Изумрудные ночи - Вирджиния Браун

На следующее утро Бетани была так занята, что у нее, к счастью, не было времени подумать о Трейсе и о своем отношении к нему. Солнце еще не взошло, и было довольно прохладно. Дрожа от холода, Бетани помогла отцу навьючить мулов и собрала свой нехитрый багаж.

— Рад, что ты умеешь путешествовать налегке, — бросил Трейс, проходя мимо, но она не нашлась, что ему ответить.

Ночь была беспокойной, и Бетани совершенно не выспалась. Она кивнула Спенсеру Бентуорту, отбывавшему в Ла-Пас и, подавляя зевоту, тепло распрощалась с синьором Бертолли, не забыв вежливо поблагодарить его за гостеприимство. После этого она присоединилась к остальным участникам экспедиции. Их группа пополнилась двумя перуанскими офицерами, которым власти доверили представлять интересы страны. Молодые мужчины не выражали особой радости и, потирая заспанные глаза, стояли в группе индейцев-носильщиков.

Когда караван покинул Куско, у Бетани наконец появилась возможность спокойно подумать о странных словах синьора Бертолли, которые он сказал ей на прощание.

— Что означали его слова: «Все зависит от твоей осторожности»? — бормотала она себе под нос, раскачиваясь в такт движениям мула. — Разве не проводник должен искать для нас безопасный путь? И почему он сказал это так тихо, словно боялся, что его слова будут услышаны другими?

Утренняя прохлада и мерная поступь мула скоро укачали Бетани. Дорога была едва различима в густом тумане. Хорошо, что Трейс знает, куда ехать, с облегчением подумала Бетани, потому что сама она наверняка не нашла бы дорогу из города.

Когда взошло солнце и туман рассеялся, они уже подъезжали к холмам у подножия Анд, высокие пики которых скрывались в плотных облаках. Почти вертикально вверх поднималась узкая каменистая тропа. В какой-то момент Бетани случайно посмотрела вниз и похолодела от страха, увидев, что едет вдоль крутого обрыва. Она твердо решила смотреть только перед собой, чтобы страх высоты не сковывал ее движений.

С замиранием сердца, прислушиваясь к грохоту камней, срывающихся вниз из-под копыт ее мула, Бетани еще крепче ухватилась за поводья. Первые лучи солнца были не в состоянии высушить влажные пряди волос, прилипшие к лицу, но она давно перестала обращать на них внимание. Когда была объявлена остановка, она сползла с седла и буквально рухнула на нагретый солнцем плоский камень.

— Мы уже близко? — с надеждой спросила она у Трейса. — Я хочу сказать, далеко ли еще до того места, где ты хотел остановиться на ночь?

— Уже готова сдаться? — Он вопросительно поднял одну бровь. — Мне казалось, ты говорила, что…

— Я просто спросила, — перебила она, — сколько нам осталось до лагеря, о котором ты рассказывал! Я не собираюсь сдаваться. Неужели нельзя проявить простое любопытство?

Бетани тут же осеклась и густо покраснела. Подумал ли Трейс о том же, о чем подумала она, говоря о любопытстве? Судя по его ухмылке, он подумал именно об этом.

— Ах да, любопытство. Вижу, мисс Брейсфилд, у вас это качество развито отлично.

— Достаточно, мистер Тейлор. Я не намерена позволять вам разговаривать со мной подобным образом.

— И что вы будете делать? — Ситуация его явно забавляла.

— Я пойду погуляю.

— Вы не можете.

Бетани вскочила с камня и упрямо вздернула подбородок.

— Простите, но, по-моему, я могу делать то, что хочу, не спрашивая вашего разрешения!

— Это не городской парк. Здесь опасно гулять одной. — Голос Трейса звучал спокойно, но в глазах засверкали недобрые искры. — Я не собираюсь отвечать за вас.

— Вы и не должны этого делать! — с сарказмом ответила она.

— Понятно.

— Очень хорошо.

Бетани наслаждалась радостью первой победы над Трейсом Тейлором, и на ее лице появилась торжествующая улыбка. Трейс заметил это, и его гнев мгновенно улетучился. Итак, она считает, что победила? Что ж, возможно, так оно и есть. Но выиграть одну битву не значит выиграть всю войну. Трейс смотрел, как она уходит, гордо подняв голову. Солнечные блики искрились в ее волосах, а стройные ноги, обтянутые тонкой тканью брюк, осторожно раздвигали высокую траву. Его глаза недобро сузились, когда он понял, что вид соблазнительно покачивающихся бедер привлекает не только его внимание: Броуди и Рейган смотрели на Бетани во все глаза. Они были единственными, кто осмелился делать это открыто. Трейс медленно подошел к Броуди и Рейгану.

— Ну что, парни, увидели что-то интересное? — спросил он.

Его правая рука лежала на рукоятке пистолета, а взгляд не сулил ничего хорошего.

Рейган, невысокий темноволосый мужчина, сразу же замотал головой:

— Не-а. Я никуда не смотрел, Тейлор.

Трейс перевел взгляд на Броуди. Тот рассмеялся и сказал:

— Если я куда-то и смотрел, то кому, какое дело, а? Тебя должна интересовать не девчонка, а дела Бентуорта, — Он пожевал длинную травинку и усмехнулся. — Хотя, может быть, ты и забыл, что девчонка — не твоя забота.

— А ты, наверное, забыл, что недостаточно быстр, чтобы так говорить со мной. — Трейс расслабленно опустил руки и шагнул вперед. — Это было не слишком умно с твоей стороны.

Впервые с начала путешествия Трейс почувствовал неуемное желание подраться. Ему была необходима физическая разрядка, что-то, что помогло бы отвлечься от мыслей о Бетани.

Броуди немного отступил назад и внимательно посмотрел на Трейса. Однако здравый смысл взял верх, и мужчина покачал головой: Тейлор действительно был слишком быстр, а его молниеносный удар мог оказаться смертельным.

— Я достаточно умен, чтобы не вмешиваться в твои дела, Тейлор, — процедил он. — Но мне кажется, ты тоже не слишком умно поступаешь, положив на нее глаз. А за нас с Рейганом не беспокойся. Работы у нас будет много, путешествие предстоит долгое. Одно радует — Бентуорт обещал хорошо заплатить.