Двое - Адель Паркс

Сегодня день богат на горячих мужей, потерявших жен, потому что Марк Флетчер тоже привлекателен. У него карие глаза, почти иссиня черные волосы лишь с толикой седины на висках. У него крепкое, мускулистое, почти коренастое телосложение, отчего он выглядит очень сильным. Клементс увидела в нем человека, всегда любившего спорт и не позволявшего себе потерять привычку поддерживать форму. Вероятно, он катается на велосипеде, бегает, возможно, теперь таскает железо в зале, а в детстве играл в регби и футбол и, вполне вероятно, возглавлял команды. До Ли за Марком наверняка увивались другие женщины. Но не те, которых соблазняют кредитные карты – женщины, желавшие завести семью, где муж будет катать их детей на плечах, играть с ними в мяч, ставить палатки. Если бы Клементс нужно было делать поспешные заключения – что иногда случалось – она бы сказала, что Марк Флетчер – семьянин, а Даан Янссен больше ловелас.

Она выбрасывает привлекательность этих мужчин из головы и возвращается непосредственно к работе. Возможно, этим она отличается от других женщин, и, может, поэтому она никогда не поддерживала длительных отношений – она никогда еще не встречала настолько привлекательного мужчину, что он мог полностью отвлечь ее от работы. Семьянины, ловеласы, никто не доставит ей такого удовольствия, как раскрытое дело.

– Вы звонили касательно своей жены, – говорит она.

– Мне стоило позвонить раньше.

– Что ж, теперь я здесь. – Клементс вытаскивает блокнот. Она начинает со стандартных вещей: имени, возраста, затем: – Так когда вы в последний раз видели свою жену?

– Утром прошлого четверга.

Она мысленно задерживает дыхание.

– Неделю назад? – Она пытается не выдать осуждение в своем тоне.

– Да.

– Но вы ждали до этого момента, чтобы сообщить о пропаже? – Невозможно не слышать отголосок такого же вопроса, заданного ранее днем Марку Флетчеру. Какого хрена творится с этими мужчинами, теряющими своих жен? Почему они так долго не беспокоятся? Клементс думает, в следующий раз, когда будет романтизировать великий институт брака, она напомнит себе об этих разговорах.

– О, но она не в то время пропала, – говорит Даан, прерывая ее размышления. – Нет, конечно нет. Она была у своей матери. Ее мать очень больна. Кэй посвящает много времени уходу за ней. Мать Кэй – Памела, Пэм – в доме престарелых на севере Англии. Кэй остается с ней там.

– Понятно. В таком случае, когда вы в последний раз связывались с женой? Вы разговаривали по телефону, пока она навещала мать?

– Да. В последний раз мы созванивались в воскресенье днем.

– И ничего с тех пор?

– Мы переписывались в WhatsApp. Я получил одно сообщение в обед.

– То есть вы на связи с женой? Ее просто нет дома. Это не исчезновение, – Клементс слишком поторопилась, приехав сюда. Ей стоило сначала позвонить, уточнить факты. Она сделала поспешные выводы, вернувшись из дома Ли Флетчер, подумала, что в этом есть связь. Ей нужно заниматься тем делом, а не растрачивать время здесь.

Даан поднимает руку, чтобы не дать ей уйти, удержать ее внимание.

– Только вот я не думаю, что переписываюсь со своей женой. Именно поэтому я вернулся домой и решил позвонить вам.

– Что?

– Мне кажется, кто-то притворяется моей женой. – Клементс невольно бросает взгляд на стакан с виски. Он пьян, что ли? Стоит ли его вообще слушать? – Она звонила мне в воскресенье, Памела подхватила инфекцию, Кэй о ней беспокоилась. У Пэм альцгеймер. Она иногда подхватывает жуткие инфекции мочевыводящих путей.

Что-то в том, как он объясняет проблемы со здоровьем ее матери, заставляет Клементс проникнуться к нему симпатией. Она садится на барный табурет и дает ему время договорить. – Потом в понедельник, когда я ее ждал, она прислала сообщение: «Не могу сейчас вернуться домой». Очень короткое. Я сразу ей позвонил, хотел проверить, в порядке ли она. Она единственный ребенок в семье. На нее много свалилось. Но она не взяла трубку. Я просто решил, что ей пришлось отключить телефон.

– Это случается в больницах.

– Да, но не так часто в домах престарелых. Раньше такого не было. Я оставил сообщение, спросил, ухудшилась ли инфекция. Она просто отправила односложный ответ. «Да». Я позвонил ей снова, и она опять не ответила. В общем, в следующие несколько дней мы переписывались. Но что-то было немного не так. Знаете, не похоже на нее.

– Ее мать очень больна, – говорит Клементс, будто это все объясняет.

– Да. Я тоже так себе говорил. Я звонил ей несколько раз, обычно мы созваниваемся каждый день, когда она уезжает, но каждый раз звонок отправлялся на автоответчик, а она ни разу не перезвонила. Она просто писала, что все слишком сложно, что она слишком занята, не может говорить. Она не вдавалась в детали происходящего, не говорила о прогнозах или лечении. Она изъяснялась неопределенно и коротко. На нее это не похоже. Ей нравится говорить. – Он улыбается собственной шутке, может, из-за воспоминания о своей болтливой жене. – У нас на вторник были приглашены гости. Она ни разу не упомянула об этом. Я думал, она уточнит, что она предпочитает – чтобы я все отменил или принял их без нее.

– Со всеми свалившимися на нее проблемами, не могла ли она забыть об этом?

– Возможно. Вчера я решил, что ей не стоит справляться в одиночестве, ей нравится быть независимой, но всем нам иногда нужна помощь, не так ли? – Клементс кивает. Это правда. – Поэтому я решил навестить их с Пэм. Я написал и попросил адрес, потому что никогда там не был. Я осознал, что не знаю, где это. Где-то в Ньюкасле, но Ньюкасл большой. Она не ответила.

Даан смотрит на Клементс, его пронизывающий взгляд выжидает ее реакции. Возмущение, подозрение? Она не знает, что ему сказать. У его жены в данный момент другие приоритеты. Ему нужно с этим смириться.

– Вы звонили в дом престарелых, чтобы уточнить их адрес?

Даан нетерпеливо качает головой, понимая, что полицейская еще не согласилась с его убеждением в пропаже жены.

– У меня нет номера.

– Вы могли бы его найти.

– Я не знаю, как это место называется.

– Понятно.

– Потом я подумал, может, я могу найти его, покопавшись в ее вещах. Вдруг там есть чек или какие-то письма из дома престарелых.

– Не похоже, что здесь много вещей. – Клементс оглядывается по сторонам.

– Да, нам нравится минималистичный дом, поэтому я не слишком удивился, когда не нашел бумажных чеков. Мы выступаем за охрану окружающей среды. Мы стараемся вести документацию онлайн. – Клементс подавляет вздох; он