Самый обычный день - Ольга Гаврилина

Влетев в гостиничный бар, Лола тут же увидела Бобриху, которая сидела лицом к входу и заискивающе что-то выспрашивала у Николы.

Бобриха усиленно делала вид, что не заметила вошедшую журналистку, и Лола, подкравшись сзади, закрыла Николе глаза ладошками. Он приложил свои руки к ее и погладил, не отнимая от лица.

– Ну кто это может быть? Конечно, самая успешная и красивая журналистка Италии и моя любимая девочка!

Лицо Бобрихи превратилось в удивленную маску, рот приоткрылся, обнажились два крупных передних зуба, глаза округлились. «Взять бы ее крупным планом!» – промелькнуло в голове у Лолы. Она и сама до сих пор не могла привыкнуть к необыкновенному сочетанию в характере Николы строгости и твердой принципиальной неуживчивости с невероятной нежностью, которой он совсем не стеснялся и которая, как ей хотелось думать, касалась только их отношений.

– Пойдем в номер или выпьешь что-нибудь? – сказал Никола таким голосом, от которого у Бобрихи покраснели уши.

– Сейчас задание дам своим и пойдем, – Лола закрутила головой, ища Стефано. – Ну конечно, где же он еще может быть!

Стефано уже примостился у стойки, жуя очередную булку и держа следующую наготове. Света смотрела завороженно.

А ведь худой, как гвоздь, и как ему это удается! – улыбнулась про себя Лола. Ей не хотелось говорить о работе при Бобрихе, и она подошла к своей команде, к которой с некоторых пор причисляла и Свету.

– Так это что, Никола приехал?! – проговорил Стефано, не переставая жевать. – А я и не узнал его! Чао! – Он помахал в знак приветствия, не двигаясь с места. Отойти от булок после всех перенесенных испытаний было выше его сил.

– Есть новости? – спросила Лола, опасаясь, что, если и вправду появилось что-то срочное, не придется ей обнять Николу, как она мечтала.

– А я и не знаю ничего, – виновато произнесла Света, – отпросилась на полдня Стефано из больницы встретить.

– Справитесь без меня? – задала риторический вопрос Лола.

– Постараемся. – Тарелка с булками, стоящая перед Стефано, опустела. Он удрученно вздохнул. – Но к вечернему репортажу ты должна быть в форме! – Он погладил блестящую поверхность блюда.

– Конечно! А Дана как себя чувствует, кто-нибудь в курсе?

– Дана выздоровела практически, я с ней час тому назад разговаривала, – отозвалась Света.

Вроде все складывается, повеселела Лола.

– Вы только не расслабляйтесь, пожалуйста. Свет, ты же на работу вернешься?

– Ну да, – с сожалением протянула Света.

– Если что, сообщай сразу же. Я на связи.

К ним подошел Никола.

– Ну что, бойцы? Взяли след? – Он обнял Лолу за талию.

– Взяли, как же. Подозреваемых много, а толку пока нету, – ответил Стефано.

– Очень запутанное дело, – встряла Света.

– А вы кто такая? Новая костюмерша? – спросил Никола.

Вот как он сразу определил, что к журналистской братии Света отношения не имеет? Тем более что сегодня ее выдавал только румянец. Одета она была в узкие джинсы и легкую белую кофту с воротничком стоечкой, выглядела вполне стильно. Наверное, все-таки не бывает с такими пылающими щеками журналистов, вот не бывает, и все, а Николу не проведешь.

– Нет, что вы! Я просто помогаю по возможности, – застеснялась Света.

– Помогаете – это хорошо. – Никола развернул Лолу к выходу. – Все, мы ушли!

– Да и мне пора, – засобиралась Света.

– Пойдем, провожу тебя. – Было заметно, что Стефано не хочется ее отпускать.

Они слезли с высоких стульев и направились к выходу. Стефано галантно распахнул перед девушкой дверь.

Вечерело, но Лоле так не хотелось двигаться! Она тихо провела пальцами по профилю Николы, погладила брови, поднесла руку к его губам. Он тут же поцеловал их кончики, взял ее ладонь и потерся щекой. Необъятная нескончаемая нежность пришла на смену необузданному испепеляющему желанию.

Капелини, наводящий ужас на подчиненных одним своим взглядом, вгонявший в трепет даже тертых журналистов и дискутировавший на равных с самим министром, таинственный и грозный Капелини принадлежал ей полностью и бесповоротно! Она собственнически улыбнулась. Возможно, привыкнув к необычному состоянию подчинения, она вдруг неожиданно для себя нашла в нем необъяснимое наслаждение, взбрыкивая иногда по мелочам, как бы напоминая самой себе о той стойкой и несгибаемой Лоле, которой она была до встречи с Николой.

И все же, все же…

– Ты же мои репортажи видел? – начала издалека Лола, взяв с тарелки крупную клубничину, предусмотрительно заказанную Николой в номер еще до ее приезда из больницы.