Чехов 7. Императорская охота - Гоблин MeXXanik

Глаза Станислава Викторовича затуманились, словно он вспоминал происходящее.

— Они скакали на лошадях по лесу. Потом оставили взмыленных животных у места, где тропа сужалась. Когда люди вступили на топь, то каждый призвал свои стихии, чтобы найти дорожку вреди болота и дойти до дома первым. Почти все были веселы и бахвалились своей удалью. Перепачканные грязью аристократы выбрались к избе, которая оказалась корявой и кособокой. Вокруг высились холмы с палками, воткнутыми в них. Сама изба вросла в землю и покрылась мхом. Никому бы и в голову не пришло там жить. И одна девица из свиты императора неожиданно сказала, что заходить туда нельзя. Что надо убираться прочь.

— Ее не послушали? — затаив дыхание уточнил я, хотя догадывался о том, что услышу.

— Над ней посмеялись. Император вынул клинок и разрубил ветхую дверь, отбросил в сторону гнилые доски. И в тот момент день сменился ночью. Буквально минуту назад с неба лился свет, а вот уже мир утонул в чернильной тьме. Тут же вспыхнули огненные миньоны за спинами своих хозяев. Но вместо того, чтобы осветить местность. Они вдруг набросились на призывателей и их друзей. Каждый из аристократов призвал своих помощников. Вот только они не подчинялись приказам. Пришлось вынуть клинки, которыми принято разделывать дичь.

Мужчина посмотрел на меня темными глазами, в которых качалась боль.

— Мало кто понимает, что это такое — биться с чистой силой, когда у тебя самого нет ничего, кроме ножа. Несколько князей полегли сразу же и их тела поглотило жадное болото. Кто-то успел заметить сидящую на крыльце проклятого дома женщину. Потом одни утверждали, что она была старухой, а другие уверяли, что там была девушка невиданной красоты. Вот только, кем бы она ни была, но стало ясно, что именно она сделала так, что силы ополчились против одаренных…

— И как же они выжили? — спросил я, когда пауза затянулась.

Мужчина тряхнул головой, будто все еще пребывая в собственных воспоминаниях.

— Только один человек из всей свиты оказался крепче колдовства. Та девица, которая просила не ходить в проклятый дом. Она призвала свою силу. И болото вспенилось, выпуская наружу мертвецов. Их было так много, что деревья расступились, чтобы вместить каждого. Мне было совсем мало лет. Но я помню, как выглядит некромантка призвавшая смерть. Она была прекрасной и жуткой. Ее черные волосы взметнулись и словно змеи клубились вокруг головы. Лицо сделалось белым… Та старуха из избы подскочила на ноги и засмеялась. Ее голос казался громом. Многие попадали на колени, зажимая уши. Мертвые шли на миньонов, обхватывая их костьми и закрывая плотью, которая не разлагалась в болоте. И хоть наши миньоны были мощными, они не могли справиться с лавиной мертвых. Никогда прежде я не видел столько трупов.

— Там капище?

— Древнее и могучее, — шепотом подтвердил император. — Жрецы потом десятилетие пытались его зачистить, но сумели лишь накрыть защитным куполом, внутри того, который раскинулся над резиденцией.

— А та некромантка…

— Софья Яковлевна спасла нас. Она сумела раздавить руками мертвых всех наших миньонов и приказала не призывать новых. Никто из нас не посмел ее ослушаться. Даже император. Спустя годы я понимаю, что если бы она потребовала в тот момент трон, то получила бы его и каждого из нас в рабство. Мы бы принесли ей клятвы верности не раздумывая. Но она не просила об этом. Она поклонилась старухе и заговорила с ней на незнакомом тягучем языке. Та выслушала, кивнула и медленно побрела к избе. Дверь вернулась на место, а домишко стал еще ниже, опустившись в землю по самую крышу.

— И что было потом?

— Мы вернулись в лагерь. Всю дорогу молчали, размышляя о произошедшем. Иногда среди стволов деревьев мелькали тени и если кому-то хотелось всмотреться в них, они видели мертвых, которые шли за нами по пятам. Некромантка опасалась, что кто-то из нас решит призвать силу, и придется с этим бороться.

Когда мы оказались у этого озера, император попросил вашу бабушку отпустить мертвых. И она сделала это. Не требуя ничего взамен. Не ставя условий. Только сказала, что хотела бы как можно реже с нами встречаться.

— Так она получила позволение не посещать резиденцию, — понял я.

— Она не рассказывала об этом?

— Только в общих чертах. Княгиня не особенно любит хвалиться своими подвигами.

— Никогда не видел такой мощи, — признался император. — И точно прежде, не испытывал такого ужаса от собственного бессилия.

Мужчина прошел по мостику и остановился у самого края доски.

— В то время было принято решение объявить это место свободным от силы. Чтобы каждый из аристократов мог вспомнить, что он прежде всего человек. Силой позволено пользоваться только в пределах своего дома. А вот в лесу мы должны вести себя так, словно не владеем талантами.

— Здесь миньоны могут восстать против своего хозяина? — уточнил я.

Вместо ответа император взмахнул рукой и на поверхности воды появились круги. Затем раскрылись крупные белые кувшинки.

— Тут нет опасности, — пояснил мужчина, второй рукой, заставляя камыш на другой берегу сделаться гуще. — Просто установленные правила, которые надлежит исполнять.

Я хотел спросить, почему же он использует силу, но вовремя прикусил язык. В этот момент из-за кустов вышло трое дружинников и остановились, оценив обстановку. Каждый поклонился мне и дождались, когда Станислав Викторович обернулся.

— Все в порядке. На меня никто не напал, и я не вынужден защищаться. Просто решил поправить немного пейзаж. Можете быть свободны.

Мы тут же остались одни. Император вернулся на берег и сел на траву. Я последовал его примеру, устроившись рядом.

— Я тоже стараюсь следовать правилам. Вы заметили, в каком состоянии кусты?

— Да, садовник у вас отменный, — признал я.

— Скажу вам по секрету, что этот садовник — я сам. Я и инструменты.

— В самом деле? — я уже иначе взглянул на подстриженные растения. — Здорово у вас получается.

— И у вас получается отменно, Павел Филиппович.

— О чем речь? — насторожился я.

— Вы сумели расположить к себе Петроград. Вас любят люди. И для этого вы всего лишь были собой. Делали свое дело, защищая тех, кто к вам обращался.

Я не знал, как должен реагировать на