Рейтинг бывших мужей - Ирина Хрусталева

– Ее телефон не отвечает, дома ее нет, у подруг тоже, да тут еще милиция с утра пораньше пожаловала. Даже не знаю, что думать.

– Милиция, говорите, пожаловала? А что им понадобилось? В чем дело?

– Да я и сам не понял, мне сказали, что они хотят задать Васе несколько вопросов. Вроде что-то там с ее другом произошло, он в больнице… Какой-то Никита Ярцев, двадцати пяти лет от роду. Что за Никита? Кто он вообще такой, этот Ярцев? Я даже не знал, что у Василисы есть какой-то друг, да еще и двадцатипятилетний! Ей всего девятнадцать, она студентка, ей учиться надо, да и других проблем хватает, от которых ей пора избавляться. Вы понимаете, о чем я говорю! И вообще, почему она мне не сказала, что встречается с каким-то Никитой? – раздраженно и ревниво произнес Варнавин.

– Чему же вы удивляетесь, Андрей Игоревич? У вас с дочерью слишком сложные отношения для того, чтобы она делилась с вами своими секретами, – заметила Надежда. – В данной ситуации это нормально, ведь вы не мать, которой можно рассказать все.

– И что мне теперь делать, если я не мать, а всего лишь отец? Да и не об этом речь. Где мне искать Василису?

– Мне кажется, ее не нужно искать, сама найдется.

– Вы так считаете?

– Я уверена, не переживайте.

– Извините, что побеспокоил вас, просто… извините. Да, Надежда Дмитриевна, у меня к вам просьба, если можно.

– Говорите.

– Если вдруг вам позвонит Василиса, сообщите сразу мне, хорошо?

– С чего это вдруг она мне будет звонить? Вы же сами сказали, что ходить ко мне на сеансы она отказалась, а визитку взяла просто из вежливости, – напомнила Надежда, бросив лукавый взгляд на девушку. Та потупилась и опустила глаза.

– Да, говорил, но мало ли, – неуверенно произнес Варнавин. – Извините еще раз, даже сам не знаю, зачем я вам позвонил. Просто как-то неспокойно на душе, вот я и… До свидания, Надежда Дмитриевна.

– Всего хорошего, – весело ответила та и отключила трубку. – Ты слышала, что сказал отец? – обратилась она к Василисе. – Тебя ищет милиция.

– Я уже поняла, – жалобно всхлипнула девушка. – Вы меня им сдадите, да? – спросила она, обводя присутствующих испуганным взглядом. Слезы обильным потоком хлынули из ее глаз, и она совсем по-детски начала их размазывать по щекам. – Я не дура и прекрасно понимаю, что влипла в страшную историю, и вам возиться со мной сто лет в обед не нужно, только мне обратиться больше не к кому, я…

– А ну, стоп! – прикрикнула на нее Галина. – Сопли утри, прекрати реветь, на улице и без этого сыро. Что это ты за нас решать вздумала? Мы разве тебе сказали – собирайся, поедем в милицию сдаваться?

– Действительно, что с тобой, Василиса? – вторила ей Надя. – Если бы мы решили от тебя избавиться, я бы просто сказала твоему отцу, что ты у меня. Пусть приехал бы и забрал тебя отсюда.

– Вы меня правда не бросите?

– Что за пошлое слово – бросите? – сморщила носик Галина. – Я предпочитаю бросать только мужчин, ко всему остальному это слово не подходит.

– Она хотела сказать, что мы не оставим тебя в беде, – улыбнулась Надежда. – А ты, Галина, прекрати учить ребенка тому, чему не нужно.

– Ребенка? Да я в ее годы такое вытворяла, что… ух, где мои семнадцать лет!

– Мне уже девятнадцать, – напомнила Василиса.

– Тем более!

– Дорогие мои, может быть, перейдем к делу? – прикрикнула на подруг Люсьена. – Сколько можно пустой болтовней заниматься? Василиса, на чем ты остановилась? Рассказывай дальше.

– Когда Кошкина мне позвонила, она была уверена, что это я стреляла в Никиту, – с готовностью продолжила девушка. – Я просто обалдела, когда она мне об этом сказала! Это она еще про Алену ничего не знает…

– Кстати, про Алену, – перебила девушку Надя. – Если в Никиту стреляли, то, я думаю, ее тоже застрелили. Только зачем ее в багажник его машины запихнули, никак понять не могу?

– Может, кто-то им мстит за что-нибудь? – предположила Галина, и все повернулись в сторону Василисы.

– А почему вы на меня так смотрите? – испуганно спросила та. – Да, я хотела отомстить, но совсем не таким способом. Вы не верите мне?

– Да нет, успокойся, – улыбнулась Надежда. – Все совсем наоборот.

– Это как – наоборот?

– Ты разве не заметила, что все сходится к тому, чтобы подозрение пало на тебя?

– Ну да, заметила.

– Как раз этот факт тебя и реабилитирует.

– Я вообще не понимаю, что происходит, – нахмурилась Василиса. – Все так запуталось…

– Если честно, мне пока тоже мало что понятно, – согласилась с девушкой Люсьена. – Вроде бы в самом деле: все получается так, что подозрения падают на Василису, и в то же время что-то не сходится…

– Что именно?

– Откуда убийца мог знать, что она угонит машину? Откуда он мог знать, что она найдет пистолет и возьмет его в руки? Он что, ясновидящий?

– Почему ты решила, что это он? Может, она?

– Какая разница? – отмахнулась Люсьена. – От перемены мест слагаемых сумма не меняется. Что было дальше, рассказывай.

– Потом мне позвонила Света, моя подруга, и сказала, что ей Кошкина тоже звонила и такое рассказала, что она до сих пор опомниться не может.

– Вот сорока болтливая, – не удержалась от замечания Люсьена.

– Точно, она и есть сорока, трещит без умолку, – согласилась Василиса. – Сплетни разносит со скоростью света, и ей совершенно все равно, правда это или нет. Она прямо кайф получает, когда можно чьи косточки перемыть, перемолоть и выплюнуть. Я совсем не удивлюсь, если уже половина Москвы знает, что это я стреляла в Никиту, и самое страшное, что все могут поверить в этот бред.

– Думаю, те, кто хорошо тебя знает, не поверят, – заметила Надежда.

– Даже Светка, моя лучшая подруга, и та сначала поверила, – нахмурилась Василиса. – А что тогда говорить о других? Правда, в том, что поверила Света, я в какой-то степени сама виновата.

– В каком смысле?

– Когда она мне вчера вечером позвонила, чтобы пригласить в «Саванну», сказала, чтобы мы вместе с Никитой приезжали, а я ей и ляпнула, что его больше нет и не будет, и вообще, он умер и я его похоронила.

– Это как же? – не поняла Люсьена. – Почему ты так сказала?

– Ну вот, и вы туда же, – вздохнула девушка. – Что здесь непонятного? Я имела в виду – после того, что произошло, Никита для меня умер, и я его похоронила в своем сердце! В клубе было очень шумно, Светка в результате ничего не поняла, запомнила лишь эти слова, а когда ей утром Кошкина выдала информацию, сами можете вообразить, что Света подумала.

– Теперь все ясно. Кстати, в клуб ты так и не поехала?