За базар отвечу! - Валерий Карышев

Еще одним делом, в котором я должен был участвовать, было дело славянского законника — вора в законе Алексея Ивановича Матюнина по кличке Лесик, проживающего в Туле. Тогда один из клиентов, по рекомендации другого клиента, попросил взять его защиту. Нужно было на следующий день выезжать в Тулу. Лесик обвинялся в незаконном хранении наркотиков и патронов — традиционное обвинение воров в законе.

На следующий день я проснулся рано утром, так как до Тулы надо было ехать более трех часов. Жена попросила меня выгнать машину из гаража. Тогда я еще не знал, что ее будущая поездка на этой машине резко изменит мои собственные планы.

Лесик относился к ворам, живущим по законам, выработанным за десятилетия существования «ордена» воров в законе. Такие законы строго определены. Вор не должен был иметь собственности, участвовать в политике, непосредственно заниматься коммерцией. Он должен был служить только интересам братства воров в законе, быть справедливым в разрешении споров, помогать тем, кто находится в местах лишения свободы, и, самое главное, устанавливать и поддерживать традиционные законы и понятия.

Я знал, что в Туле меня должны были встречать друзья законника, которые тоже жили по понятиям и законам воровского мира, то есть заботились друг о друге, когда кто-то из них попадал в беду.

Я доехал до Тулы, и мне необходимо было найти небольшой ресторанчик, в котором должна была состояться наша встреча. Остановив свою машину, я спросил у одного из жителей Тулы, как проехать к этому ресторанчику. Горожанин с охотой согласился меня проводить туда. Он сел ко мне в машину, и мы поехали. Пришлось поддерживать беседу. Вскоре я узнал, что мой попутчик работает на Тульском оружейном заводе. Я поинтересовался:

— А оружие воруют?

— Раньше, — сказал мой попутчик, — когда завод выпускал автоматы «АКС-74У», детали этих автоматов очень активно воровали. Но затем это оружие было снято с производства. Сейчас мы выпускаем в основном охотничьи ружья и автоматы «клен» и «кипарис», а также сигнальный револьвер «РС-01» и газовый «скат».

Вскоре я узнал, что эти автоматы предназначены для спецназа МВД, ФСБ и Министерства обороны. Кража деталей для них практически невозможна, так как на все комплектующие ставятся номера и каждый мастер, работающий на сборке оружия, проходит контроль ФСБ и ВОХР, а также собственной службы безопасности завода. Поэтому сейчас, как сказал мой попутчик, с оружейных заводов Тулы пытаются выносить только комплектующие для охотничьих ружей, а также газовые и сигнальные пистолеты.

Я поинтересовался, продают ли оружие в Туле. Мой попутчик сделал паузу, как бы оценивая меня, потом сказал:

— Говорят, продают. Автомат можно купить за полторы-две тысячи долларов…

Вскоре мы подъехали к ресторанчику. Там меня уже ждала достаточно представительная делегация — человек шесть. Один из них, солидный мужчина среднего возраста, подошел, протянул мне руку и представился:

— Георгий.

Мы прошли в ресторан, сели за столик, заказали кофе, и Георгий сказал, что надо подождать еще одного маститого адвоката, который должен был приехать из Москвы.

Георгий начал рассказывать мне о деле, связанном с задержанием Лесика. Неожиданно у меня зазвонил мобильный телефон. Я удивился — надо же, телефон системы GSM, а работает в Туле! Сняв трубку, я услышал незнакомый мужской голос. Он назвал меня по имени-отчеству, как бы проверяя, тот ли человек у телефона, а затем сообщил, что только что на автомобиле задержана моя жена и сейчас она дает показания в одном из отделов криминальной милиции. Незнакомый человек, как я понял, являлся сотрудником милиции. Он предложил мне приехать в этот отдел, так как жена просила сообщить мне о ее задержании.

После такого неожиданного сообщения мои планы пребывания в Туле резко изменились. Мои собеседники поняли, что случилось что-то серьезное. Георгий поинтересовался, что случилось, почему ее задержали.

— Не знаю. Она ничем таким не занимается, является просто домохозяйкой, не работает. Не знаю, что случилось, но что-то серьезное.

Георгий сказал, что если такая ситуация, то мне лучше вернуться в Москву и заняться собственными проблемами. Они не возражали против этого, тем более что уже подъехал мой коллега.

Мы попрощались, я сел в машину и поехал обратно.

Всю дорогу я пытался обдумывать возможные варианты задержания жены. Не так давно закончилось крупное дело, связанное с одной из активных преступных группировок, членов которой я защищал. Может быть, это была месть ментов, подкинувших моей жене патроны или наркотики? Я старался не думать об этом.

До Москвы я доехал достаточно быстро, хотя, надо сказать, был полдень, а значит, интенсивное движение.

Оставив машину буквально в нескольких метрах от входа в здание криминальной милиции, я вошел внутрь и поинтересовался у дежурного, в каком кабинете находится моя жена. Он назвал мне номер. Я постучался туда и открыл дверь, но там оказался замначальника криминальной милиции. Он посмотрел на меня вопросительно, но показал на стул и сказал:

— Проходите, садитесь.

Я был немного удивлен, что он даже не спросил, кто вошел к нему в кабинет.

Я молча сел. Он сказал:

— Прежде чем вы встретитесь со своей женой, я бы хотел допросить вас.

— В качестве кого? — спросил я.

— В качестве свидетеля, — улыбнувшись, сказал он.

— Интересно, по какому делу?

— Сейчас все узнаете.

Он достал лист бумаги и стал записывать.

— Итак, скажите, при каких обстоятельствах вы получили автомобиль марки «Мазда» за номером таким-то?

Я находился в замешательстве.

— А что случилось?

— Сначала давайте ответим на вопросы, которые я вам задам. Вам это хорошо известно как адвокату.

Я рассказал. История была достаточно простая. Дело в том, что один из моих клиентов перед отъездом на долгое время за границу доверил мне свой автомобиль на хранение с разрешением им пользоваться, выдал соответствующую доверенность, которая была оформлена в нотариальном порядке.

— А когда вы видели этого клиента в последний раз? — спросил замначальника.

— А что? Какое это имеет значение?

— Вы должны знать, что ваш клиент находится в федеральном розыске.

«Вот в чем дело! — подумал я. — Значит, все связано с моим клиентом!»

— Соответственно, — продолжал замначальника, — на машину, на которой он ездил, — а она была засвечена, как вы понимаете, — мы поставили «сторожок», то есть объявили розыск.

— Понятно, — сказал я. — Таким образом, машина была в розыске, и вы задержали мою жену.

— Да, так и есть, — сказал замначальника.