Курс выживания - Оксана Обухова

– Наркоман? – хмуро уточнила Дуся.

– Врач. Я даже не знаю, где искать этот кокаин. Где мне его подмешивают? В еду, в питье… или он нейтрализуется в пищеварительном тракте… Я ничего в наркотиках не понимаю!

– И слава богу, – серьезно кивнула Колбасова и потянулась к своему кондуиту. Толстенной записной книге на все случаи жизни.

Через минуту Дуся уже резво болтала с какой-то Анной Дмитриевной.

– Послушай, дорогая, – бубнила она, – я тут одну несчастную деваху защищаю. Из нее наркоманку незаметно вылепили, а она ни сном ни духом… Нет, не «колеса», тут дело «благородненьким» попахивает – кокаинчиком. Куда ей могли его подмешать?.. Да… Да… Через слизистую?.. Да, девушка ухоженная, за собой следит… – И потом мне: – Сонь, у тебя насморка не было? Ты каким-нибудь спреем или каплями не пользовалась?

– Нет.

– Говорит, нет. Ага… Ага… Ну, спасибо. Да, если что, сразу к тебе… Ну конечно, я понимаю!.. Все, до встречи.

Положила трубку и обратилась к моей воспрявшей персоне:

– Значит, так, Сонька. Давай колись, чем зубы чистишь?

– Пастой, – удивленно ответила я.

– А полоскания или какие-нибудь аппликации делаешь?

– Да.

– Какие? И как долго? Кокаин лучше всего действует, попадая в организм через слизистую. Поняла?

– Да. Аппликации для отбеливания зубов я делала буквально перед вылетом во Францию… а жидкостью для полоскания рта пользуюсь каждый день – утром и вечером… – По мере того как я все это говорила, темп речи все замедлялся, и Дуся, догадываясь, что процесс пошел в нужном направлении, не подстегивала, а глубокомысленно помалкивала.

Полоскание для свежести дыхания – «держать состав во рту не менее тридцати секунд»… Все совпадает! По утрам и вечерам во мне внезапно возникал прилив энергии! Туполев еще говорил, что у нас новый медовый месяц начался… Я думала, это эйфория, а это — кокс во мне бродил!

– Дин, меня подставляют…

– Я знаю, – кивнула Дуся.

– Меня так подставляют, что мама не горюй!

– И не сомневаюсь. Поняла теперь, откуда кокаин в твоей, пардон, моче?

– Да! Его добавляли в баночку с полосканием для рта – я ведь курю, запах, сама знаешь, неприятный – и, возможно, в тюбик аппликации для отбеливания зубов.

– Что и требовалось доказать, – удовлетворенно подытожила Дуся. – Все банки и тюбики на экспертизу, результаты твоему Туполеву.

– А кто это сделал? Не важно?!

– Важно. Но сначала бумаженцию получи. Так оно надежнее будет.

– Получу. Попрошу Андрея, он сведет меня с лабораторией и все установит.

Теперь я не боялась просить помощи у друзей, живущих в этом городе. История перестала напрямую касаться губернаторского сына, друзья ничем не рискуют. Частный сыщик Андрей, с которым я познакомилась прошлой весной, думаю, не откажет мне в просьбе. Он у нас парень служивый и даже заслуженный – боевой орден имеет, и выход на криминалистов у него остался по прежней работе.

Я набрала на сотовом номер Андрюши и поймала его на грядках за городом.

– В город вернусь только поздним вечером, – огорчил меня друг. (У нашего Андрюши две дочки, жена, теща и полный набор прочих родственников.) – Мои ушли на речку, надо их забирать…

– Андрей, я тебя подожду, – быстро перебила я. – Когда и где?

– Давай-ка… часиков в девять в сквере на нашем месте.

Я сложила трубочку мобильного телефона, посмотрела на часы – 17.34, – и Дуся поняла мой жест своеобразно:

– Пообедать успеем?

– Даже дважды, – вздохнула я. – Но есть не хочется…

– Это пока ты моей фирменной окрошки не понюхала, – ухмыльнулась подруга.

Окрошка у Дуси и впрямь была эксклюзивной. Белково-диетической. Два основных ингредиента – квас и картошка – в ней не присутствовали. Хлебный квас заменялся пахтой, картошку ничем не заменяли, а исключали категорически как вредный углеводный продукт. Только зелень – особенно зеленый лук, – редиска, вареная колбаса и много-много крутого яйца. В тарелки Дуся щедро добавила деревенской сметаны и гордо прищурилась:

– И как?

– Божественно, – призналась я. Кисловатая молочная сыворотка удачно сочеталась с пресным вкусом крутого яйца. Сметана добавляла мягкости зеленому луку. В общем, это блюдо из Дусиной диеты я взяла на заметку.

Отобедав с отменным аппетитом, мы расслабленно и сыто откинулись на спинки сидений, Диана налила в пиалы зеленого чая, потом подумала пару секунд и предложила:

– Может, по рюмашке? Для лучшей усвояемости…

– Спасибо, нет. Дел много, мне еще по городу колесить. – Святое правило автомобилиста: выпил – за руль ни ногой, пьяный за рулем убийца, – я соблюдала твердо.

Диана пожала мощными плечами – была бы честь предложена, – отхлебнула чаю и вернула нас к повестке дня вопросом:

– Ты уже пыталась представить, кто у тебя в доме такой шустрый завелся?

– Пыталась.

– И как?

– Результат – нулевой.

– А как там поживает «наша любовница»? – многозначительно подняла брови Дуся.

– Ульяна? Нормально. Но на нее я даже не грешу, она на Туполева словно на икону молится. И потом – позволить задействовать в «операции» своего ребенка? Усыпить? Оставить на берегу? Нет, кто угодно, только не она.

– Уверена?

– Можешь смеяться, но абсолютно. Кто угодно, только не она.

– А Раечка? Она ведь вам какой-то дальней родственницей приходится?

– Диана, разрабатывая операцию, сценарист прежде всего делал ставку на вольнонаемных рабочих. Посуди сама, прежде чем узнать о существовании какой-то хитрой Раечки, он должен был получить о ней полновесную информацию. Точнее, о ней и об обстановке во всем поместье. Догоняешь? Ему бы пришлось дважды вербовать информаторов – сначала кого-то из обслуги, потом на Раечку выходить… А зачем? Это опасно и глупо. Проще подкупить одного человека – того, кто пришел на работу и уволился в любой момент, – и все.

– Резонно, – согласилась Дуся. – Но тогда остается вопрос мотива. Зачем кому-то из наемных рабочих подставлять жену хозяина?

– Вот! Зачем?

Мы прикурили по сигарете и детально обсудили последний вопрос: зачем?

Туполев платил хорошо. По провинциальным меркам даже отлично. Снова найти такую работу в нашем городе сложно, и за место держатся все.

Но кто же тогда поставил на кон удобную работу у не слишком привередливых хозяев, полный соцпакет, честное имя и даже жизнь? Кто так рискует?! Ведь случись что, найдет Назар злопыхателя в собственном доме и церемониться не станет. Руки-ноги переломает, и остальной отрезок своей никчемной жизни злопыхатель уже в инвалидной коляске или на костылях проведет…