Последняя жертва - Эвелина Баш

– По какому поводу праздник? – поинтересовался Марк, впуская Акселя внутрь.

– Я продал «Единорога».

– Торговля мифическими животными вообще законна? – Марк порылся в ящике, отыскивая свой одеколон.

– Я про картину.

Аксель покрутился перед зеркалом и пригладил, а потом растрепал волосы.

– В смысле эту мазню, которую ты рисовал у меня на кухне?

Одеколон нашёлся в ящике с носками. Марк оттопырил воротник футболки и пшикнул два раза, потом подумал и пшикнул ещё раз, но уже на пиджак.

– Вообще-то один ценитель современного искусства заплатил мне за неё пятьсот евро, – Аксель стряхнул с плеча несуществующую пылинку и уселся на край кровати, но тут же понял, что сел на что-то.

– Пятьсот евро? – громким шёпотом повторил Марк. – Ничего себе! Да твой парень псих.

– Пока есть такие психи, я не пропаду, – усмехнулся Аксель, доставая планшет.

– Ага, благодаря психам мы оба не пропадём. Представляешь, какой-то псих снёс девке башку катаной, – Марк посмотрел через зеркало на отражение Акселя.

– Симпатичная девка-то хоть была? – спросил тот, словно они говорили не об убийстве.

– Да так себе, – поморщился Марк. – Ну что, пошли? – недовольно бросил он, заметив, как Аксель разблокировал экран и с интересом уткнулся в планшет.

– Ты решил найти себе спутницу жизни? – хихикнул он, листая страницы.

– Изучаю социальную жизнь наших жертв, – Марк отобрал планшет у Акселя и сунул его на полку между футболками и свитерами.

– Ну и как? – спросил Аксель, поднимаясь с кровати.

– Лучше быть социопатом, чем тратить своё время на всё это, – Марк закрыл двери шкафа. – Ну что, как обычно, к Фредди?

– Не, – поморщился Аксель, – пошли в клуб. Хочу танцевать.

Марк почесал затылок.

– Ну ладно, – словно бы нехотя согласился он. – Тут как раз неподалёку есть один клуб.

* * *

– К чему все эти притворства? – продолжая начатый ещё по дороге разговор, Марк уселся на стул за барной стойкой и махнул бармену. – Большая часть из них отсеивается через пару месяцев со всем своим сочувствием и заботой. Виски, безо льда, пожалуйста.

Аксель прислонился спиной к барной стойке и, положив на неё локти, стал разглядывать толпу, ритмично двигавшуюся под «хаус».

– Ну ладно, с роднёй можно не общаться, – сказал он. – А как же друзья? Их тоже получается не стоит заводить?

– А зачем они нужны? – Марк взял придвинутый ему стакан с виски двумя руками. – А? – спросил он, заметив, что Аксель не собирается отвечать.

Тот повернул голову и перестал пританцовывать.

– Я думал, это риторический вопрос.

– Нет, но вот сколько у тебя друзей?

Аксель запрокинул голову назад и посмотрел на ровные ряды бокалов, висевшие над стойкой.

– Ну человек двести, – прикинул он.

– На «Фейсбуке»? – усмехнулся Марк.

– Нет, там у меня человек пятьсот.

– А сколько настоящих друзей? Таких, на которых ты можешь положиться? Которые, ты знаешь, всегда тебя поддержат?

– Да и таких достаточно.

– Тогда чего же ты со мной всё время тусуешься?

– Да потому что ты мой самый близкий друг, – Аксель хлопнул Марка по плечу и наклонился к самому уху, – ближе тебя у меня никого нет, бро.

Марк осушил залпом стакан, и сделал сигнал бармену, чтобы тот повторил.

– Не бывает искренней и бескорыстной дружбы, им всегда от тебя что-то надо, – сказал он.

– Не суди по себе, – улыбнулся Аксель и подмигнул кому-то в толпе.

Бармен подал новый стакан.

– А я не сужу, это жизненный опыт. Да и знаешь, без друзей неплохо. Когда ты один, никогда не чувствуешь себя лишним…

– Эй, мужик, ты с кем разговариваешь? – какой-то здоровяк заглянул ему в лицо.

– Что? – Марк вздрогнул и огляделся по сторонам.

Аксель уже зажигал на танцполе с какой-то рыжей красоткой. Марк выпил второй стакан и слез с высокого стула.

– Всё в порядке… бро, – сказал он здоровяку и усмехнулся. – Всё в порядке, – повторил он и шагнул в танцующую толпу.