Убей моего босса - Ребекка Эдгрен Альден

Но, согласившись на работу в Suzanna, она уже сама оказалась в стороне.

— Тесс, прости, что меня подолгу не бывает дома, — сказала Анна и протянула руку к дочери.

Тесс откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

— Думаешь, меня это волнует?

— Да, это видно невооруженным глазом. Именно поэтому ты злишься.

Наступила тишина. Анна покосилась на Алису. Та продолжала ковыряться в своей тарелке с таким видом, словно не слышала тех жестких слов, которые только что прозвучали за столом. Но, конечно, это было не так. Анна погладила младшую дочку по щеке и ободряюще улыбнулась ей, как бы говоря: «Ну что? Все о’кей?» Хотя все было совсем не о’кей. Анна проглотила слезы и сделала еще один глоток вина, чувствуя, как от выпитого спиртного тяжелеет голова.

— Я понимаю, что ты расстроена из-за меня, Тесс. В последнее время я действительно стала далеко не самой лучшей мамой на свете. Я знаю, ты мне не веришь, но обещаю, скоро все изменится к лучшему. — Она помолчала, потом добавила: — А ты знаешь, я прихватила сегодня с работы немного косметики. Хочешь взглянуть?

Матиас нахмурил брови. Он понял, что такими вот подарочками она пытается компенсировать детям свое отсутствие.

Тесс не ответила.

— И еще я забыла тебе рассказать. Знаешь, кто у нас теперь новый журналист? Кое-кто, кто тебе нравится. Якке. Если хочешь, я могу тебе устроить встречу с ним.

Реакция Тесс оказалась совершенно неожиданной и заставила всех сидящих за столом подскочить. Старшая дочь вскочила, с грохотом отодвинув стул, и пулей вылетела из кухни. Анну захлестнуло чувство безысходности. «Что бы я ни сказала, все не то», — с горечью подумала она.

Эта рабочая неделя выдалась просто адской, и было ясно, что она еще не закончилась. Даже несмотря на выходные.

Глава восемнадцатая

На улицах Стокгольма царили все те же удручающие серость и уныние, как и всегда в конце ноября. Внутри Анны прочно поселилась усталость, и она чувствовала, как с каждым днем ей становится все труднее сохранять приподнятое настроение. «Должно быть, это смена времен года на меня так действует», — думала она. Хотя, скорее всего, дело было в сверхурочной работе и прохладных отношениях, установившихся между ней и Матиасом. После того пятничного вечера им так и не удалось растопить образовавшийся лед. Работа поглощала ее всю целиком, и, возвращаясь по вечерам домой, Анна чувствовала себя слишком уставшей, чтобы попытаться как-то разрешить ситуацию.

Единственными светлыми моментами в ее беспросветных буднях были встречи с Хенриком. После того первого раза несколько недель назад Анна успела сходить на четыре занятия. Тренировки были тяжелыми, и после каждой она уставала так же, как и тогда, и все же, покидая спортзал, она чувствовала себя счастливой. Хенрик был таким заботливым и так внимательно ее слушал. Он запоминал все, о чем они говорили, и возвращался к тем вещам, которые произошли в их предыдущую встречу.

В среду ведущий редактор отдела красоты Стефани договорилась с ней о встрече в своем кабинете. Анна примчалась туда запыхавшейся. Кабинет отдела красоты находился в подвале — небольшом помещении, забитом полками от пола до потолка. Там пахло мускатом, лимоном, ванилью и еще кучей других ароматов. Повсюду лежали духи, кремы, лаки для ногтей, щеточки, тушь для ресниц и странные приспособления, о назначении которых Анна даже не догадывалась. Вся косметика, которая приходила в редакцию, распаковывалась и расставлялась по нужным полкам. На некоторых упаковках красовались подписанные Стефани этикетки.

— Взгляни сюда, — презрительно фыркнула Стефани и показала на полку, заставленную кремами для лица. — Кто-то был здесь и унес самые дорогие крема! Вот тут у меня лежала маска для лица от Sensai стоимостью более чем три тысячи пятьсот крон, а теперь она исчезла. Кроме того, было еще несколько эксклюзивных сывороток и кремов, которые я не могу найти. — Она сделала паузу и подняла брови. — Ты ведь знаешь — я слежу за своей продукцией.

В этом Анна ни капли не сомневалась. Стефани подходила к своей работе редактором отдела красоты со всей серьезностью. Каждый продукт следовало протестировать в течение как минимум одной недели и как минимум на двух людях, среди которых конечно же была сама Стефани.

И теперь она желала знать, что Анна собирается делать с кражами. Анна вздохнула. В редакции Стефани была самой большой любительницей все драматизировать. «Стефани-и-и-и» поправляла она всякий раз, когда кто-нибудь произносил ее имя неправильно, с ударением на первом слоге.

— Несколько хороших духо́в тоже пропало. У нас завелся вор. Кто-то приходит сюда и берет все без спроса. Причем у него хороший вкус.

Ключ от комнаты отдела красоты хранился у Стефани, но бывало, что другим сотрудникам редакции тоже нужно было сюда попасть. Поэтому все знали, что Стефани держит ключ в одной из забавных пепельниц в виде шляпок, которые красовались на ее рабочем столе.

— Хорошо, будем начеку. Может, тебе пока стоит переложить ключ в другое место? И ограничить число тех, кому известно о новом тайнике?

Стефани взяла какой-то крем для рук, открыла и выдавила маленький белый завиток на ладонь. Не спеша втерла его в кожу и одобрительно хмыкнула, но полностью довольной она не выглядела.

Они вместе поднялись на первый этаж. Стефани засеменила прочь, чтобы забрать свое пальто — безразмерный балахон из искусственного меха, с которым ее обтянутые черными брючками ножки-палочки смотрелись еще тоньше.

Анна двинулась было в сторону редакции, но ее остановила Миранда. Руководитель отдела рекламы была в высоких кожаных ботинках на каблуке и коротенькой кожаной юбочке, едва прикрывавшей все, что нужно.

— Анна, взгляни, с кем я столкнулась вчера на приеме.

Она протянула свой сотовый, и шифоновый рукав блузки задел щеку Анны. В нос ударил удушливый аромат цветочного парфюма. Анна взяла телефон и сфокусировала взгляд на снимке. На нем была изображена смеющаяся Миранда с еще более глубоким декольте, чем сейчас, в компании женщин, которых легко можно было принять за клонов Миранды. Такие же каскады пышных белокурых волос, надутые губы, всем своим видом намекающие на то, что в них совсем недавно впрыснули дополнительную порцию какого-то химического препарата. У каждой в руке был бокал шампанского.

Анна с недоумением вернула телефон обратно.

— Ой, это не тот снимок.

Миранда схватила мобильник, уткнулась носом в экран и, прищурившись, принялась листать фотографии. Миранда за компьютером — то еще было зрелище. Она всегда сидела наклонившись вперед и увеличивала открытый документ на экране