Хирург дьявола - Марина Серова

– Смотрите, – взяла я ситуацию в свои руки. – На «пешем» пункте ведется журнал посещений. Каждый визит отслеживается. И там с этим полный порядок. А у вас такой журнал есть?

– Есть, – ответил Костя. – А вам зачем? Там все в порядке.

– Позволите взглянуть?

Охранник затушил сигарету о край ограды. Мне показалось, что он не очень хочет делиться со мной документацией.

– Если я найду там какие-то несоответствия, то не расскажу об этом вашему начальству, – пообещала я. – Эти данные нужны только мне и только для расследования. Но мы можем обойти этот момент, если вы сами мне все расскажете.

Костя с минуту рассматривал что-то за моей спиной, после чего сделал приглашающий жест рукой. Мы медленно двинулись вдоль ограды.

– Ладно, – произнес он. – В тот день я впустил сюда одного типа. Но я не уверен…

Я просто не верила в свою удачу.

– Какого типа, Костя?

– Он подъехал к воротам, попросил впустить его на стоянку. Сказал, что у него посылка для Слепнева. Я ответил, что впустить его не могу – нет указаний от самого Слепнева, а он был очень аккуратным в таких вопросах. К нему часто приезжали люди, это и понятно – медицинское светило. Но он всегда заранее предупреждал о том, что ждет гостей. Люди оставляли свои машины на стоянке, шли к Слепневу, а потом возвращались и уезжали. Я уже даже перестал оставлять записи о них в журнале. Зачем? Я и так знал, к кому они приехали, и знал, что надолго не задержатся. Так вот, в этот раз от Слепнева никаких звонков не поступало.

– А вы не можете позвонить жильцу и спросить у него, вдруг он просто забыл предупредить? – спросила я.

– Теоретически можно так сделать. Но тут народ щепетильный, нервный. За такой мой звонок мигом уволят, и отпускные не выплатят. А у меня мать не встает с кровати семь лет, мне без работы никак нельзя.

– Мне жаль, Костя, – тронула я его за руку. – Но что там было, на стоянке-то?

– Этот тип был совсем другим, не похожим на гостей доктора. Я его видел впервые. Привез, говорит, посылку для этого вашего врача. В благодарность за лечение. Приехал издалека. Пусти, говорит, я ненадолго. И хлопает себя по карману. Типа в кармане у него есть то, что он привез Слепневу. Я ни в какую. Говорю: оставляйте свою посылку, я передам. Он так не захотел. И спросил: «А без машины пустишь»? Я подумал и решил: да пусть идет. Так ему и сказал. Он еще утверждал, что его ждут. Что Слепнев его ждет, что они созванивались. Машину он бросил у обочины, зашел через калитку. Мне даже в голову не пришло спросить, знает ли он адрес.

Мы развернулись и пошли обратно. Я ждала продолжения истории.

– К тому времени Слепнев уже был дома. Приехал как раз за пять минут до этого человека. Вот его я в журнал записал. И, по моим расчетам, он должен был как раз подходить к дому. Я сказал этому незнакомцу: «Если поторопитесь, то успеете его догнать». Он сунул мне в руку тысячу рублей, поблагодарил и ушел. А, ну он еще попросил не закрывать калитку, потому что он ненадолго.

– И вы оставили ее открытой…

– Оставил. Залез на вышку, заварил чай. Вода в чайнике уже горячей была на тот момент, поэтому это не заняло много времени. С вышки отлично видна калитка. Я думал, что увижу, как тот друг через нее уходит. Но он все не появлялся. Я спустился, прошел немного вперед и увидел лежащего на земле человека. Подошел поближе, а дальше вы все знаете, наверное. Позвонил к нему в квартиру, выбежала жена, остолбенела. Я еще подумал, что мне, по ходу дела, самому придется все разруливать до приезда полиции. Да и после – тоже. Но у меня же еще и работа, понимаете? Я открываю ворота, а потом поднимаю шлагбаум. Я должен быть на месте. Поэтому решил сбегать и посмотреть, что там у меня на стоянке-то. Чтобы сделать это быстро, нужно залезть на вышку, с высоты обзор лучше, быстрее справлюсь. О чае я, конечно, уже и не думал. Руки тряслись, пока кружку в сторону двигал, чуть пульт не залил. Вспомнил про того чувака, автоматически посмотрел в сторону калитки. Открыта, никого не видно. Присмотрелся, а машины-то у обочины уже и нет… Понимаете, я не сразу стал его подозревать. Как он вошел, так и вышел. Я не видел, как он убивал. Я вообще не могу утверждать это с абсолютной точностью.

– А что вы рассказали в полиции?

– Сказал, что никого не видел и не слышал, – завершил свой рассказ Костя.

– Какой марки была машина того человека?

– «Опель», темный. Хоть он и под фонарем стоял, но оттенок не назову.

– А номер, конечно, не запомнили? – с надеждой в голосе спросила я.

– Нет, я на номер даже не посмотрел. Зачем? Машина-то осталась за воротами.

Пока охранник рассказывал мне о том, что случилось на самом деле, мы успели два раза пройтись вдоль ограды туда и обратно.

– Как он выглядел, Костя?

– Выше среднего роста, темный свитер на нем еще был. Джинсы, кажется. На вид лет сорок с чем-то.

– То есть ничего примечательного? Никаких особых примет?

– Я же не знал, что надо приметы запоминать, – заметил охранник. – Он был очень свойским. Вряд ли это сойдет за примету, но я бы сказал так. Есть люди, с которыми сразу налаживается контакт. Как старые знакомые, только знакомы вы пару минут.

– Конечно, знаю, – согласилась я. – Такие люди вызывают в других симпатию с первых минут общения.

– Ну вот, – обрадовался Костя. – Этот мужик таким и был.

– А во сколько приехал Слепнев?

– Я могу посмотреть в журнале, но помню и так. Двадцать три часа было.

Он проводил меня до машины. Помог открыть заевший дверной замок.

– С тех пор душа не на месте, – на прощание сказал он. – Я дал ложные показания, знаю.

– Вам придется рассказать в полиции всю правду, – посоветовала я ему. – И лучше бы не откладывать.

– Завтра так и сделаю, – пообещал он. – Я не знал, что тот человек собирается убить. Я вообще никогда не отступал от правил, верите?

Я поверила. Уж не знаю, почему.

Итак, третья версия отпала сама собой: убийца не являлся обитателем жилого комплекса. Но нашелся тот, кто, сам того не осознавая, помог ему совершить убийство.

Уже что-то.

* * *

Кирьянову я позвонила по дороге домой. Он все еще был на работе. Я узнала об этом от него, и эту информацию он сообщил исключительно матерными словами.

– Что там у тебя? – успокоившись, спросил он. – Я долго разговаривать не смогу, учти. У нас тут все на ушах.

– Да я уже поняла. Вов, я тут подумала… Костоянц сказал, что Слепнев по средам уходит с работы в пять часов вечера. Но дома он появился в одиннадцать ночи. Вот этот временной провал, Вов. Где его носило четыре часа?

– А жена что говорит?

– А жену вообще мало интересовало, во сколько он придет. Слушай, Вов, охранник со стоянки сказал, что убийца приезжал на темно-синем «Опеле»…