Медленное убийство - Марина Серова

– Мама в дорогу напекла, – объяснил Егор. – Если хотите, можете сейчас поесть.

Мне хотелось! Да еще как! Несмотря на то, что только что поела! Но было неудобно есть одной, и я, переборов себя, отказалась:

– Лучше попозже вместе поедим.

Вместо ответа Егор тронулся с места, а я сама не заметила, как уснула, причем сны мне снились исключительно гастрономические, что было неудивительно под такой-то аромат. Иногда сквозь сон я чувствовала, что мы останавливались, хлопали дверцы машины – это отец с сыном менялись местами, и мы снова ехали. Лежать все время в одной позе было очень неудобно, тело затекло, особенно ноги, но мне и в голову не пришло попросить остановить машину ради того, чтобы я могла немного размяться. Я дождалась очередной остановки и только тогда вышла и немного подвигалась. Небо начало потихоньку сереть, и я посмотрела на часы – было начало восьмого. Поскольку в Пензе в отличие от нашего Тарасова чиновники с головой дружили, то область как жила по московскому времени, так и продолжала жить, то есть там было на час меньше.

– Как вы думаете, когда мы до места доберемся? – спросила я.

– Часа через два будем, – пообещал Дмитрий Васильевич.

Понимая, что, несмотря на габариты машины, со своими длинными ногами я сидя и вовсе не посплю, а только измучаюсь, вернувшись в машину, я ограничилась тем, что переложила свою сумку и легла на другой бок. И тут у меня под головой резко зазвонил мой сотовый. Я подскочила как ужаленная и быстро достала телефон. Увидев, что мне звонят с домашнего номера квартиры бабушки, я испытала величайшее облегчение – это мог быть только Венчик.

– Где тебя черти носили? – заорала на него я, не дожидаясь, когда он хоть звук издаст. – Я уже все, что угодно, передумала! Ты что, не мог мне раньше позвонить?

– Не сердись, матушка Татьяна Александровна! Не мог! Тут такое случилось!

– Слушай меня внимательно, – перебила я его, потому что динамик у моего телефона был мощный, а я вовсе не хотела посвящать Ушаковых в тонкости своей работы. – Я сейчас в дороге. Вернусь или сегодня очень поздно, или даже завтра рано утром. Сиди дома! Читай! Смотри телевизор! В общем, занимайся чем хочешь, но чтобы я, вернувшись, застала тебя на месте! Вот тогда и поговорим!

Отключив телефон, я вздохнула с чувством величайшего облегчения – все-таки переволновалась я за Венчика изрядно, снова прилегла и со спокойной душой уснула. Когда меня разбудили, было уже совсем светло. Наша машина стояла на обочине прямо перед указателем «село Денисовка».

– Давайте позавтракаем и займемся делом, – предложила я.

Егор молча протянул мне клеенку, которую я, поняв, что от меня требуется, расстелила на заднем сиденье, и он сначала вынул из своей сумки и поставил на нее термос и три разных бокала, а потом пакет с пирожками, причем в сумке остались еще несколько, но они явно предназначались на обед. Я тоже достала свой термос и сверток с бутербродами. В их термосе оказался чай, от которого я опрометчиво отказалась и налила себе кофе. Тут выяснилось, что под кофе пирожки совсем не идут, но переигрывать было поздно. Так что пирожки я ела отдельно, а кофе потом пила отдельно. И все это в полном молчании. Но вот мы закончили завтракать, и я сказала:

– Давайте на всякий случай договоримся, а то мало ли что. Вы, Егор, мой муж, вы, Дмитрий Васильевич, соответственно свекор. Едем мы с вами в Кондоль на похороны моего деда по матери, чью фамилию вы, естественно, не знаете. А крюк мы сделали потому, что подруга просила меня кое-что в Денисовке узнать. Что именно, вам неинтересно. Маловероятно, конечно, что нами заинтересуется участковый, но так ему и отвечайте и отсылайте ко мне, а уж я найду, что ему сказать.

Я с силой потерла лицо руками, чтобы вид был не такой заспанный, и вышла из машины, чтобы позвонить Кирьянову – время-то было уже рабочее. К счастью, он не был на каком-нибудь совещании или планерке и ответил сразу.

– Володя, я сейчас уже в Пензенской области возле Денисовки. Выясню здесь кое-что и поеду в Пензу. Ты не мог бы дать мне координаты своего знакомого в областном управлении, чтобы я в случае необходимости могла к нему обратиться?

– Поехала все-таки! – воскликнул Киря. – Представления не имею, как ты смогла туда добраться! Если только на помеле!

– Если бы! Погода для этого вида транспорта нелетная, да и в уши дует, – в тон ему ответила я и уже серьезно сказала: – Володя, я ехала на джипе с двумя водителями. Думаю, теперь ты понимаешь всю важность этого дела?

– Неугомонная ты наша! – вздохнул Володя. – Моего знакомого зовут Рябов Павел Иванович, тоже подполковник. А его телефон я тебе сейчас SMS скину. Надеюсь, что здание тамошней управы ты найдешь сама. Или адрес тоже подсказать?

– Если вам нетрудно, ваше ехидство, то пришлите тоже SMS. И заодно предупреди его, что я могу обратиться к нему за помощью, – попросила я.

– Ну, никакого сладу с тобой нет! – вздохнул Кирьянов и положил трубку.

Я вернулась в машину и сказала сидевшему за рулем Дмитрию Васильевичу:

– Поехали. Нам нужен магазин. В любом небольшом поселении это средоточие всех местных сплетен и последних новостей. Я зайду внутрь, а вы подождите меня в машине.

Когда мы въехали в село, Ушаков-старший, приспустив стекло, поинтересовался у какой-то шедшей по улице женщины, где магазин, и, получив ответ, повез нас туда. К счастью, он, магазин то есть, оказался уже открыт, и я, оставив мужчин в машине, вошла внутрь. Магазин был пуст. Ни покупателей, ни практически товара, так, ерунда всякая на полках стояла. Продавщица, правда, была. Классическая, словно вынырнувшая из советских времен, которая от скуки с интересом уставилась на меня, потому что каждый новый человек в деревне – это событие. Поздоровавшись, я заметила:

– Как-то пустенько тут у вас.

– Так машина с товаром еще вчера должна была прийти. Только по таким дорогам застряла небось где-нибудь. А вот уж как в село въедет, так за ней целая толпа набежит. А вам чего надо-то было?

– Из товара – ничего, узнать у вас хотела: из Кузьминых в селе кто-нибудь остался?

– А зачем это вам? – удивилась она.

– Подруга просила узнать, когда я ей сказала, что мы в эту сторону едем. Я сдуру пообещала, вот и пришлось крюк делать. А так мы бы прямо в Кондоль отправились.

Слово за слово, она выспросила меня и кто я, и зачем мне в Кондоль, а я выдала ей историю, о которой договорилась с Ушаковыми.

– Это которые же Кузьмины вам нужны? – поинтересовалась она.

– Ну, у Федора Павловича была сестра Анна. Они очень нехорошо расстались, и с тех пор она ничего о брате и его семье не слышала. А моя подруга ее внучка.

– Да, знаю я эту историю, – отмахнулась продавщица. – Все село знает! Только зря Анна на Федора грешила!

– Анфиса! – понятливо покивала я.

– Точно! Только правда уже потом наружу-то выплыла! Уже после того, как сороковины отметили. Фиска мужу что говорила? Что когда для свекрови за лекарством в Лопатино ездила, то и телеграмму Анне отправляла, и звонила потом по межгороду. А тут выяснилось, что не было этого ничего! А все из-за наследства!