Вещие сны Храпунцель - Дарья Донцова

Таня смущенно улыбнулась.

– Мы с мужем хотели много детей, да не получалось. Врачи в один голос пели:

– Вы оба здоровы.

А почему тогда я никак не забеременею? Задам вопрос, доктора в затылках чесать начинают, объяснить не могут. Потом один профессор сказал:

– Господь не дает.

И мы с Виктором по монастырям, по скитам к чудотворным иконам ездили. И ничего. Когда Федя пропал, я в храм кинулась, давай Богородицу упрашивать:

– Ты мать, я сама не рожала, но мальчика своего люблю. Верни мне сына единственного.

Домой приехала, сил нет, на кровать легла, заснула, вижу сон. Кормлю кур, и входят к нам во двор четыре котенка, два беленьких, два черных. А через месяц после того, как Федю нашли, я поняла, что беременна. Родилась девочка, темненькая, в мужа. Исполнился ей год, я опять с животом. Мальчик родился беленький, вылитый мой папа покойный. Четверо у нас теперь, кроме Феди. Пара дочек брюнеток, пара сыновей блондинов. Вот как бывает. Одного ребенка у нас отняли, в неразумного превратили, а потом прекрасными детьми богато наградили.

– Мы с Федей общий язык нашли, – уточнил Виктор, – сказали себе: с виду он взрослый мужчина, но внутри маленький мальчик. Ну и ведем себя с ним, как с детсадовцем. Не обижаем, не наказываем, объясняем. Мороженое ему покупаем. Айпад подарили, он на нем живо научился в лабиринты играть. Фильмы любит смотреть про зверей.

– Одна проблема, – вздохнула Таня, – надо следить, чтобы у него свободного времени до того, как стемнеет, не было. Иначе удерет, побежит туда, где его нашли. Что ему там надо? Он всегда туда убегает. Муж за сыном придет, а тот кричит, уходить не хочет.

Фишка с баллончиком для тараканов у него новая. До сих пор он просто дрался с теми, кого в проклятом лесу видел. А вот вопрос про время для него обычный. Федя никогда не нападает спереди. Он подходит сзади, тихо спрашивает: «Который час?» Человек оборачивается, получает кулаком в лицо и падает. Отраву для насекомых он редко использует. Один грибник хотел жалобу на нас в полицию накатать, кричал, когда Витю увидел:

– Если с сумасшедшим не справляетесь, его должны у вас забрать и в дурку посадить.

Мы ему честно, как вам, всю историю от начала до конца рассказали, тот человек нас пожалел. Не пошел в полицию. Мы очень внимательно за Федей следим, он за прошлый год и в начале этого ни разу не удирал. Как сегодня утек? Это я виновата.

– Пожалуйста, не пишите заявление на сына, – взмолился Виктор, – он давно не убегал. Мы усилим контроль. Если заявление напишете, Федю в приют сдадут, он там погибнет. Мы вам все честно рассказали. Пожалейте и нас, и парня, поймите, он как младенец, хоть и здоровенный верзила. Мы вам хороших продуктов с собой дадим. Без всякой химии.

– От деревенского молока, творога, яиц отказаться невозможно, – улыбнулся Энтин. – Но мы никому ничего не сообщим, даже уехав с пустыми руками.

– Спасибо, – в один голос сказали Кругловы.

– Про друзей Федора, Лену и Пашу, что-нибудь знаете? – поинтересовалась я.

– Нет, – удивилась Таня. – Зачем они нам? И жили мы в разных местах. Они в Горяеве, мы в Потапкине.

– Я сказал вам, что заходил к их родителям, когда Федю искал, здорово они мне «помогли», – скривился Виктор. – Сейчас соберу вам что повкусней. Яйца с двумя желтками отберу.

Через полчаса, нагруженные продуктами, мы сели в машину. Таня помахала нам с крыльца, Виктор открыл ворота, подошел к автомобилю и тихо сказал:

– Запишите мой мобильный. Вдруг выясните, что с Федей в лесу случилось. Расскажете мне?

– Непременно, – пообещал Константин Львович. – Вы помните Сергея Кабанова?

– Впервые о нем слышу, – ответил фермер.

– Он одноклассник вашего сына, – уточнила я.

Виктор почесал щеку.