите, а где вы были вчера вечером часиков с десяти вечера до полуночи?

— Это вы из-за Григорьева? — устало улыбнувшись, уточнила она. — Я была у себя. Мы созванивались с Павлом, потом я готовила документы для переноса семинара.

— А Павел сейчас где?

— Сегодня он приезжает из пансионата, и мы поедем в Москву.

— Все ясно, спасибо вам большое, — сказала я и встала, чтобы уйти.

Мы попрощались с Людой в дверях. Пока я спускалась вниз, то подумала, что как ни крути, а надо пообщаться с Ладой. Я села в машину, поехала домой, собрала наскоро сумку и, оставив запись на автоответчике, что буду через пару дней, поехала в аэропорт. Итак, моей целью был город-герой Москва.

* * *

Зачем, спрашивается, я туда отправилась? Об этом до поры до времени умолчу. Пусть так и будет, расскажу все по порядку. Итак, что же такого интересного со мной случилось в Москве, куда изредка мне приходится наведываться именно вот в таких ситуациях, то есть из-за особенностей расследования.

Во-первых, я приехала в аэропорт, чтобы купить билет. Безусловно, на поезде было бы дешевле, но при этом я потеряла бы кучу времени, а потому решила не экономить.

Итак, я купила билет на ближайший рейс и, поскольку у меня впереди оставалось еще сорок минут, решила скоротать время в кафе. Я зашла туда, села за столик и оглядела публику.

Народу в кафе было немного, но столики оказались заняты почти все. Я еще немного посидела, раздумывая, что бы такое заказать, потом решила ограничиться лишь кофе. Однако я подозревала, что кофе окажется не самым лучшим. Что ж, так оно и случилось. Я сделала один глоток и больше не отважилась пить эту темно-коричневую жидкость.

Напротив меня за соседним столиком сидел мужчина. Я взглянула на него без особенного интереса, но его взгляд, обращенный на меня, был куда выразительней и даже наглее. Я не стала отводить глаза, надеясь, что он поймет всю недопустимость подобного поведения. Но нет, он глаза не отвел. Я выразительно подняла брови, дескать, чего вам надо от меня, дядечка? Он сделал то же самое. Я хмыкнула, смерила его полупрезрительным взглядом и отвернулась.

Мужчина вообще-то был ничего, симпатичный. Одет хорошо, да и внешность вполне в моем вкусе: высок, атлетически сложен, к тому же брюнет. Я всегда испытывала слабость к брюнетам. Может быть, не будь Сергея, я бы даже и позволила ему подойти и познакомиться…

— Позвольте? — услышала я вдруг низкий мужской голос и подняла глаза. Он стоял передо мной и улыбался.

— А если не позволю? — нагло спросила я.

— Вы меня, наверное, не так поняли, — начал он.

Я выразительно вздохнула, чем, видимо, смутила его окончательно, потому что он даже мило покраснел. Вот здорово, никогда прежде не видела, чтобы такие породистые самцы от одного моего вздоха краснели!

— А как я должна вас понимать? — поинтересовалась я нехотя.

— Ну, вы, наверное, подумали, что я к вам буду приставать, — извиняющимся тоном промолвил он.

— А вы что, не будете? — спросила я.

— Нет-нет, — заверил меня незнакомец.

— Нет-нет? — язвительно переспросила я с таким видом, будто и вовсе разговаривать не собиралась. Признаться, я даже слегка забавлялась ситуацией, ну, надо же было мне чем-то в оставшееся до самолета время поразвлечься.

Незнакомец тяжело вздохнул, слегка кивнул — решился, наверное, сел без разрешения за мой столик и заговорил:

— Я знаю, что вы частный детектив.

— Что из того, и я это знаю, — ответила я. — Что дальше? У вас ко мне какое-то дело?

— Дело, — устало проронил он.

— Значит, дело, — заговорила я, — могу и оскорбиться.

— С вами тяжело говорить, — констатировал собеседник. — Давайте сделаем так. Вы можете меня выслушать? — спросил он с беспокойством.

Я посмотрела на часы:

— Если вы уложитесь в десять минут, то у вас есть шанс. Только по существу.

— Встречаете кого-то? Или сами?.. — смущенно улыбнувшись, поинтересовался мой собеседник.

Я пропустила вопрос мимо ушей и сочувствующе напомнила:

— Время-то пошло.

— Хорошо. — Он снова вздохнул. — Значит, так. Меня зовут Анатолий Мещеряков. Я, — он снова смущенно улыбнулся, — попал в затруднительное положение, и мне, наверное, нужна ваша помощь.

— Наверное или наверняка? — уточнила я уже без прежней язвительности.

— Наверняка, конечно, наверняка! — поспешно заверил меня Мещеряков. — Просто дело довольно деликатное…

Он выговорил это таким тоном, что мне стоило большого труда не усмехнуться.

— И я бы хотел его с вами обсудить.

— Дело в том, — заговорила я вполне деловым тоном, — что, во-первых, я уже веду в настоящее время одно расследование. А во-вторых, через двадцать минут начинается посадка на самолет. Сколько меня не будет в Тарасове, я сказать вам точно не могу.

— Вы улетаете в Москву? — с надеждой спросил Анатолий Мещеряков, посмотрев на часы. — Но и я туда же! Может быть, поговорим во время полета?

Я подумала и решила, что, выслушав его, все равно ничего не теряю, всегда можно сказать «нет», а на время полета опять-таки есть чем себя занять. Точнее, есть кому меня занять рассказом о своем житье-бытье, поэтому ответила согласием.

Мы помолчали. Потом у меня зазвонил сотовый. Я вытащила его из сумочки и с удивлением посмотрела на незнакомый номер, возникший на экране.

— Алло, — сказала я и не без удивления услышала Сережин взволнованный голос:

— Таня, ты где?

— Не в городе, — сказала я, поглядывая на моего деликатно отвернувшегося собеседника.

— Мне срочно нужно тебя увидеть, — едва ли не требовательно заявил Сергей.

— Нет, никак не получится, — покачала я головой.

— Таня, это действительно важно, неужели, ты думаешь, я стал бы беспокоить тебя по пустякам?! — По его голосу очень просто было заключить, что парень явно в каком-то тревожном состоянии.

— А что случилось? Только покороче! — поинтересовалась я уже серьезней, подумав, что он, наверное, и впрямь не стал бы беспокоить меня по пустякам.