Голубые ангелы - Чингиз Абдуллаев

— С ним? Что случилось с ним? — Луиджи привстал с дивана.

— Ничего. Мы же не могли позволить ему безнаказанно убиватьнаших людей. Сядь и успокойся. Можешь не искать его. Наши люди ликвидировалиМоррисона в Богоре. Он слишком много знал. Очевидно, это был разведчик, воттолько до сих пор не можем выяснить — чей?

Минелли откинулся на сиденье. Все. Вот и все.

— Зачем? — непроизвольно простонал Луиджи. — Зачем?

Все вставало на свои места. Моррисон привлек к себе вниманиездесь, на Мадуре. Уран, конечно, надо охранять, и агенты ЦРУ заподозрили его. Апотом? Что было потом, Луиджи теперь легко представил себе. Видимо, Моррисон,как профессионал, почувствовал, что его «ведут», а потеряв своих товарищей, они без того был на грани срыва и в какой-то момент просто не выдержал исорвался. Нелепая ошибка? Нет. В их игре любой срыв, любой недочет оборачивалсяопасностью, таящей в себе смертельную угрозу.

— Я не понимаю тебя, — услышал он голос Кларка.

— Зачем надо было его убивать? — тихо спросил Луиджи.

— Мы и не собирались его убивать. Так уж вышло. Он что,очень вам нужен?

— Где он?

— Не понял.

— Я спрашиваю, где его… — Луиджи замялся, — тело?

— Ах, труп, — догадался Кларк, — не знаю, — с искреннимсожалением добавил он, — не интересовался. Да и потом, это не наше дело. Пустьтеперь местные олухи с ним разбираются.

Минелли подавил в себе бешеное желание запустить стаканом вулыбающуюся физиономию своего друга.

— Он выполнял наше задание, — четко произнес Луиджи, — этобыл работник специального отряда Интерпола.

— Не может быть, — Кларк вытаращил глаза, — не может быть!Мы не могли так ошибиться.

— Могли. Черт вас всех подери. Тупые идиоты… Ты непредставляешь себе, что вы наделали, кретины…

— Я прошу…

— Плевал я на твои объяснения. Ты что, не понимаешь, чтоиз-за таких, как ты, мы теряем наших товарищей? Стреляем друг в друга, аупускаем подонков! Хотя чем вы лучше их? Чем? Заткнись, не перебивай меня. Неразобравшись, в чем дело, ты приказал убрать не просто невинного человека, анашего агента.

Кларк вскочил на ноги, лицо его пылало.

— Да, мы его убрали. И правильно сделали. Он знал об уране.И нас не интересовало, чей он агент. Не интересовало. У меня был приказ,слышишь, приказ!

— Приказ. Такие тупые и распорядительные чиновники хороши вбухгалтерии, но не на нашей работе. Вы забываете, что перед вами живые люди.

— Нет! — Крик Кларка сорвался на визг. — Это вы, ДамианоКонти, офицер АНБ и ЦРУ, забыли о своем долге перед страной. Я выполнял приказ,и если мне прикажут еще тысячу раз — слышишь, тысячу раз — убрать Моррисона, ятеперь, даже зная, что он сотрудник Интерпола, сделаю то же самое, незадумываясь. Закройте дверь! — крикнул он одному из своих работников,привлеченному сюда громким разговором.

В каюте наступила тишина. Луиджи придвинул к себе стакан.

— Чертов дурак, — пробормотал он устало.

— Вот это уже лучше. — Кларк наполнил оба стакана до краеввиски. — Твое здоровье.

— Пошел ты к… — Минелли залпом опорожнил стакан.

Кларк последовал его примеру. Лица обоих, еще не остывшие отссоры, после выпитого алкоголя покраснели еще больше.

— Ну ладно. Пошумели, и будет. Может быть, я все-таки могубыть чем-то полезным? — Голос Кларка был извиняюще примирительным.

— Ты уже помог. Спасибо.

— Нет, серьезно.

— Ничего. Ты сделал свое дело. Как всегда, грязно и подло. —Луиджи встал.

— Прощай.

Кларк протянул руку.

— Прости, я ведь не думал, что… — Он замялся.

Минелли не заметил протянутой руки. Открывая дверь, онобернулся.

— Иногда мне становится стыдно за нашу страну и нашудемократию. Мне стыдно, что мои соотечественники занимаются такими грязными иподлыми делами. Стыдно и больно. Прощай.