Исчезнувший мертвец - Картер Браун

Я только что рассказал всю историю с самого начала, и в горле у меня пересохло.

Лейверс смотрел на меня, удивленно покачивая головой:

– Вам должно было невероятно повезти, Уилер. Без этого…

– Недавно я заметил сержанту Полнику, что мы слишком привыкаем к ремеслу флика. Рутина затягивает нас, и мы частенько не в состоянии понять самые простые вещи.

Так случилось и со мной в начале расследования. Так вот, я сразу же наткнулся на историю с шантажом и автоматически решил, что она и является явной или скрытой пружиной обоих преступлений. Я позабыл про чувства, элементарные человеческие чувства, как, например, ревность женщины, переполненной комплексами и настолько неустойчивой, что достаточно было малейшего толчка со стороны, чтобы вывести ее из равновесия и заставить перейти к крайностям.

Лейверс глухо протрубил заложенным носом:

– А что это за миленькая история с Лиззи Борден, которая сделала мисс Томплинсон такой болтливой?

– Интуиция.., и просто удача! После моего выступления в тот вечер встала Жоан Крег и задала вопрос.

Она желала знать, считаю ли я, что поведение Лиззи Борден было обоснованно. На первый взгляд это казалось просто шуткой. Но в комнате Жоан я нашел проигрыватель и пластинку с песенкой о Лиззи Борден.

И когда мне стало известно, что девушки похвалялись своими свиданиями с Диксом, я задал себе вопрос: не делали ли они этого в присутствии мисс Томплинсон, чтобы подразнить ее? Полагаю, что эта ненормальная рассердилась до крайности и стала угрожать им, а девочки принялись дразнить свою преподавательницу, называя ее Лиззи Борден. Вопрос Жоан Крег был направлен не мне, а преподавательнице… Увы! Шутка оказалась очень опасной.

Лейверс взглянул на часы и проворчал:

– Семь часов! Начался новый день! Раз дело завершено, нам лучше всего уехать. Мне не терпится повидать прокурора. – Шериф встал. – Можете сегодня отдохнуть, Уилер. Вероятно, вы страшно измучены.

– Благодарю, шеф. А как насчет Полника и Следа?

– Пусть и они отдыхают. Вероятно, тоже забегались.

Может, вас подвезти до центра? Тьфу, где моя голова?

Вы ведь прикатили сюда на своем смертоносном автомобиле.

Все вышли, и я закрыл глаза, откинувшись в кресле.

Через несколько секунд в кабинет вошла мисс Баннистер и застыла на месте, обнаружив меня.

– Я считала, что все уехали.

– Я тоже сейчас уезжаю.

– Полагаю, – прошептала она, – что должна поблагодарить вас за то, что вы разоблачили мою младшую сестру-шантажистку. Но поймите меня правильно – для меня это оказалось мучительным известием.

– Я понимаю.

– Колледж придется закрыть. Было бы абсурдным продолжать все это…

– Разумеется.

– Минут десять назад мистер Пирс уехал, куда-то на север.

– Ничего, еще встретитесь.

– Только не на этом свете! – Мисс Баннистер обошла вокруг письменного стола и уселась в свое кресло.

Взглянув на меня, добавила:

– Вы прекрасно понимаете, что я не могу выйти за него замуж. Ведь он изменял мне так же, как Дикс изменял мисс Томплинсон. Мне еще повезло, что мисс Томплинсон прикончила своего жениха. Ведь так поступить могла и я. Вы вели все это расследование. Как вы считаете: шансы были более или менее одинаковыми, не так ли?

– Ваши немного перевешивали. Я смутно подозревал мисс Томплинсон: она была слишком усердной. Например, когда вы потеряли сознание, почему она так возбудилась? А ее энтузиазм и стремление поговорить со мной? Физкультурница хотела вытянуть у меня мельчайшие новости следствия, когда я сам почти ничего не знал.

Мисс Баннистер кивнула, соглашаясь со мной:

– Вы правы. А теперь, я надеюсь, вы извините меня…

У меня еще много дел.

Я посмотрел в окно позади ее кресла.

– А у меня выходной, – похвастался я. – Стоит прекрасная погода. Встало солнышко. Может, воспользуемся хорошим денечком?

Мисс Баннистер перестала сжимать подлокотник кресла и встала. Она с такой силой оперлась обеими руками о край стола, что суставы пальцев побелели.

– Лейтенант Уилер. – тихо промолвила директриса, – двенадцать часов назад я еще не знала вас и никогда раньше о вас не слышала. В течение одной ночи вы разрушили мой колледж и испортили мое социальное положение, из-за вас я лишилась всего, вы превратили любовь, которую я испытывала к мужчине, в ненависть. Вы обнаружили, что моя сестра – это маленькая змея, которой я больше не скажу ни слова… – Ее голос сорвался. – А теперь у вас хватает наглости, находясь в моем кабинете, предлагать мне провести с вами время! – Эдвина Баннистер гордо выпрямилась. – Лейтенант Уилер, я не пойду с вами, даже если вы окажетесь последним оставшимся в живых мужчиной на Земле. Вы можете умирать от жажды, я не дам вам напиться. Единственная вещь, которая меня заботит теперь, – чтобы вы как можно быстрее ушли отсюда! – Она порывисто дышала. – Надеюсь, вам все ясно.

Все было слишком ясно…

Я подошел к двери и прикрыл ее за собой в последний раз, потом поплелся к выходу, утомленный и физически, и душевно…

Усевшись за руль своего "ягуара", я сунул ключ в зажигание.

– Извините меня… – пропищал за спиной голосок.

Я обернулся и обнаружил рыжую куколку, которая так мало была похожа на ребенка.

– Все, что вы хотите, – улыбнулся я.

Ответная улыбка девушки была ободряющей.

– Я подумала, что, если вы едете в город, вам нетрудно будет отвезти меня туда – Никаких затруднений, мисс, влезайте!

Она быстренько уселась рядом со мной. Должен сказать, что преимущество спортивных машин состоит в том, что если девушка села, то села очень глубоко – таково устройство кресел в этой марке автомобиля. Юбка девушки в результате этого задирается на дюжину сантиметров выше колен. Вот эти колени девушка и я рассматривали с одинаковым интересом.

– У них есть ямочки, – заметил я.

Рыженькая аж подпрыгнула от восторга.