Побег из Сент-Ривера - Лия Виата

До школы они с Саймоном дошли молча. Снег блестел чистотой, а морозный воздух холодил щёки. Впрочем, Пенелопа слишком сильно ушла в свои мысли, чтобы хоть что-то замечать. Саймон неожиданно остановился и посмотрел в сторону леса.

– Что-то не так? – напряжённо спросила Пенелопа, подойдя к нему.

– Нет. Это, наверное, уже паранойя. – Саймон вздохнул, а потом осмотрелся. – Красиво тут всё-таки. Когда я безвылазно сидел в больнице, то мечтал о путешествиях. Пусть ситуация сейчас такая себе, но я рад здесь оказаться.

Пенелопа понимающе кивнула. Сибирь поражала воображение своими безграничными, древними и таинственными лесами. Находясь здесь, даже Пенелопа невольно начала верить в неведомых существ. Лес Тесвиерии слишком мал, чтобы можно было ощутить это сокровенное чувство от чего-то, не тронутого человеком.

Саймон очнулся первым. Он повернулся к Пенелопе и улыбнулся.

– В следующий раз съездим с Лорой в Санкт-Петербург. Ей там должно понравиться куда больше, чем в подобной глуши, – сказал он.

– Вот уж точно. – Пенелопа звонко рассмеялась, вспомнив, как Лора чуть удар не получила, когда в их современном Сент-Ривере косметическую лавку закрыли на два часа раньше положенного.

Впереди замаячила школа. Пенелопа заметила худенькую прибирающуюся через сугробы фигуру впереди и заспешила к ней.

– Доброе утро, Елена Сергеевна, – произнесла она.

Девушка так сильно подскочила, что еë очки упали на кончик носа.

– О, это вы. Доброе, – промямлила она.

– Кажется, мы вас испугали. Простите, – смущённо добавил Саймон.

– Нет-нет. Я просто задумалась, – тихо ответила она.

Рядом пробежала группа детей, громко поздоровавшись. Елена тут же расплылась в улыбке.

– Вам нравятся дети? – спросила Пенелопа.

– Они луч солнца в моей тёмной жизни, – воодушевлённо ответила она.

Пенелопа улыбнулась. Нагрузка здесь просто дикая, а зарплаты низкие, поэтому оптимизм Елены еë очень порадовал. Хорошо, когда детей учит тот, кто их действительно любит.

Около тяжёлых дверей школы выросла высокая фигура Гриши. Он заметил их и дружелюбно замахал руками. Саймон нервно сглотнул. Лора точно не спустила ему с рук приход домой в совсем уж пьяном виде. Зная подругу, она, должно быть, сделала ему «любезное» предупреждение о крайне нежелательных для Саймона последствиях в случае повторения подобного инцидента.

Пенелопа закатила глаза и направилась к крыльцу, но Елена неожиданно схватила еë под локоть.

– Александр Николаевич, идите вперёд. Нам с Полиной Георгиевной надо поговорить, – неожиданно сказала она.

Саймон переглянулся с растерянной Пенелопой, кивнул и ушёл.

– Вы простите, что я так… Просто, я думаю, девушкам надо помогать друг другу. – Елена воровато огляделась. – Держитесь, пожалуйста, от Григория подальше.

– Почему? – тут же уточнила Пенелопа, нахмурившись.

– Вы, кажется, ему понравились, а он… ох, не самый надёжный человек. – Учительница замялась, будто бы уже сказала лишнего.

Пенелопа почувствовала, что Елена что-то знает, и подвинулась ближе. Если немного надавить, то эта скромная девушка точно расколется.

Только Пенелопа хотела открыть рот, как прозвенел звонок.

– Боже мой, опаздываем! – нервно произнесла Елена и чуть ли не на бег сорвалась.

Пенелопа раздражённо сжала руки в кулаки. Видимо, с допросом придётся подождать.

Пенелопа отвела первые два урока у младшего класса. К счастью, дети слушали еë внимательно и не шумели. Правда, к концу её занятий у них начал пропадать энтузиазм. Пенелопа посмотрела на их уставшие лица и задумалась. Пусть времени на всякую чепуху у неë и нет, но сейчас она играет роль учителя, поэтому стоит выполнить работу максимально хорошо.

Пенелопа пошарила по полкам в учительской и нашла картон. Следующий час она провела за столом, вырезая фигурки.

– Здравствуйте, Полина. Как у вас дела? – спросил зашедший Валерий Степанович.

– Здравствуйте. У меня всё хорошо. Я закончила с планами, так что прошу их утвердить. – Пенелопа кивнула на стопку документов.

– Уже? – удивлённо спросил он.

Директор взял журнал и пролистал его.

– Да вы просто золото. Может, подумаете о том, чтобы через годик занять моё место? – с надеждой спросил он.

– Посмотрим, как дела пойдут, – туманно ответила Пенелопа.

Она отложила ножницы, и тут прозвенел звонок.

– Мне пора, – произнесла она, собрала фигурки и пошла в класс.

Только Пенелопа успела всё развесить около доски, как начали заходить дети.

– Полина Георгиевна, это что? – спросил Михаил, подходя ближе.

– Новая система оценивания, – с улыбкой ответила Пенелопа.

Мальчик с любопытством посмотрел на фигурки.

– Ой, а эта на меня похожа! – выкрикнула Виктория, указав на фигурку с веснушками.

– Да, правда, на нас похожи, – подтвердил задира Александр.

– Верно. – Пенелопа кивнула. – А ещё с ними можно поступить вот так.

Пенелопа подошла к фигурке Александра и сняла с неë футболку. Дети захихикали.

– Эй, – возмущённо пробасил он.

– Теперь за правильные ответы вы будете получать не только оценки, но и одежду для фигурок, а за неправильные одежду буду изымать. Через неделю проведём конкурс красоты среди фигурок. Победитель, естественно, получит приз, – объявила Пенелопа.

Глаза у детей загорелись. Работа в классе на уроке вмиг пошла в гору. С чувством выполненного долга Пенелопа пообедала и решила разобрать папки в учительской. Директор закрылся в своей комнатке, Елена Сергеевна и Гриша вели уроки, а Саймон уткнулся носом в журналы, поэтому ей никто не мешал.

Пенелопа открыла дверцы шкафа и подняла огромное облако пыли. Она несколько раз чихнула, но не остановилась. Пенелопа взяла в руки найденную тряпочку и начала вытирать журналы.

Работа шла легко. Она вытаскивала всё, протирала и ставила обратно. Последний шкаф оказался чуть более чистым, но ужасно шатающимся. Когда Пенелопа начала ставить всё обратно, полка не выдержала и журналы упали на пол. От такого грохота Саймон подскочил и испуганно огляделся.

– Прости, – извинилась Пенелопа, начав собирать журналы.

Саймон что-то неразборчиво пробурчал, но Пенелопа его не услышала. Еë внимание привлекла фотография, которая вывалилась из какого-то журнала. Пенелопа подняла еë и внимательно осмотрела. Она оказалась сделанной в январе прошлого года, если судить по датам. Всё ученики и учителя выглядели на ней счастливыми. На губах Пенелопы появилась улыбка. Тут она заметила в углу незнакомую ей девушку. Пенелопа перевернула фотографию и застыла.

– Саймон, ты должен это увидеть, – напряжённо произнесла она.

Он оторвался от журналов и подошёл к ней.

– Что там? – спокойно спросил Саймон.

Пенелопа протянула ему фотографию. Он посмотрел на неë, а потом прочитал на обороте имена изображённых.

– И что? – неловко уточнил он, не уловив главной детали.

Пенелопа указала пальцем на девушку в углу.

– Еë зовут Милана Гайкова. Считаешь, здесь много людей с фамилией «Гайков» живут?

В глазах Саймона вспыхнуло понимание.

– Более того, в журнале старшеклассников есть зачёркнутое наспех имя, а в школе существует тема, которую не хотят поднимать, – продолжила цепочку Пенелопа.

– Считаешь, это связано? – осторожно спросил Саймон.

– Не знаю, но выясню, – уверенно ответила она, взяла фотографию и подошла к кабинету директора.

У неë накопилось слишком много вопросов, на которые он обязан дать