Ночной охотник - Никита Серков

Он открыл скрипучую крашеную дверь управления, поднялся на пятый этаж и направился к кабинету Миронова. Стучать Арсений не стал — из-за двери доносился громкий и яростный голос Виктора Демьяновича:

— Так, значит, это телефон Туманова-младшего? Тот самый телефон, с которого преступник отсылал все сообщения мальчику и на который снял видео с убийством? — Было ясно, что МВД не уточняет, он прекрасно знает, о чем говорит, он давит на собеседника или собеседников фактами. — Позвольте спросить: какого рожна этот телефон не был заблокирован, как только мы узнали о его существовании еще несколько дней назад?!

— Мы просто решили, что есть возможность последить за этим телефоном получше. — Это был голос Александра.

— И как? Славно проследили? Много нового узнали и еще всей стране об этом рассказали! — не унимался Миронов.

— Мы действительно хотели как лучше, — включился в разговор Сергей.

Арсений еще ничего не знал о случившемся на ток-шоу. Он абсолютно не понимал, почему Виктор Демьянович так злится. Но становилось понятно, что в кабинете несколько человек и вчера произошло что-то непредвиденное и нехорошее.

— Знаете, что… — начал МВД несколько спокойнее, — от каждого я жду подробный рапорт.

— Витя, не горячись так, — прозвучал голос эксперта-криминалиста Лисицына.

— Не горячись? — начал снова загораться Миронов, но коллега успел его перебить:

— Мы понимаем, обделались по полной, выше некуда, но нам надо немного успокоиться.

— Так, все, выговор каждому из вас, господа опера, и жду рапорты, а ты, Слава, поколдуй с телефоном, постарайся что-то узнать. И еще… я вам говорил про теорию Арсения. Мне кажется, она здравая. Продолжайте искать по больницам, среди врачей и так далее. Все. Свободны. В течение дня и завтра утром жду результатов.

Арсений услышал, что разговор подошел к концу, но не успел ничего предпринять, как дверь распахнулась, и все увидели, что он стоит на пороге.

Сергей и Александр кинулись его обнимать, чем доставили ему некоторые неудобства: боль в боку не располагала к объятиям и резким телодвижениям.

— Как ты? — в один голос говорили они. — Мы так рады, что все обошлось. Давай набирайся сил, и поаккуратнее, а то у нас тут ураган. — И они знаками показали в сторону Миронова, который смерил их строгим взглядом, полным холода.

— Разговорчики, — пригрозил он. — Ей-богу, хуже баб!

— Ну чего вы в самом деле, Виктор Демьянович, — взмолились оперативники. — Мы же любя.

— Ладно. — МВД натянуто улыбнулся и кивком указал им на дверь.

Лисицын был более сдержанным при встрече с Арсением. Он пожал ему руку и на выходе пожелал скорейшего возвращения на службу.

Миронов и Арсений остались наедине в кабинете, который теперь был наполнен энергетикой гнева и отчаяния.

— Ты чего пришел? — насупившись, тихо произнес Виктор Демьянович.

— Да я, собственно, просто зашел вас проведать, узнать, как обстоят дела. — несколько растерялся Сеня. — Меня выписали.

— А, ты ведь еще ничего не знаешь, — произнес Миронов. — Вчера была передача в прямом эфире на федеральном канале. В ней принимал участие и я. Попросили именно местного следователя. Обсуждали убийства, задавали каверзные вопросы, выводили на скандал. А еще убийца был там, но мы его упустили, попутно опозорившись на всю страну. Как-то так.

Говоря это, МВД налил себе чашку кофе, сел за стол и стал нервно помешивать его ложкой. Занятие бессмысленное, поскольку Миронов обыкновенно пил кофе без сахара.

— И что теперь?

— Не знаю. С утра телефон покоя не дает. Уже из столицы звонили, из прокуратуры, из министерства. Головы полетят, и полетят знатно, — задумчиво произнес следователь и сменил тему: — Я что-то не понял, больной, а вы почему не дома?

— Виктор Демьянович, не начинайте, я не ребенок. Хочу продолжать работу. Я вас очень прошу.

— Похвально, но тебе надо хотя бы два-три дня дома полежать, восстановиться…

— Но… — хотел перебить Арсений, однако Миронов не дал ему этого сделать.

— А потом приходи. К тому же, я заметил, ты, когда лежишь на больничной койке, отличные мысли генерируешь. Твое предположение про врача — чуть ли не единственная наша зацепка сейчас. Так что давай шуруй домой.

Насупившись, как маленький ребенок, Сеня встал и направился к двери. Миронов же продолжал сидеть в своем кресле и смотреть в одну точку, меланхолично помешивая кофе.

— До свидания. Держите меня в курсе, — произнес Сеня и дернул дверь на себя. На этот раз за дверью снова оказалось людно, там стояла Мария Геннадьевна.

— Добрый день, — удивился Арсений.

— Добрый, — угрюмо ответила она, поменялась с Сеней местами: он шагнул за порог, а она — внутрь и закрыла за собой дверь.

МВД сильно удивился, когда, очнувшись от своих тягостных мыслей, обнаружил в кабинете на том месте, где секунду назад стоял Арсений, Марию.

— Я к тебе с конструктивным предложением… — начала было она, но Миронов ее перебил:

— Я тут подумал… А чего мы сидим-то сложа руки? Вчера была запись телешоу, и он был там.

Какова вероятность того, что он тоже попал на камеру? А? Я думаю, немаленькая! — победоносно заключил Виктор Демьянович и впервые за несколько дней абсолютно искренне улыбнулся, хотя эта улыбка и была скорее от нервов, нежели от радости. — Нам надо срочно достать записи со всех камер.

— Слушай, он мог сидеть где угодно. Он мог вообще быть одним из экспертов или монтировщиков и не попасть на камеру.

— Тоже верно. Но проверить стоит. И надо вызвать на допрос всех, чьи телефоны мы проверяли, — это тоже будет не лишним, — размышлял МВД и чуть погодя добавил: — А ты чего-то хотела сказать?

— Да… Так… Просто хотела предложить пообедать вместе, поговорить. Что думаешь? — произнесла Мария и загадочно наклонила голову, так что прядка каштановых волос сползла на лоб.

— Я категорически за, — ответил Миронов, и они оба рассмеялись, — только для начала надо все-таки посмотреть запись вчерашней передачи и снова пережить весь этот цирк. Так что у нас скорее ужин получится, а не обед.

— Ужин, — протянула Мария и улыбнулась одними глазами. — Это звучит слишком серьезно…

Договорились в шесть вечера встретиться внизу и пойти куда-нибудь посидеть.

Как только Мария покинула кабинет, раздался пронзительный по своей мерзости звонок стационарного телефона. Снова звонили «сверху», и Миронов, в который раз уже, объяснял ситуацию.

«Я же вам говорю, он действительно там был, — не уставал повторять Виктор Демьянович, — только мы его упустили, отвлеклись не на того. После того как все закончилось, в зале был обнаружен телефон, с которого шли сообщения на мой номер и на который была сделана запись того видео из всех новостей». Разговор был недолгий, но утомительно-унизительный. И каждый раз, когда такой разговор происходил, оставалось только гадать, какие он принесет за собой последствия.