Интуиция - Валентина Панкратова

— Денис завтра, надеюсь, приедет?

— Да, прямо с утра. Его тоже только что проверил-навестил. Реально нет дома, но хотя бы здоров. Ты же понимаешь, мне никак нельзя было сегодня появляться. Я Марине телефон обещал привезти, дитя прогресса рвалась связаться со своими.

— Да, я в курсе. Она и у нас просила телефон, чтобы вызвать такси. Не дали, как сам понимаешь, — раздраженно ответил Александр на немой вопрос собеседника. — Чувствовал себя по-идиотски. «Не дам, потому что мне злой дядя не разрешил», — передразнил молодой человек сам себя.

— Шурик, вы все правильно сделали. А чем занимались? Где маман?

— Маман скоро прискочит. Сдается мне, она тоже тебя караулила и, наверняка, слышала, как ты пришел.

Молодой человек вкратце рассказал, что произошло за день, не забыв упомянуть о небольшом происшествии с Ромашкой, произошедшем при активном участии Ниночки.

— Думаешь, коза специально шуганула лошадь? — уточнил старший брат.

— А то нет! Слушай, Нинуха Ромашку знает как облупленную. Все ее реакции просчитывает. Неужто она не в курсе, как ведет себя лошадь, когда хозяйка подзывает к ее себе, да еще с таким активным посылом. Естественно, та, задрав хвост, рванула вскачь на призыв.

— С другой стороны, Нинуха не могла знать, что Марина впервые на лошади, — резонно возразил Константин, — давай пока эту тему оставим.

— Мальчики, вы оба плохо себя ведете, — дверь распахнулась и в музыкальный салон огромной возбужденной бабочкой влетела Вероника Николаевна, — ну сколько можно мучить бедную девочку? Один держит ее как в тюрьме, другой чуть под копыта лошади не бросил.

— Ну мам, — единым хором возмутились братья.

— И перестаньте мамкать, — сурово осекла их женщина, — договорились не афишировать, что мы семья, значит, надо держать себя в руках. Для всех внешних людей я домоправительница. Так же как и ты, Александр, для всех — помощник Константина.

— Как скажете, мадам, — усмехнулся Александр, — могу и дворецким побыть, коль прикажете. Или лучше садовником?

— Не паясничай, — грозно взглянула на сына Вероника Николаевна, — Марина как после ужина ушла к себе, так и не выходила. Константин, похоже, она всерьез надеется завтра попасть на работу.

— Пусть надеется, доля у нее такая. Завтра утром приедет Денис, и все разрешится. Если ее кровь не подходит, то по обстоятельствам… Кто знает, возможно, к обеду будет уже на работе. Все полагающиеся извинения я ей принесу. Что ни говори, а изучить такой редкий экземпляр хотелось бы. Так что ссориться с нашей милейшей гостьей не собираюсь.

— Костян, я прямо стесняюсь спросить. Что будет, если подходит?

— Что?

— Что будет завтра, если кровь Марины тебе походит. Про «не подходит» я понял.

— Ну тоже по обстоятельствам, — раздраженно бросил Константин.

— Зашибись…

— Костик, — женщина ласково прикоснулась к руке старшего сына, — тебе уже тридцать семь. Пора начинать думать о семье.

— Это вон к Шурику давай.

— Костик, я же вижу, как неравнодушно Марина на тебя смотрит. Раз ты считаешь, что девушка очень интересна в плане исследований, тогда если она здорова, и если ее кровь подойдет, она может стать для тебя пожизненным донором. Тебе надо жениться на ней. К тому же твои детки могут наследовать ее способности.

— Костян, только я ощущаю, что мать несет бред? — возмутился Александр, вскакивая с кресла. — Вы рассуждаете о молодой симпатичной девушке как о каком-то то ли инкубаторе, то ли дойной корове.

— Племенной, заметь, корове, — язвительно вставил Константин. — Заткнись, Шурик. Хватит морализировать. Между прочим, резон в словах матери есть. «Дойную корову» и «инкубатор», как ты выразился, действительно неплохо бы оформить официальной женой. И что характерно, по взаимному согласию и на вполне себе выгодных для нее условиях.

— Костик, да тебе надо-то всего пару раз ласково девушке улыбнуться. Сейчас все зависит только от тебя, — радостно защебетала Вероника Николаевна.

— Дальше без меня, — мрачно промолвил Александр, выходя из комнаты и плотно закрывая за собой дверь.

Сегодняшний день не прошел для него даром. Марина оказалась вполне разумной девушкой, без оккультных придуростей, и это привлекало к ней. Самое удивительное, что именно он, ругающий всех за слишком большое увлечение темой интуиции, невольно выступил ее пропагандистом. Гостья заинтересовалась его рассказами! И теперь планируемое семьей будущее девушки его лично не устраивало. Впрочем, что-то подсказывало молодому человеку, что она сумеет отличить настоящие чувства от выгодной сделки. Хотя с другой стороны, Марина действительно может захотеть пойти на сделку с открытыми глазами. В таком случае он в ней ошибся, а жаль…

— Должна сказать, я не заметила, чтобы твоя гостья носилась по дому в поисках, — Вероника Николаевна с недоумением посмотрела на закрывшуюся за младшим сыном дверь.

— Не страшно. Ей в любом случае еще не раз придется здесь бывать, — спокойно возразил Константин, пытаясь понять, к чему клонит мать. Обычно она никогда не вмешивалась в его дела.

— Я уже пожилой человек, иногда так хочется побыть в тишине. Большие сборища с возрастом становятся в тягость, — женщина напустила на себя жалостливо-плаксивый вид, подтверждающий всю тяжесть ее положения. — Я рада, когда вы с Сашенькой приезжаете. Но пойми меня правильно, когда вы уезжаете, я тоже рада. А вот посторонних терпеть в доме с каждым разом становится все тяжелее и тяжелее.

— Ма! Ты вообще о чем? Лаборатория в доме. Я не могу разместить ее у себя в квартире. Придется терпеть. Ну хотя бы иногда, — смягчился Константин, увидев реакцию Веры Николаевны.

Слезы в глазах матери стали для мужчины полной неожиданностью. Возрастное, как он привык считать, недовольство по факту приобрело вполне четкую направленность. Маменька не больше и не меньше вознамерилась прихватизировать загородный дом в свое полное единоличное пользование. Оказалось, что он здесь лишний. Нехило, однако.

***

Нельзя сказать, что Марина сильно испугалась, когда поняла, что опять оказалась запертой. Третий раз за два дня! Правда, на этот раз в неотапливаемом подвальном помещении. Как ни странно, на душе было спокойно, настойчивый шелест Интуиции подавлял остальные возмущенные голоса и настаивал, что все идет так как и должно идти. Это просто надо пережить. Более того, первой реакцией была радость, что прислушалась к советам трезвых голосов, взяла шубу и надела теплые ботинки. Дальше с сожалением вспомнились варежки, оставленные в двери. Наверняка, тот, кто ее запер, именно по ним и нашел ее.

Внутренний Ребенок-паникер