Моя шоколадная беби - Ольга Степнова

Сытов почувствовал, как затылок под шляпой сначала вспотел, потом зачесался, затем неожиданно заболел. В голову полез креатив о целебных свойствах рогов молодого оленя.

– Кит, что за вид?! Откуда сомбреро?! – в Ликином голосе появились скандальные нотки, и если немедленно не взять инициативу в свои руки, то мигом можно оказаться во всём виноватым.

Сытов шагнул к кровати и сдёрнул чёрное одеяло. Бледный юноша уставился на него голубыми глазами. Сытов внимательно, изучающее его порассматривал: бицепсы, трицепсы, пресс, лёгкий загар, и возраст… тот самый, когда кажется, что всё уже в жизни познал. Само собой, на парне ничего не было, кроме лёгкой поросли на груди.

Сытов схватил пацана за горло и начал душить. Пацан засучил ногами и захрипел.

– Кит! – заорала Лика. – Кит, это вовсе не то, что ты подумал!

– Да? А что я подумал? – Сытов невольно ослабил хватку. Пацан вывернулся и побежал к двери. Сытов перехватил его за плечи и швырнул на туалетный столик. Грохот раздался страшный, потому что ничто в доме не было так укомплектовано звенящими и бьющимися мелочами, как Ликин туалетный столик. Юноша спиной протаранил батарею духов, кремов, помад, и впечатался в трельяж, створки которого немедленно сложились. Зеркало пошло трещинами, но не посыпалось.

– Это мой массажист! – завизжала Лика.

– Отлично! – воскликнул Сытов и ударил юношу в челюсть. Он вдруг почувствовал кураж и веселье. Просто отлично, что всё так сложилось, просто отлично, что в его спальне нашёлся такой замечательный мальчик для битья. Он ему сейчас и за отпуск, и за генерального, и за девку, которой с ним скучно, и за темнокожую бабу, которая с норовом и которая так похожа на Катьку, но не Катька…

Парню вдруг надоело быть жертвой, и он довольно ощутимо лягнул Сытова между ног. Сытов согнулся, но устоял. От весёлого бешенства почему-то стало кисло во рту. Он сорвал с себя шляпу, поймал ею физиономию парня и начал давить её с таким остервенением, словно пытался отправить на тот свет не конкретно этого юношу, а все свои неудачи.

– Кит! – заорала Лика, выхватила из огромной вазы букет роз и выплеснула на Сытова вонючую осклизлую воду. От неожиданности Сытов юношу отпустил, и тот ринулся в коридор. Сытов успел ногой достать его голый зад.

Парень благополучно нашёл входную дверь, без проблем справился с замком и выскочил на площадку. Сытов сгрёб какие-то шмотки с кресла, догнал парня и швырнул ему вещи в спину.

– Оденься, сынок!

– Спасибо, папа! – огрызнулся юнец, на лету схватил тряпки и, прикрываясь ими, сиганул вниз по лестнице.

– Ты отдал ему мой комбидрес и чулки, – плаксиво сообщила Сытову жена, когда он вернулся.

Сытов пошёл в ванную и тщательно вымыл руки. Пиджак был мокрый и вонял цветочной водой. Сытов вдруг полностью разделся и залез под душ. Решение было спонтанным и удивило его самого.

– Кит, ты можешь мне не поверить, но это, и правда, был массажист. – В ванную зашла Лика. Она наконец накинула на себя короткий халатик, а на голову зачем-то водрузила Сытовскую многострадальную шляпу.

– Верю, – апатично сказал Сытов, подставляя душу лицо. Сильные струи молотили его по щекам, приводили в сознание.

– Ты так говоришь, будто тебе всё равно, – вздёрнулась Лика.

– Когда всё равно, морду объекту не бьют.

– У меня сложилось впечатление, что ты избил его не из-за меня, а… из-за себя. Что он просто попался тебе под руку. У тебя проблемы?

– С чего ты взяла?

– Шляпа! – она кокетливо надвинула ковбойский прикид на глаза. – Купить эту шляпу тебя могли заставить только из ряда вон выходящие обстоятельства.

– О, господи, какие мы проницательные. – Апатия поселилась надёжно, и Сытов не мог с ней справиться, не мог ни разозлиться, ни развеселиться.

– Тебя бросила твоя девушка?

– М-м-м… – промычало за Сытова равнодушие.

– На работе проблемы?

– М-м-м…

– Брюшко не сгоняется?

Только баба, с которой прожил тринадцать лет, знает, как справиться с твоим равнодушием.

– Сука! Это ты положила в нашу кровать малолетнего недоноска!

– Уже лучше, – кивнула Лика.

– У тебя климакс по расписанию, и ты носишься со своим добром, проверяя, кто ещё клюнет… – Сытов направил струю воды на жену.

– Просто отлично! – заорала она и выбежала из ванной. Сытов понял, что умрёт, если не даст ей по морде. Он выскочил из душа и помчался за ней.

– Кит, это, и правда, был массажист! Он массажировал, массажировал, ну и увлёкся. Я не смогла справиться с ситуацией! – Лика, придерживая шляпу на голове, носилась вокруг огромного стола в гостиной, а голый Сытов бегал за ней.

– Сука ты! Дрянь! Но всё равно спасибо, что считаешь нужным оправдываться! – Он понял, что догнать тренированную Лику, которая большую часть времени проводила в тренажёрных залах, ему не удастся, и, чтобы спустить пар, грохнул об пол какую-то длинную вазу ярко лимонного цвета с замысловатым орнаментом. Брызги жёлтого стекла разлетелись по полу.

– Скотина, – Лика остановилась, как вкопанная. Чёртова шляпа ей очень шла. – Эту вазу мне привезли из Каира. Она стоит пару твоих зарплат. Дешевле было подставить тебе своё личико! – Она попинала осколки, смахнула воображаемую слезу и пошла на кухню, виляя отличной попой.

Сытов поплёлся за ней. По дороге завернул в спальню, нашёл свой халат и закутался в него.

– Кофе?

– Кофе.

Она начала колдовать над туркой грациозно и многозначительно. Сегодня всё было дико и непривычно. Может, именно так рушится жизнь?.. Отпуск, шляпа, призрак Кэт, мордобой, душ, каирская ваза, кофе, и пританцовывающая жена после секса с другим?

– Кит, по законам жанра ты должен сейчас спросить, почему мы не родили ребёнка. – Лика поставила перед ним крошечную чашечку и налила в неё густой чёрный кофе.

– По законам жанра ты должна заявить, что я женился не на тебе, а на деньгах и положении твоего папы, – буркнул Сытов и глотнул отвратительно горький кофе.

– И то и другое немножко правда, – вздохнула Лика. Она так и не сняла шляпу, подчёркивая этим, что ломает комедию.

– Ты берегла фигуру.

– А ты хотел только денег и славы.

– Получается, мы чужие люди и у меня нет права тебя ревновать.

– Нет, не получается. Ничто так не сближает, как маленькие личные подлости. Каждый из нас жил для себя, и каждый позволял другому это делать. Я рада, что ты приревновал меня, Кит.

– А я-то как рад!

– Почему ты купил эту шляпу?

– Генеральный заявил, что я буду на своём месте, если стану ведущим. Я… выпросил отпуск и купил себе шляпу.