Пассажир из Франкфурта - Агата Кристи

– Но кто она на самом деле?

– Ее отец был американцем. Кажется, он владел железнымидорогами или, возможно, разводил чикагских свиней, в те времена на этом можнобыло сколотить капитал. Чтобы сказать точно, нужно покопаться в истории. Онженился на немке по прозвищу Большая Белинда, полагаю, вы о ней слышали.Производство оружия, судостроительство – в общем, вся европейскаяпромышленность. Это все она унаследовала от отца.

– Значит, она получила от родителей невероятное богатство, –сказал сэр Стэффорд Най, – и, следовательно, власть. Вы это хотите сказать?

– Да. Видите ли, дело не только в наследстве, она и самаделала деньги. Она унаследовала ум, она стала крупным финансистом. Все, к чемуона прикасалась, приумножалось, обращаясь в огромные деньги, и она их вкладывала,пользуясь советами других людей, но в конце концов поступала так, как самасчитала нужным. Она всегда процветала, всегда множила свое состояние, и онодостигло невероятных, просто сказочных размеров. Как говорится, деньги кденьгам.

– Да, это мне понятно. Если состояние велико, оно должнорасти. Но чего она сама добивалась, что она получила?

– Вы только что сами ответили: власть.

– И она здесь живет? Или…

– Она ездит в Америку и Швецию. Да, она выезжает, нонечасто. Она предпочитает сидеть здесь, в центре паутины, как громадный паук, идержать в руках все нити – и финансовые, и другие тоже.

– Что это за «другие нити»?

– Искусство. Музыка, живопись, литература. А также люди,молодые люди.

– Да. Можно было бы и догадаться. У нее прекрасная коллекциякартин.

– Наверху в замке их целые галереи: Рембрандт, Джотто,Рафаэль – и полные сундуки драгоценностей, среди них есть настоящие шедевры.

– И все это принадлежит одной-единственной безобразной,тучной старухе. Она хотя бы довольна?

– Не совсем, но уже близка к этому.

– Что же ей еще нужно?

– Она обожает молодежь, ей нравится над нею властвовать.Сегодня мир полон молодых бунтарей, и этому способствуют современная философия,современное мышление, писатели и все те, кого она финансирует и кем правит.

– Но как же… – Он осекся.

– Я просто не знаю. Существует необычайно разветвленнаясеть. Она в некотором смысле стоит за этой сетью, поддерживает довольностранные благотворительные акции, подкармливает искренних филантропов иидеалистов, учреждает бесчисленные стипендии для студентов, художников иписателей.

– И все же вы говорите, что это не…

– Нет, это далеко не все. Готовится грандиозный переворот, врезультате которого возникнет рай на земле, который уже тысячу лет обещаютразные вожди, религии, мессии, учителя типа Будды, политики, – тот самый легкодоступный, примитивный рай, в который верили ассасины, который обещал им иххозяин и который, как им казалось, они от него получили.

– Наркотиками она тоже занимается?

– Да, они ей необходимы, чтобы заставить людей покориться ееволе. Кроме того, с их помощью можно истреблять слабых, тех, кто, по ее мнению,уже ни на что не годен, хотя когда-то подавал надежды. Сама она не принимаетнаркотики, у нее сильная воля, зато они – самое легкое и естественное средстводля истребления слабых.

– А как же сила? Одной пропагандой многого не добьешься.

– Ну конечно же нет. Пропаганда – это лишь первый этап,когда, кстати, огромное количество оружия доставляется в неразвитые страны, аоттуда – в другие места. Танки, пушки и ядерное оружие идет в Африку, в Южныеморя и Южную Америку. В ЮАР затеваются большие дела: молодых ребят и девушекобучают военному делу, там громадные склады оружия и отравляющих веществ…

– Кошмар! Откуда вы все это знаете, Рената?

– Кое-что слышала, а кое-что разузнавала сама.

– Но вы, вы и она?…

– Даже в самом тщательно продуманном проекте всегда найдетсякакое-нибудь уязвимое место. – Она внезапно рассмеялась. – Видите ли, когда-тоона была влюблена в моего дедушку. Глупейшая история. Он жил в этих местах, унего был замок в миле отсюда.

– Тоже гений?

– Вовсе нет, он был просто хорошим охотником, красивымраспутником и очень нравился женщинам. Так что поэтому она в некотором смысле –моя покровительница, а я – одна из ее новообращенных или рабынь! Я на нееработаю: ищу для нее людей и выполняю ее поручения в разных странах.

– Правда?

– Что вы хотите этим сказать?

– Да нет, ничего.

Он посмотрел на Ренату и снова вспомнил аэропорт. Онработает на Ренату и с Ренатой. Она привезла его в этот замок. Кто отдал ейэтот приказ? Большая, громадная Шарлотта в центре своей паутины? В определенныхдипломатических кругах он имел репутацию ненадежного человека. Возможно, он могбы быть полезен этим людям, но полезен в ничтожной мере и в довольнооскорбительном смысле. И он вдруг подумал, с множеством вопросительных знаков:«Рената??? Я рискнул ей помочь во Франкфуртском аэропорту, но я не ошибся, всепрошло нормально, и со мной ничего не случилось. И все-таки: кто она и чтособой представляет на самом деле? Я не знаю, я не могу ни в чем быть уверен. Внынешнее время вообще нельзя быть уверенным ни в ком, абсолютно ни в ком. Можетбыть, ей приказали меня добыть и вся эта франкфуртская история была умелоспланирована с учетом моей склонности к риску специально, чтобы я поверилРенате и стал ей доверять».

– Давайте снова пустим лошадей в галоп, они уже слишкомдолго идут шагом.

– Я не успел спросить: какова ваша роль во всем этом?

– Я выполняю приказы.

– Чьи?

– Всегда существует некая оппозиция. Есть люди, которыеподозревают о грядущих событиях и убеждены, что этого не должно случиться.

– И вы на их стороне?

– Да, я так говорю.

– Что вы имеете в виду, Рената?

– Я так говорю, – повторила она.

– А тот вчерашний юноша…

– Франц-Иосиф?

– Его так зовут?

– Это имя, под которым его знают.

– Но у него есть и другое, не так ли?

– Вы думаете?

– Но ведь он же и есть Юный Зигфрид?

– Вы таким его увидели? Вы поняли, что он играет именно этуроль?