Пока ты не спишь - Мишель Бюсси

– Кто тебе это сказал, родной? Кто вбил в голову такую глупость?

– Секрет!

Аманде хотелось закричать в голос, но она наклонилась и прошептала:

– Разве ты не понимаешь, как маме грустно из-за твоих секретов?

Вопрос был риторический. Аманда крепко обняла Малона, вдохнула сладкий запах его волос. Мальчик первым нарушил молчание:

– Не хочу, чтобы ты грустила, Мама-да. Я… я тебя люблю… Сильно-сильно!

– Так пообещай, что перестанешь говорить, будто я не твоя мама. Договорились?

– Даже если я так думаю?

– Да! Не переживай, котенок, глупые мысли исчезнут, как микробы, из-за которых мы болеем, как сыпь во время ветрянки.

Малон высвободился из объятий Аманды и горестно воскликнул:

– Не хочу, чтобы они исчезали, Мама-да! Я должен помнить. Всегда.

На сей раз Аманда не смогла сдержать слез. Она уткнулась лицом в подушку сына, судорожно вздохнула, обняла его еще крепче и прошептала на ухо:

– Не говори так, дорогой. Не нужно, прошу тебя! Кончится тем, что они тебе поверят и разлучат нас, понимаешь? Ты ведь этого не хочешь?

– Нет, Мама-да! Я хочу оставаться с тобой…

– Я тоже! – Аманда всхлипнула. Ей было так страшно, что она никак не могла отпустить сына, и следующие три секунды стали, возможно, самыми сладкими в ее жизни. Ощущение тепла, вкус высохших слез, детская комната оказались вне времени и пространства. Ей казалось, что счастье пребудет с ними вечно. Казалось – пока Малон не закончил фразу:

– …пока не вернется мама и не заберет меня.

23

Сегодня в банке тип, стоявший передо мной в очереди к окошку, депонировал чек на 127 000 евро.

Желание убить

Я закадрю его вдову.

Не нравится: 98

Нравится: 459

www.jelanie-ubit.com

Тишину комиссариата нарушила музыкальная отбивка: 17:00. Почти все сотрудники каждый час на минуту отвлекались от своих дел, чтобы послушать новости по радио.

Ведущий больше не упоминал о побеге Тимо Солера после провалившегося захвата в порту Гавра. С раннего утра журналисты местных радиостанций названивали в комиссариат, надеясь узнать что-нибудь новенькое. Один из них даже провел два часа на ступеньках лестницы.

«Никаких деталей сообщить не могу…» – отвечала Марианна. Не из вредности, хотя назойливому репортеру пригрозила проколоть шины скутера, после чего он поспешно ретировался.

Ничего нового! Действительно ничего.

Лейтенант Лешевалье надел куртку:

– Уже пять. Я ухожу…

Марианна кивнула:

– Ладно, давай… а то из-за пробок можешь не успеть к «Вопросам для чемпиона»^[38].

– Так и так не успею… – Ж. Б. помахал листком, исписанным женским почерком: – По дороге придется заскочить в «Мон-Гайар» – купить все, что велено.

– Разумно, – похвалил Дед, оторвавшись от компьютера. – Если объявится Солер, можем на неделю засесть в засаду.

– Слушайся Деда, Ж. Б., он наш гуру, – сказала Марианна. – Затарь холодильник, чтобы твое маленькое семейство не погибло голодной смертью.

– И воспользуйся «окном для стрельбы», если мамочка будет настроена, – пошутил Дед. – Помнится, в девяносто пятом, когда сбежал Халед Келькаль^[39], мы караулили его одиннадцать ночей подряд…

Ж. Б. вышел в коридор, не снизойдя до ответа.

– Упреждение, вот что важно! – крикнул ему в спину Дед. – Я называл это «предупредительным огнем», когда жил с последней бывшей женой…

Лейтенант Лешевалье не сдержал улыбки.

– У вас есть мой номер – на случай, если дело сдвинется. Но если хотите знать мое мнение…

Он не дал себе труда закончить фразу, и Марианна его не осудила. По большому счету, Ж. Б. прав. Незачем весь вечер торчать без дела в комиссариате, читая и перечитывая отчеты. Алексиса Зерду водили весь день – от бакалеи на улице дю Ок до дома на улице Мишле с заходом в дилерский салон «Форда», бар «Адмирал Нельсон» и тренажерный зал «Физик Форм».

Результат нулевой.

Агент Бурден несколько раз звонил Марианне, чтобы получить инструкции, и не скрывал усталости и разочарования:

– Зерда не прячется! Выставляет напоказ свою спокойную жизнь, ну просто Де Ниро на пенсии^[40]. Он либо чист, как первый снег, либо издевается над нами.

Именно что издевается! Майор Огресс не верила в совпадения и не думала, что Алексис Зерда случайно посетил аптеку в квартале де Неж на следующий день после неудавшегося захвата Тимо Солера. Нет, он не просто так купил лекарства и средства для обработки раны, а через несколько минут таинственным образом избавился от пакета в бакалейной лавке.

Зерда – четвертый налетчик. Он защищает Тимо Солера. Остается его прижать!

– Продолжай следить! – приказала она Бурдену. – В конце концов он выведет нас на Солера, иначе тот сдохнет в норе, где затаился. – Она смягчила тон и закончила: – Будь осторожен, Бурден. Не рискуй понапрасну. Тимо Солер – попавший в переплет бедолага, а Зерда – опасный псих. Убийца полицейских. Убийца…

Все звонившие в прямой эфир говорили только о кризисе. Логистическая компания «Атлантик LOG», где работало сто пятьдесят семь человек, объявила себя банкротом. Безработным ведущий давал секунд по десять, и они извергали на систему потоки ненависти. Те, кому повезло больше, тоже высказывали недовольство: «Почему мы должны кого-то содержать на наши налоги?!» У каждого своя революция…

Дед не очень-то вслушивался в горькие монологи неудачников. Он разложил на столе цветные фотографии похищенных в Довиле предметов – диадему от Piaget, очечник от Lucrin и еще несколько десятков роскошных вещиц.

Ну просто набор маленькой принцессы! Когда дело будет закрыто, он, пожалуй, отошлет эти картинки своей внучке Эмме. А сейчас передвигал их, придумывая авангардистское дефиле для воображаемых мужчины и женщины.