Пуля для певца - Борис Седов

— А инструкции… — Роман нервно хихикнул. — По-моему, он слишком часто смотрел «Крепкий орешек-3».

— А что это за крепкий орешек такой? — спросил Шапиро.

— Темнота! — Роман пренебрежительно махнул в его сторону рукой. — Ты вообще, кроме «Чапаева», ничего не смотрел, да и то вряд ли, потому что Чапаев не еврей.

— Это еще неизвестно, — загадочно ответил Шапиро.

— Что, и он тоже? — изумился Арбуз.

— Кто знает, кто знает… — многозначительно произнес Шапиро. — История нас рассудит…

— Мда-а-а… — Роман покрутил головой. — Черт с ним, с Чапаевым, у меня тут свой Фурманов объявился. В общем, он хочет, чтобы я сегодня в восемь часов вечера вошел в ресторан этот, как его… «Балтийская мечеть», что ли…

— «Северная Мекка», — поправил его Арбуз. — Хороший ресторан, его один уважаемый человек держит.

— Ну да, правильно, — кивнул Роман. — Вот, значит, я должен войти в синий зал и громко крикнуть три раза: «Хачики — козлы».

После небольшой паузы Арбуз и Шапиро захохотали, а Шапиро даже сполз с кресла на пол.

— А что вы ржете, как два ишака? — возмутился Роман. — Небось, если бы он послал меня в синагогу, чтобы я провозгласил там: «Бей жидов, спасай Россию», — ты, Левчик, наверняка не веселился бы так!

Шапиро взгромоздился на кресло и, утирая слезы, ответил:

— Ошибаешься! Я бы занял там самое козырное место, чтобы посмотреть, как ты будешь это делать. Между прочим, Путин…

— Так, не надо! — Роман протестующе выставил ладонь. — Сейчас у тебя и Александр Невский евреем окажется!

— А что? — Шапиро пожал плечами. — Троцкий, Березовский, Невский…

— Между прочим, — Арбуз с безразличным видом посмотрел на свои ногти, — после такой декларации тебе, Роман, придется очень быстро делать оттуда ноги. Там ведь как раз именно хачики обычно собираются. Да еще и не простые, а имеющие непосредственное отношение к так называемым этническим преступным группировкам.

— Да, — Роман поморщился, — этот человек знает, куда меня посылать, чтобы мне скучно не было. Кстати сказать…

Роман с сомнением помял подбородок.

— Кстати сказать, мне показалось, что голос этого доброжелателя мне смутно знаком. Где-то там, на самом краю сознания…

— Ну-ка, ну-ка, — Арбуз подался вперед, — интересно!

— А что тут интересного? — отмахнулся Роман. — Если вспомню, так сам скажу, а голову попусту напрягать не буду.

Арбуз посмотрел на часы и сказал:

— Без четверти пять. До твоего бенефиса осталось три часа пятнадцать минут. Вполне можно успеть составить завещание!

— Дурак ты, Арбуз! — Роман забрал у Шапиро телефон и убрал его в карман. — Вот почикают меня там твои уважаемые люди, что будешь делать?

Поднявшись с кресла, Роман подошел к двери и, посмотрев на Шапиро, распорядился:

— Деньги — вдове, понял?

— Елизавете, что ли? — поинтересовался Шапиро.

— Ей самой.

— Между прочим, мне всегда казалось, что у тебя есть более близкие люди, чем какая-то женщина, даже если она временно является царицей твоего сердца, — прищурился Шапиро.

— Правильно, — кивнул Роман, — да только у этих близких мне людей и своих денег столько, что девать некуда.

— А может, сиротам каким-нибудь или фонду раскаявшихся шлюх?

— Обойдутся, — уверенно заявил Роман. — И вообще я предпочитаю благодеяния совершать лично и прямо в руки того, кому они предназначены. Знаю я ваши фонды.

Арбуз встал и, подойдя к Роману, сказал:

— Слушай, может быть, послать ребят, чтобы прикрыли тебя в случае чего?

— Вот еще! — фыркнул Роман. — Сам обойдусь. Между прочим, представляешь, какое у меня после такого выступления будет реноме?

— Да уж… — Арбуз вздохнул. — А может, не ходить тебе туда?

— Да я уже думал об этом, — Роман нахмурился. — Понимаешь… Чувствую я, что этот человек не шутит. Так что лучше пойти. А то ведь потом, если по телевизору покажут, что в какомнибудь взорванном клубе погибли, к примеру, тридцать человек, что мне делать? Руки на себя накладывать? Я ведь не ты, я с таким грузом жить не смогу.

— А я, значит, смогу? — Арбуз укоризненно посмотрел на Романа. — Хорошенького ты обо мне мнения, друг детства.

— Ладно, не бери в голову! Роман хлопнул Арбуза по плечу и вышел из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь. Арбуз пробормотал: — А ребят я все-таки туда отправлю. Шапиро кивнул и ответил: — Правильно. Береженого Бог бережет.