Народная диверсия - Кирилл Казанцев

В голосе Лиды сквозила злая насмешка. Она прошла в комнату, небрежно бросила сумочку на стол. Владимир встал с дивана и подошел к Лиде.

– Ты права, – он обнял девушку за талию и притянул к себе, – я действительно всем этим занимаюсь...

Она попыталась отстраниться от него, но он крепко держал ее в своих объятиях.

– Слушай, Строгов, прекрати!..

Он поцеловал ее, но она оттолкнула его:

– Виноват, так нечего подлизываться!

– Я виноват? В чем?.. Ах да! Я же испортил тебе отпуск.

– Вот именно.

Лида поправила платье, отошла от Владимира и, открыв шифоньер, достала халат.

– Чай пить будем? – примирительно спросил он.

– Ты не заслужил чай. – Ее тон был по-прежнему обиженным.

– А все остальное? – Он снова подошел к любимой и обнял ее сзади.

Лида нервно повела плечами, скидывая с них его руки. Владимир вздохнул.

– Лидунь, ты же знаешь, я не люблю и не умею долго уговаривать...

– И не надо!

Она ушла на кухню, демонстративно громко загремела там посудой, а он остался стоять посередине комнаты. Может, не стоит навязываться? В конце концов, каждый из них – свободный человек и делает то, что хочет. Или что считает нужным. Он, Владимир, считает нужным помочь хуторянам, а Лида считает нужным ехать на море. Ну, не получается у них понять друг друга, кто же в этом виноват? Ладно, если она даже не хочет разговаривать с ним, дело ее. Он начал собираться на встречу с Богоборцевым.

В это время зазвонил домашний телефон. Владимир поднял трубку, в ней тотчас раздался взволнованный голос мамы:

– Володюшка! Это я...

– Привет, мам.

– Здравствуй, сынок. Почему я не могу до тебя дозвониться?

– Как это не можешь?

– Сколько раз звонила вам, Лида дома, а тебя никогда нет. И мобильный твой не отвечает...

– А, да... Я выключал мобильный.

– Почему? Сынок, у тебя что-то случилось? – Голос мамы был взволнованным.

– Нет, мам, ну, что ты! Ничего не случилось, просто я тут ездил по делам.

– Куда?

– К родителям Матвея.

– Это на тот хутор?

– Да. Мы все там собирались, все ребята... Ну, ты знаешь, которых Матвей спас.

– А а... А я то начала было беспокоиться, почему вы с Лидой не едете на море...

– Да нет, мам, все в порядке...

– А почему все-таки вы не едете? Почему Лида все время дома одна? Ты же сказал, что отпуск вы проведете...

По тону матери он понял, что она в курсе всех его дел. Скорее всего, Лида пожаловалась матери, и та решила слегка поднажать со своей стороны. У них с Лидой была некоторая женская солидарность, которая появилась далеко не сразу. С самого начала, когда Владимир только начал встречаться с этой девушкой, мама даже высказала некоторое опасение по поводу того, что она ему не подходит.

– Володюшка, мне кажется, Лида слишком занята собой, чтобы у нее еще оставались чувства и на тебя, – сказала тогда мама. – Ты присмотрись к ней получше. Боюсь, что вы очень уж разные...

Но прошел год, и мама переменила отношение к его пассии.

– Володюшка, тебе скоро тридцать, и мне кажется, тебе пора всерьез подумать о создании семьи. Лида для этого – неплохая кандидатура. Она – девушка с образованием, из хорошей семьи, она умна, серьезна, она умеет готовить...

«Как все быстро меняется!» – подумал тогда Владимир с усмешкой.

– Мам, давай я заеду к тебе сегодня вечером, и мы обо всем поговорим, ладно?

Не дождавшись ответа, он положил трубку и, даже не попрощавшись с Лидой, направился к двери.