День без любви - Анна Данилова

Утром Женя нашла Джаида в кухне. Он, бледный, в черном домашнем халате, сидел за столом и пил чай.

– Вы не удивляйтесь, это мой халат. Я всегда надевал его, когда оставался здесь. У Биртана был синий, а у меня вот этот, черный, с белыми полоскими на рукавах. Ирина знала, когда вешать в ванную черный, а когда – синий. Она никогда не ошибалась. Хотя она ошиблась в главном.

– Что вы имеете в виду? – Женя присела рядом, и Джаид налил ей чаю.

– Если бы она вышла замуж за меня и мы жили бы с ней в Кемере, скажем, или Анталии, она не погибла бы. Это же ясно.

– Вы плохо выглядите.

– Мне сон приснился. Дурной. Бассейн, полный мертвых рыб. И так страшно стало, так жутко! Помнится, прежде мне во сне бывало страшно лишь в детстве. Думаю, я так разволновался, что у меня сердце прихватило. Хотя, может, это и не сердце. Вообще-то я здоровый, у меня редко когда что болит. Только вот сейчас болит – душа. Я чувствую, понимаете, чувствую, что больше никогда не увижу своего сына!

– Джаид, что вы такое говорите?! Так нельзя. Разве вы не знаете, что слова – материальны?

– Мне, если честно, сейчас не до философии. Мне холодно, Женя. Как бывает холодно человеку, который остался совершенно один.

– Предлагаю не тратить попусту время и начать действовать. Сначала нам надо узнать, где Николай. Попытаться расспросить его об Ирине, может, он что-то знает.

– Следует проверить его алиби. Выяснить, нет ли у него знакомых таксистов. Я должен, понимаете, должен найти этого мерзавца! Я удушу его этими вот руками! – И он крепко сжал свои большие белые кулаки.

– А мне, если признаться, кажется, что это происходит не со мной. Никак не могу привыкнуть к мысли, что я не дома, не в Москве, и что Ирины больше нет. Все знаю, все понимаю, но все равно как-то странно это… неожиданно. Был человек – и нет его.

– Мне надо найти Биртана. Или живого, или мертвого. Я вот сказал, что мне приснился бассейн. Но он был расположен в саду этого дома, понимаете? В самом центре. И бассейн этот – с каменными бортиками, и вода в нем холодная, и рыбы, говорю же, мертвые, плавают животами вверх. И ветер; деревья черные, шумят. И Биртана нет в саду, хотя я чувствую, что он где-то рядом, ждет меня, хочет, чтобы я его нашел.

– Джаид, у меня от ваших слов мороз по коже!

– Да как вы не понимаете, Женечка, что смерть Ирины может быть напрямую связана со смертью моего сына? Ведь его нет. Я понимаю, у вас погибла сестра, вы переживаете, места себе не находите, задаете себе сотни вопросов, связанных с ее внезапной смертью. А у меня вопросов еще больше, ведь, помимо того, что погибла женщина, которую я так любил, исчез и мой сын. И ведь его не было на похоронах! О смерти Ирины я узнал от Эмина, которому поручил найти моего сына. Если бы не он, я бы и не знал. Хотя узнал бы, конечно, когда сам приехал бы сюда.

– Я вот слушаю вас, Джаид, и ушам своим не верю. Вас послушать, так моя сестра принимала вас с вашим сыном словно по расписанию, халаты вешала в зависимости от того, кого она ждала. А вам разве не приходило в голову, что рано или поздно эта запутанная и опасная своими последствиями любовная история, интрига, лабиринт предательств когда-нибудь зайдут в тупик и что Биртан узнает о том, что его невеста является любовницей его же собственного отца? А что, если это он подстроил смерть своей невесты, которая обманывала его, а сам скрылся? На мой взгляд, это самая реальная и правдоподобная версия. Ведь убийца – не грабитель, в доме ничего не пропало. Разве что сам Биртан…

– Да, я тоже думал об этом. Но мой сын слишком любил Ирину, чтобы подстроить, говоря вашими словами, ее смерть. Она была для него всем, понимаете? Она бы простила его.

– Это вы, вы виноваты во всем, – внезапно воскликнула Женя. – Вы – опытный и неглупый человек. Вы должны были знать, что рано или поздно все закончится и ваш сын поймет, как долго и вы, и Ирина водили его за нос!

Она много чего еще сказала, вывалив на голову Джаида все, что думала и чувствовала.

– Знаете, – призналась она вдруг, забыв о том, о чем говорила и устав от обвинений, – во мне поселилось одиночество. И мне так же, как и вам, холодно. Только ваш сын жив, его-то кто мог убить и за что? Думаю, все дело в нем самом. И вы обманываетесь на его счет исключительно из-за того, что сами чувствуете – он причастен к смерти Ирины.

– Извините, я не хочу с вами ссориться, – мягко, но с трудом сдерживаясь, проговорил Джаид и поднялся со своего места. – Я отлично понимаю, что рассказал вам много лишнего, вся эта запутанная история не для ваших нежных ушей. Но это – жизнь.

– Джаид, подождите!

Но он вышел из кухни. Есть совсем не хотелось. Женя убрала в холодильник сыр и масло. Посмотрела в окно. Был солнечный майский день. Огромное черешневое дерево, росшее прямо под окном кухни, побелело от обилия нежных бутонов, которые должны были вот-вот распуститься.

Телефонный звонок заставил ее вздрогнуть. Кто бы это мог быть? А что, если этот Биртан? Объявился. Узнал, что отец здесь, и решил позвонить?

Она взяла трубку и услышала взволнованный голос Наташи.

– Женя, это я! Румяна… Соседи разволновались, что ее долго нету. Это было неестественно. Я тоже голову сломала, где она может быть, куда подевалась? Женя, ее нашли в квартире! Понимаешь? Она умерла! Ее убили! Просто удушили. Причем давно. Господи, да что же это такое? Ты можешь подойти в «Контессу» через два часа? Надо поговорить. Понимаешь, у нее был один тип, я-то с ним не была знакома, никогда его не видела. Словом, Румяна жила с каким-то бандитом! Она и боялась его, и вроде бы любила. Он часто приводил к ней домой своих друзей, они могли несколько дней целой компанией жить в ее квартире, есть, спать, пить. Думаю, она не знала, чем они занимаются, откуда берут деньги на рестораны, дорогие машины. А я так думаю, что это бандит! И вообще это не телефонный разговор.