Укради меня у судьбы - Карла Кэссиди

Шерри встала у входа в церковь, смутно осознавая, что та набита битком. Казалось, весь Армодейл собрался поглазеть на свадьбу шерифа.

Вдруг окажется, что она фригидна? Ужасная мысль пронзила иглой ее сознание. Что, если она останется холодна к ласкам Клинта и он решит, что сделал ужасную ошибку? Она тогда умрет. Просто свернется клубочком и умрет.

Церковный орган возносил к куполу знакомые звуки свадебного марша, а на глазах Шерри закипали слезы страха. Когда она начала свой путь по церковному проходу, пелена слез мешала разглядеть Клинта.

Он стоял на другом конце прохода, высокий и красивый, в черном смокинге. Подходя к нему, Шерри увидела его глаза. Они были полны любви. Страх, сжимавший сердце Шерри, моментально улетучился, его растворил свет, льющийся из глаз Клинта.

Когда Шерри приблизилась к нему, Клинт взял ее руку в свою. Шерри чувствовала, что ее ладонь холодна как лед, но она моментально согрелась в тепле его руки.

Клинт улыбнулся, и в этот миг Шерри поняла, что все будет прекрасно.

Церемония прошла словно в тумане. Они произнесли слова клятвы, обменялись кольцами, и легкий поцелуй скрепил их будущее. Все присутствующие неторопливо вышли из церкви и отправились в городской банкетный зал.

Внутри все было изукрашено гофрированной бумагой, а на длинном столе стояли сосуды с пуншем и трехъярусный свадебный торт.

На маленькой сцене собирался и сыгрывался оркестр. Рядом на столе было сервировано угощение для музыкантов.

Следующие тридцать минут Шерри и Клинт стояли у входных дверей, принимая поздравления и хитрые подмигивания друзей и соседей.

— А я уже говорил, что люблю тебя? — спросил Клинт, когда они наконец остались на минутку наедине.

Шерри улыбнулась ему.

— Возможно, но можешь повторить еще раз. Ты знаешь, как мне нравится слышать это.

Клинт притянул ее к себе.

— Я тебя люблю, — сказал он и прижался губами к ее губам. Этот поцелуй был полон огненной страсти и нетерпеливого ожидания грядущей ночи.

— Эй, хватит, — прервал их Энди. — Погодите начинать медовый месяц. Все ждут, когда вы станцуете свой первый танец.

Клинт улыбнулся Шерри:

— Миссис Грэм, могу ли я пригласить вас на этот танец?

Шерри охватила дрожь восторга, когда она услышала свое новое имя.

— С превеликим удовольствием, мистер Грэм, — ответила она.

Она вошла в кольцо его рук, и под восторженные крики толпы они задвигались под звуки мягкой мелодичной музыки. Скоро и другие пары закружились вокруг них, и Шерри с Клинтом перестали быть центром внимания.

— Ты так прекрасна, что у меня перехватывает дыхание, — прошептал Клинт. От его слов дыхание перехватило и у Шерри.

И следующий час они то танцевали, то угощали друг друга тортом. В общем, делали все, что положено на свадебной церемонии.

Шерри мило болтала с Мэнди и Кэтрин, когда рядом с нею возник Клинт.

— Давай удерем с этой вечеринки, — прошептал он ей на ухо.

Щеки женщины окрасила горячая волна румянца.

Мэнди захихикала.

— Конечно, бегите. Жених и невеста никогда не задерживаются на собственной свадьбе, — подзадорила она, заслужив благодарную улыбку Клинта.

Он подхватил Шерри под локоть и повел к дверям.

— Может, надо попрощаться? Поблагодарить всех? — спросила Шерри.

— Нет уж, ускользнем потихоньку. Пусть веселятся без нас.

Клинт за руку вытянул Шерри на улицу и повел к машине. Они оба резко остановились и засмеялись, увидев жестяные банки, привязанные к бамперу. На боковых дверцах и лобовом стекле было выведено белой краской: «Молодожены».

Энди заканчивал привязывать к антенне большой белый бант. Он усмехнулся, увидев их приближение.

— Что, голубки, решили сбежать?

— Ты закончил издеваться над моей машиной? — усмехнулся Клинт своему заместителю.

Энди расправил бант и кивнул.

— Да, пожалуй. И не волнуйтесь ни о чем, пока будете проводить медовый месяц. — Он вздохнул и расправил плечи. — Я позабочусь об этом городе следующие три дня.

Клинт хлопнул Энди по спине.

— Я бы не взял три дня выходных, если бы не был совершенно уверен в тебе.

При этих словах шефа улыбка осветила черты Энди.

Клинт помог Шерри устроиться на пассажирском сиденье и, распрощавшись с Энди, сел за руль. Когда он завел двигатель, Шерри вдруг снова охватили тревожные мысли.

— Куда мы едем? — спросила она, когда машина отъехала от церкви. Клинт сказал, что в брачную ночь они поедут в особенное место, но не сказал, куда именно. Каждый раз, когда Шерри спрашивала об этом, его глаза загадочно вспыхивали и Клинт отвечал, что это тайна.

Он и сейчас улыбнулся, но не ответил. Вместо этого протянул руку и накрыл ладонь Шерри. Она опустила взгляд — ее безымянный палец был украшен бриллиантовым обручальным кольцом. Бриллианты сверкали и переливались в свете проносившихся мимо фонарей.

— Ты счастлива? — спросил Клинт.

Шерри кивнула:

— Это похоже на сон. — Она секунду поколебалась, потом спросила: — Ты очень огорчен?

Шерри настояла, чтобы на свадьбу были приглашены приемные родители Клинта, но они не ответили на приглашение и не появились на торжестве.

— Огорчен? — переспросил он. — А, ты имеешь в виду Роберта и Мэри? Нет, я не огорчен, что они не приехали, и не удивлен этим. — Он сжал руку Шерри, потом отпустил ее. — Может, они были хорошими родителями в их понимании. Простить их я еще могу, но вряд ли найду им местечко в нашей жизни.

Шерри слышала спокойствие в голосе Клинта и поняла, что за последние три недели в его сердце начали заживать раны, нанесенные прошлым.

Она в изумлении подняла глаза, когда они подъехали к его дому. Клинт выключил двигатель, расстегнул ремень безопасности и повернулся к Шерри.

— Надеюсь, ты не представляла в мечтах номер какого-нибудь фешенебельного отеля для первой брачной ночи. — Он снова взял ее за руку. — Я хотел, чтобы наша супружеская жизнь началась в этом доме, на моей постели, где столько раз бессонными ночами ты являлась мне.

Слезы мгновенно наполнили глаза Шерри, ее захлестнула волна любви к этому мужчине, наполнила ее чувством завершенности происходящего.

— Я люблю тебя.

Его глаза вспыхнули.

— Войдем в дом, и ты покажешь мне, насколько.

Двадцатью минутами позже Шерри уже стояла перед зеркалом в ванной, разглядывая свое отражение и борясь со страхом, что Клинт обнаружит в ней неподходящую любовницу.

На ней была белая шелковая сорочка, которая мало что прикрывала. Щеки Шерри были окрашены румянцем. Глаза казались огромными от волнения.