Всегда будешь ты - Юлия Николаева

– Готово.

Я приподнялась, и мы оказались слишком близко друг к другу. Наши взгляды встретились, и я сразу вспомнила, сколько раз мы с ним находились вот так рядом, только занятия были совсем иного рода. Его глаза начали менять выражение на хорошо мне знакомое. Марк наклонился к моим губам, но в последний момент я отвернулась, поняв, что не выдержу этого. Он опустил глаза и, усмехнувшись, отстранился. Достал сигарету, закурил, стоя напротив. Я вытащила ее у него из рук и затянулась.

– Ты же знаешь, я этого не люблю.

Я промолчала, Марк достал новую сигарету и закурил, вставая рядом и опираясь на стол.

– Скажи-ка, – обратился ко мне, и в голосе появились насмешливые интонации, – чего это Миронов так рвется тебя спасать? – Я удивленно уставилась на него, но тут же отвела взгляд, не в силах выдержать. – Его парень метит тебе в ноги, а Миронов выбивает пистолет у него из рук. Вы, случаем, не сговорились?

Я слезла со стола, затушив окурок, надела футболку Марка, валяющуюся на кресле. На ней был его запах, такой родной, такой забытый. Главное, не сходить с ума. Я залезла с ногами в кресло.

– А к Глебу зачем сунулась? – продолжил Марк, – ты вообще головой думала, насколько это опасно для тебя?

– А ты зачем сунулся? У меня не было выбора, Женька заставил.

– Миронов? – нахмурился Марк, – он знает?

– Нет, – я сразу поняла, о чем он, – ни он, ни Глеб.

– Значит, парень тебя не узнал?

– Он ни разу не видел мою фотографию. После смерти отца Глеб явно съехал головой, потому что проклял весь женский род со мной во главе.

– Он лежал в психушке, – кивнул Марк, – выглядела она, конечно, как санаторий, но названия это не меняет.

– Это ты надоумил его приехать сюда?

Он усмехнулся и некоторое время молчал.

– Да, – сказал после, – я приглядывал за ним. Когда ты заселилась в гостиницу, так и понял, что из-за него. Естественно, он не удержался и все тебе разболтал. Смотрел в твои глазки и глупел. Впрочем, я сразу понял, что так будет. А вот ты меня удивила. Что за приступ милосердия?

– Ты не хуже моего знаешь, Женька бы ему этого не простил, значит, его бы убили.

– А тебе что за дело? Замаливаешь грехи за почившего отца? – Я сцепила зубы, он вздохнул. – Ладно, извини. Такого поворота никто не ожидал, ты воспользовалась общей растерянностью и сбежала.

– А они?

– А что они? Кинулись следом, нашли Миронова у выхода без сознания, попытались тебя догнать, но ты как в воду канула. Кстати, я тоже умудрился тебя прошляпить. Отличная подготовка.

Я посмотрела на него: Марк был тем, кто научил меня всему этому. Правда, практиковаться в реальной жизни мне пришлось впервые.

– Что? – хмыкнул он на мой взгляд, – имею право гордиться. Ты вырубила двух охранников, увела целый чемодан наркоты на глазах у десятка бандитов, после чего умудрилась сбежать, при этом, заметь, ни одного выстрела не прозвучало.

– Как же меня нашли?

– Случайность. Я решил, что выгодней сесть на хвост Миронову, раз уж вы оба обитаете здесь, а Глеб приезжий. Оказалось, не зря. Ребята упорно мотались по городу в поисках тебя… Кстати, этот сорокалетний невротик – твой нынешний ухажер? Интересный выбор.

– Тебя это не касается.

– Согласен. В конечном итоге ребята заехали в какой-то частный дом в пригороде, после чего довольно уверенно двинули обратно. Я почувствовал: что-то нашли. Приехали мы к тому дому, где тебя и выловили. Я пристроился в уголке, смотрю, Миронов тоже подтянулся, значит, точно ты рядом. Тут и ты сама объявилась с криками про Антона. Что за Антон?

– Я устроилась на работу на завод, еще когда помогала Кате искать тебя. Антон был моим начальником, вот я и рискнула, решив, что выйти на него практически невозможно.

– И как на него вышли?

– Думаю, нашли пропуск на завод в том доме. В пропуске мои данные и название фирмы.

– А в доме ты как оказалась?

– Меня там прятал один из Женькиных ребят, Олег, его ты запер в комнате на заводе. Женька на меня сильно осерчал, вот Олег и помог мне.

– Чем ты успела Миронову не угодить?

Я вздохнула.

– Может, я просто расскажу все с самого начала? Так мы можем долго брести.

– Валяй, – кивнул он. Подумав, я рассказала всю историю, оставив за кадром только историю стрелка, с которой все, собственно, началось, а также историю про письмо, полученное Антоном. Об их связи с Лешей тоже не упомянула, как и о судьбе украденного чемодана. Когда я закончила, Марк только головой покачал.

– Ну и вляпалась же ты, – сказал мне.

– И все из-за кого.

– Не из-за кого, а из-за чего. Из-за глупости. Обязательно надо всех спасать? Вот помогла ты Кате, и что? Она бросила тебя на заводе, хотя было очевидно, что ты можешь распрощаться там с жизнью.

– Где она, кстати?

– В безопасном месте.

– Ты ее любишь? – спросила я вдруг, сама того не ожидая. Какая мне разница, любит или нет? Меня он никогда не любил, только использовал. Легче от ответа мне явно не станет. Марк ничего не ответил, и я зачем-то продолжила. Как будто хотела сделать себе больнее, выбить болью все чувства из своего сердца, – она похожа на меня.

– Серьезно? – скривился он все-таки, – я и не заметил. Давай без лирических отступлений. Значит, Мироновские ребята нашли пропуск, пробили фирму и решили навестить твоего начальника. В итоге, тебя взяли, а где был чемодан?

– Я его спрятала.

– Молодец. Так где он? – я промолчала, а Марк посмеялся, – детка, мне нужен чемодан.

– Тебе, что, денег мало, Марк? – не выдержала я, и он на мгновенье изменил выражение глаз, услышав свое имя. Хотя было ли оно его когда-нибудь? Сейчас он зовется Мишей, тогда назвался Марком, почему нет? – Я думала, ты уедешь в теплые края и…

Он перебил меня, снова рассмеявшись:

– А я и уехал. Только не представляешь, как там оказалось скучно. Через год я просто не знал, куда себя деть, переезжал с места на место, чтобы хоть как-то развлечься. Но везде все одно и то же. Два года назад встретил знакомого, он предложил вписаться в кое-какие нефтяные дела в Тюмени. Я подумал, Тюмень далеко, почему бы и не развлечься.

– Развлекся?

– В целом, да. Денег у меня немало, так что дела были, скорее, для души. Потом встретил Катю.

Он на какое-то время замолк, словно вспоминая что-то. Я тоже молчала, каждое слово о Кате отзывалось в голове странным эхом, словно я досматривала старый фильм с новыми актерами, очень жалея, что на их месте не я.

– Даже не представляешь, что со мной было, когда я увидел ее впервые, – сказал вдруг Марк, и я замерла, – совсем одурел, на мгновенье поверил, что это ты. Была зима, она шла по городу, волосы распущены, улыбка на лице… Мне очень захотелось поверить в то, что это ты. Что ты каким-то чудом осталось жива, сбежала, и теперь мы встретились… Но она приблизилась, и все встало на свои места. Катя была очень на тебя похожа, но все-таки это была не ты. Не знаю, почему, но в тот раз я ее проводил, узнал адрес, имя, собрал о ней данные. Девчонка оказалась сиротой, выросла в детдоме. Со странным упорством я стал копаться в ее истории, словно надеялся на что-то, хотя все уже было понятно. Ей всего двадцать, и, несмотря на внешнее сходство, вы слишком разные. Но я потратил какое-то время на поиски ее возможной семьи, и мне повезло. Мать ее умерла при родах, а вот отец… Им оказался не кто иной, как уважаемый в этом городе Миронов Станислав Игоревич.